Еще один шанс - Галина Врублевская

– Неплохо бы, – заметила бухгалтерша.

Паспорт Марии лежал в сумочке, она нервным движением бросила его бухгалтерше на стол. Ираида Степановна невозмутимо надела очки и взяла документ в руки.

– Кривулина? Мария? – Бухгалтерша сдвинула очки на лоб и вновь посмотрела на стоящую перед ней молодую женщину.

Неизвестно, как долго продолжалась бы эта комедия, но в комнату влетел Максим – сынок хозяев:

– Здрасте, Мария Владимировна. Как здорово, что вы вернулись. Мне надо в компе рефератик отыскать. Поможете?

Максим был жуткий лоботряс: он даже ленился сам искать в Интернете материалы для школьных рефератов. И часто это дело, как и множество других, навешивали на Марию. Однако мальчишка, единственный из присутствующих, узнал Марию. Для юных все взрослые старше тридцати выглядят старыми. Потому даже помолодевшая Мария не обманула его своим видом. Но родители его лишь покачивали головой. Вот так фокус! И паспорт на Кривулину, и сын как будто узнал ее. Но что сотрудница сотворила со своей внешностью за время отпуска?

– Здорово тебя, Маша, эскулапы подновили! – нарушил молчание директор. – Поделись секретом: где такие чудеса творят? В какой клинике операцию делала?

Мария с облегчением улыбнулась. Затянувшаяся, как ей казалось, шутка уже тяготила. Хоть и приятно слышать комплименты в свой адрес, хозяева зашли слишком далеко. Мария обиженно сказала:

– Зачем вы смеетесь надо мной, Сергей Сергеевич? Какая операция при моих доходах? Просто нормально отдохнула. В лес ходила ежедневно.

О таблетках Мария промолчала, хотя уже заметила главный побочный эффект препарата – омоложение. Однако она и подумать не могла, что изменилась до неузнаваемости.

– Ладно, ладно. Идите работайте, Мария. И помогите, пожалуйста, моему наследнику с рефератом.

Мария села на рабочее место и включила компьютер. На экране засветилась знакомая заставка. Но как же вызвать интернет-страницу? Все за отпуск перезабыла. К счастью, Максим еще не успел удрать, и Мария привлекла его к работе. Вместе они отыскали нужный сайт и скачали оттуда информацию. Мария радовалась, что в нужный момент подвернулся помощник. Едва закончили с этим делом и Максим удалился, за спиной Марии выросла бухгалтерша. Она положила на ее стол таблицу-бланк.

– Пожалуйста, Маша, сделай такую форму. В налоговой опять новые требования к отчетности. – Бухгалтерша отступила в сторону. – Нет, извини меня, но к твоему новому виду я привыкнуть не могу.

Еще раз, теперь с явным осуждением оглядев помолодевшую сотрудницу, Ираида Степановна ушла к себе в кабинет.

Мария внимательно вглядывалась в типографский бланк, раздумывала, как точнее закодировать нужные графы для компьютерного ввода. Однако решение не приходило в голову. Через час она поняла, что не может справиться с заданием. Такого с ней еще не бывало! Мария разнервничалась, красные пятна пошли по упругим, помолодевшим щекам. Толчками в голове запульсировала кровь, отзываясь резкой болью. Боль напомнила ей о таблетках. Она взяла горсть, кинула в рот и запила прохладной водой из графина. Пилюли вернули равновесие, голова перестала болеть. Некстати промелькнула мысль, что у сынка хозяев, выпускника школы, – красивая мускулистая шея. Мария заставила себя снова думать о работе. Ей удалось определить блок программы, куда следовало ввести изменения. Мария приободрилась: дело, которым занимаешься двадцать лет, нельзя забыть в одночасье. Оставалось составить несколько командных строк. Она взяла справочник, полистала его, но формулы, там приведенные, выглядели чужестранцами с азиатского материка. В этот день Марии не удалось составить программу.

Вечером после работы Мария поехала к институтской подруге проконсультироваться по поводу своей задачи. Та тоже работала программистом, и дружили они много лет, не прерывая отношений. Подруга тоже сразу не признала Марию, однако что-то в лице гостьи показалось ей знакомым. Она задумалась, потом ахнула – смутные догадки озарили ее математический ум, – побежала в комнату и вернулась со студенческим альбомом. Ткнула пальцем в овальное фото, перевела взгляд на Марию:

– Машка? Одно лицо! Что здесь, на фотке, что сейчас. Как тебе удалось это проделать?

Рот Марии растянулся в довольной улыбке. Она полагала, что подруга преувеличивает ее сходство с портретом юности, однако было приятно. Ей она призналась в том, о чем умолчала на работе:

– Понимаешь, я гормоны начала принимать. Ну и вообще отдохнула.

– Ты поосторожней с гормонами. Говорят, от них толстеют.

– Пока, как видишь, все наоборот: на три размера постройнела.

После чая женщины занялись программистскими вопросами. Подруга включила свой домашний компьютер и быстро составила нужную программу. Потом перегнала ее электронной почтой на рабочий сервер Марии.

– Завтра утром отладишь окончательно и представишь начальству. – Подруга вновь с восхищением посмотрела на Марию. – Да, помолодей я, как ты, тоже от счастья все формулы забыла бы. Ничего, через пару дней восстановишь рабочую форму.

Мария не вспомнила правила программирования ни через неделю, ни через месяц. За все в жизни приходится платить. Гормональные процессы, омолодившие мышцы и кожу, замылили аналитическую память. Не то чтобы Мария стала забывать все, что происходило накануне, как это случается у старушек, – нет, этого не случилось. Она просто разучилась думать логически, пострадало ее профессиональное мышление. Однако легкий умственный изъян Марии был заметен только начальству. Мария превратилась из математика в гуманитария – и только. Она могла играть словами, складывать шарады и решать кроссворды, но застревала в формулах.

Шеф сжалился над Марией и проставил в ее трудовой книжке безобидную запись: «Уволена по собственному желанию». Однако Мария вполне осознала свою профнепригодность и больше работу при компьютере не искала. Но и другой профессии у Марии не было – перед ней замаячила нищета. От сына переводы поступали нерегулярно, он сам испытывал какие-то трудности. Мария, стесняясь, забегала поужинать к институтской подруге, а все имеющиеся у нее деньги продолжала тратить на гормоны. Ей срочно требовалась работа.

Предложение появилось с неожиданной стороны. С ним выступила дочь той самой подруги, у которой Мария часто ужинала. Девушка училась в институте и подрабатывала в промоушн-агентстве – службе продвижения товаров. Работа была простая: демонстрировать в торговых залах новые продукты. И сейчас фирма проводила дополнительный набор сотрудниц.

За минувшее время Мария убедилась, что с ней произошло чудо: она помолодела до неузнаваемости. И не зеркало уверило ее в этом. Ее действительно перестали признавать знакомые последних лет: новые соседи по дому, сотрудники с недавних мест работы, продавец, у которого она регулярно покупала молочные товары. Зато неизвестные дядечки и тетечки окликали ее на улице по девичьей фамилии Сидорова. Мария давно поняла, что это омоложение – побочный эффект приема гормонов. И еще поняла, что зависима от них. Но обращаться к врачу не смела. Боялась, что ее запрут в психушку, как отъявленную наркоманку. Поэтому надо было работать, доставать деньги на лекарства.