Чуть-чуть не считается! - Юлия Климова

– Здравствуйте, – произнес он и, лучезарно посмотрев на Полину, добавил: – Дорогая, это тебе.

Она тут же подплыла к нему, улыбнулась и взяла розы. Приятно, что они точно такого же цвета, как платье, в котором она танцевала танго. Специально выбирал или простое совпадение?

– Познакомьтесь – Андрей Стрельцов, мой жених. Мои сестры – Катя и Оля. А это мой замечательный папа – Петр Петрович Шурыгин. Жду не дождусь, когда мы станем одной большой семьей.

Последние ехидные слова лучше было проглотить, но они вылетели… случайно, совершенно случайно.

«Сумасшедший дом», – подумала Полина.

«Вау!» – воскликнула про себя Катя.

«Бедный папа», – тяжело вздохнула Оля.

«Посмотрим, кто будет смеяться последним…» – заскрипел зубами Петр Петрович.

На стол накрывали скоренько, и поэтому до праздничного ужин явно не дотягивал. Рядовые закуски (маслины, оливки, маринованный перец, сыр, колбаса, ветчина), овощной салат, хлеб и разогретый в микроволновке плов наспех были выстроены в ряд и украшены петрушкой и укропом. К принесенному шампанскому блюда не очень подходили, но, во-первых, в холодильнике дожидалась своего часа половина творожного торта, а во-вторых, если папочка не пожадничает и достанет из своей коллекции бутылку вина, то гармония обеспечена.

Но Петр Петрович именно пожадничал – не для таких гостей он трепетно хранит дорогущее вино. Он сел во главе стола и даже положил на свою тарелку ложку плова и кружок огурца, но на этом остановился – какой тут может быть аппетит! И положение-то у него дурацкое… Что теперь делать? Хватать Стрельцова за шкирку, тащить в туалет и требовать, чтобы отказался от его дочери? Глупо, и к тому же Полине действительно нужно преподать урок, а не тешить ее самолюбие паникой. Нет, он перетерпит и придумает что-нибудь еще – подождите, голубки, подождите…

Полина хоть и наслаждалась происходящим, но удержать в душе уверенность не могла. Она с опаской поглядывала на папочку, боясь его праведного гнева, и одновременно старательно играла роль, которая вела ее в волнующую неизвестность.

– Андрей, попробуй плов, Ольга отлично готовит, особенно ей удаются блюда с рисом. – Она посмотрела на сестру и получила в ответ рассерженный взгляд. И почему никто не разделяет ее веселья? Ха-ха. – Или попробуй маслины…

«Ольга их тоже отлично вынимает из банки…» – нет, этого говорить не надо. Полина сжала губы и чуть не поперхнулась смехом. «Ну, не смотрите на меня так, пожалуйста, я же не виновата, что мир перевернулся, я же не виновата, что на свете есть текила, убивающая скуку и… мозги, что иногда на пути встречаются мужчины, к которым хочется прицепиться, и что иногда эти мужчины… непонятным, невообразимым образом оказываются женихами…»

– А свадьба когда будет? – холодно поинтересовался Петр Петрович.

– На следующей неделе, – ответил Андрей и посмотрел на хмурого Шурыгина. Сами же просили ухаживать получше, вот он и постарался – невеста аж вприпрыжку бежит к алтарю. Претензии есть? Претензий нет.

– А к чему такая спешка? – едко спросила Оля. – Не лучше ли подождать? Вы же знакомы всего несколько дней.

– Не важно, сколько дней мы знакомы, – серьезно возразил Андрей, – и через неделю, и через месяц, и через год мы будем хотеть только одного…

– Чего? – не выдержала Катя.

– Нам важно быть вместе и поддерживать друг друга и в горе, и в радости.

На этот раз Оля вздохнула с облегчением, она уж испугалась, что Андрей начнет рассказывать о страсти и прочей эротике, а чего еще ждать от Полининого жениха?

