Разборчивый жених - Мишель Селмер

– Ясно, – рассеянно кивнул дед Тони. На этом осмотр закончился. Он отпустил ее руку и указал на диван. – Садись, Люси. Давай поговорим.

Чего ей ждать: разговора или допроса?

Люси присела на край дивана, положила руки на колени и приготовилась к самому худшему. Она не обманулась.

– Мой внук сказал, что ты не хочешь выходить за него замуж.

Вот так, сразу, не ходя вокруг да около. Люси напряглась, заняв оборонительную позицию, однако не могла не признать, что лучше сразу расставить все точки над «i». Тони не преувеличивал: хотя его дед приближался к столетнему юбилею, он сохранил ясный и четкий ум.

– Так и есть, отказалась. Наши отношения не подходят для брака.

– Дружеский секс, как выразился Тони.

Люси почувствовала, как от смущения вспыхнули ее щеки. О боже! Неужели Тони был настолько откровенен с дедом? Она не сомневалась, что дальше будет хуже. Было бы прекрасно, если бы семья Тони ее приняла, но не ценой растоптанной гордости.

– Мистер Кароселли…

– Ты носишь под сердцем моего правнука. Зови меня дедушка.

Ла-а-адно. Сначала он заставляет ее почувствовать себя чуть ли не дешевкой, а затем фактически предлагает перейти на «ты». Что за игру он ведет?

– Если вы позвали меня для того, чтобы убедить, что я не подхожу вашему внуку, могли бы не утруждаться и не начинать этот малоприятный разговор, – заявила Люси. – Я осознаю, что Тони для меня слишком хорош. Что бы вы обо мне ни думали, заверяю вас: я забеременела не специально и не собиралась расстраивать его свадьбу.

– Думаешь, все так считают?

– У меня нет иллюзий в отношении того, кто я такая, – пожала плечами она.

– Потому ты и сбежала? – осведомился Джузеппе.

– Я не сбегала. Я уехала. Это разные вещи. Я считала, что так будет лучше для Тони. Я знала, что он еще не готов остепениться и вряд ли собирается жить со мной.

– Или ты уехала потому, что любила его и надеялась, что он поедет за тобой? – проницательно глядя на нее, продолжал старик.

Люси попыталась скрыть изумление, но ей это не удалось. Как он догадался? Не важно как, но Джузеппе, судя по всему, получал удовольствие, нанося ей меткие уколы.

– Если хочешь узнать что-нибудь о любви, поговори с пожилыми людьми. У них есть чем поделиться.

– Любовь не имеет к этому никакого отношения, – как можно тверже проговорила Люси.

– Ох, молодежь… – Джузеппе покачал головой и пробормотал что-то по-итальянски.

– Если вам надо свалить на кого-нибудь вину за случившееся, вините меня, – не отступала она. – Тони ни в чем не виноват.

– Тони хороший человек. Никто так не предан своей семье.

Люси предположила, что за этим последует неизбежное предупреждение: «Если ты причинишь ему боль, я…»

Но Джузеппе молчал, а затем вдруг спросил:

– Ты умеешь готовить, Люси?

Святые угодники, что должна означать такая резкая смена темы? Он пытается расставить ей какую-то ловушку? Уж не сочтет ли он ее недостойной Тони, если она не умеет прилично готовить?

– Можно сказать и так. Тосты считаются?

– Тони любит лапшу с соусом – как готовила бабушка. Приходи в пятницу, и я научу тебя.

Люси была обескуражена. Зачем ему делиться с ней рецептом любимого блюда Тони, если он хочет от нее избавиться? Или не хочет? Или дело в том, что старик, помня об обещании, данном Тони, старается быть вежливым?

– Если вам это не составит особого труда, – осторожно сказала она.

– Приезжай ровно в час.

– Хорошо.

Джузеппе отвернулся и посмотрел в окно. Потом, глубоко вздохнув, закрыл глаза, что, как предположила Люси, означало конец аудиенции. Да, этот человек слов на ветер не бросает. Он сказал ей все, что собирался сказать, и ни словом больше.

Люси тихо вышла из кабинета. Все оказалось не так уж плохо. Совсем неплохо. Она с нетерпением будет ждать пятницы. Ей всегда хотелось научиться готовить.

Может, она слишком оптимистична или принимает желаемое за действительное – что у нее всегда отлично получалось, – но ей кажется, что дед Тони не считает ее безнадежной.

Однако Люси не могла отделаться от ощущения, что все прошло как-то уж подозрительно гладко.