– Значит, встретились и полюбили… – мрачно вмешался в разговор Петр Петрович. – Дело хорошее… – Он посмотрел сначала на Андрея, затем перевел взгляд на Полину. Она напряглась, ожидая финальных слов, которые положат конец представлению: «Ладно, детишки, я погорячился, вы погорячились, ну и давайте закончим спектакль», – но прозвучали совсем другие слова: – Я рад, что между вами вспыхнули столь сильные чувства, не каждый день встречается такая любовь… Будьте счастливы, а расходы по свадьбе я, конечно же, беру на себя.

Он потянулся к бутылке шампанского и улыбнулся – женитесь на здоровье.

Через час, очаровав Катю, нахвалив плов Ольги, обменявшись с Шурыгиным как минимум пятьюдесятью взглядами (острыми, как бритва), Андрей решил, что пора уже и раскланяться. Он жив, невеста по-прежнему красива и по-прежнему согласна, чего еще желать?

– Я провожу тебя, – поднимаясь вместе с ним из-за стола, пропела Полина и добавила: – Дорогой мой.

– До свидания, – сказала Ольга.

– Приезжайте еще, – чирикнула Катя.

– Удачи, – многозначительно произнес Петр Петрович.

– Спасибо, – улыбнулся Андрей и, взяв Полину за руку, потащил в коридор. Закрыв дверь комнаты, он развернул «любимую» к себе и не без иронии заметил. – Уверен, я понравился твоему отцу, и теперь он спокоен, зная, что одна из его дочерей выходит замуж за достойного человека.

Полина высвободила руку и фыркнула:

– В какой-то момент мне показалось – еще секунда, и он вскочит, чтобы разорвать тебя и меня на части.

– Но этого не случилось…

– И еще я думала, – она пожала плечом, – не важно…

– Ты думала, он остановит нас?

– Да, но раз так… мы все решили и отступать не станем.

В середине ужина Андрею тоже показалось, что вот сейчас, сейчас Шурыгин прекратит комедию (наказал немного – и хватит), и жениться не придется, и можно будет вернуться к привычным кратковременным отношениям, но нет… Петр Петрович хватку не ослабил.

– Завтра жду тебя с ответным визитом к себе. – Андрей скинул тапочки, наклонился и развязал шнурки на ботинке.

– Зачем?

– Как зачем? – улыбнулся он, выпрямившись. – У меня, знаешь ли, тоже есть родители: и мама, и папа, и завтра твоя очередь знакомиться с ними. Они у меня очень ранимые, так что ты это учитывай, – он усмехнулся. – Сильно не красься, короткую юбку не надевай и не злоупотребляй текилой.

– А паранджу не надеть? – Правая бровь насмешливо подпрыгнула на лоб.

– Если не трудно – надень, а то я не знаю, как они отнесутся к тому, что моя невеста – та самая «ненормальная, которая испортила их мальчика, бессовестно завалила его на стол и опозорила на всю Россию».

– Они действительно так думают?

– Я практически процитировал слова мамы.

– Надеюсь, ты рассказал ей, как воспользовался ситуацией и опозорил меня на всю Россию? Как снимал бретельки с моих плеч и расстегивал «молнию» платья?

– Нет, а зачем?

– Наглец, – бросила Полина, ловя в глазах Андрея искры смеха.

– Есть немного, – согласился он.

Сбежав по ступенькам, Андрей вышел на улицу и хлопнул дверью. Авантюра приобрела реальные очертания, и то ли он уже смирился с женитьбой, то ли душа давно ждала приключений, то ли страх за фирму отчалил от берега, то ли удовольствие от сильного ответного хода по отношению к Шурыгину сыграло свою роль, но ему сейчас было хорошо, очень хорошо. Захотелось позвонить Максу, поехать в клуб, зацепить каких-нибудь девчонок и прокутить всю ночь.