Белка в колесе фортуны - Юлия Климова

– Но… – тихо протянула Катя, заглядывая в пакет. Рис, коробка с картофельным порошком, банка варенья, хлеб… Он отдал это просто так? Вот просто так? – Эй! – крикнула она. – Федор Дмитриевич! А целоваться мы, что же, не будем?

Он засмеялся – громко и искренне, потом оглянулся и спросил уже серьезно:

– А ты хочешь?

– Но я же должна… Мы вроде договорились…

– Возьми продукты бесплатно, считай – я просто с тобой поделился.

– То есть я могу уже идти? – решила уточнить Катя.

– Да.

– И… могу все это съесть?

– Можешь.

Катя сглотнула набежавшую слюну и часто-часто заморгала. Во дела!

– Ну я тогда пошла, Федор Дмитриевич.

– Иди, – благословил он, улыбаясь.

К добытой провизии Катя отнеслась весьма ответственно. И как ей ни хотелось съесть все и сразу – она этого не сделала. Залив кипятком картофельный порошок, тщательно перемешав полученную массу – ни один комочек не должен омрачить предстоящей трапезы, она почистила ножиком кусок коры дерева и, орудуя им как ложкой, принялась наслаждаться «необыкновенной вкуснятиной», которая еще несколько минут назад была самым обыкновенным полуфабрикатом.

Язык и нёбо она обожгла, но это были мелочи по сравнению с тем, что она наконец-то ела. Просто ела!

– М-м-м, – закатывая глаза от наслаждения, протянула Катя. – М-м-м.

Решив побаловать себя еще и хлебом с вареньем, она приготовила четыре сладких бутерброда и, взобравшись с ногами на свою вечно расползающуюся в разные стороны кровать, не торопясь умяла один за другим.

– Жизнь прекрасна! – выдохнула Катя и облизала губы. – Прекрасна!

Остальные продукты она хорошенько спрятала под ветки в углу домика-этажерки.

– Вы мои и только мои, – сказала им Катя и на всякий случай погрозила пальцем, лежите, мол, и никуда не пропадайте – на вас вся надежда.

Теперь можно было не беспокоиться – еще неделю она вполне выдержит. Сыта, конечно, не будет, но ее положение уже не столь плачевно, как еще несколько часов назад.

Запись в дневнике (будет смята и выброшена в костер):

«А знаете, Карл Антонович, я тут пришла к выводу, что мужчины тоже люди. Есть в них нечто человеческое и нормальное. Я и раньше об этом догадывалась, но все же куда лучше, когда это подтверждается крепкими аргументами. Вот возьмем Архипова… Ничего хорошего от такого индивидуума ждать не приходится – наглый, самовлюбленный богач! А вот интересно, когда вы отпишете свое состояние мне, у меня будет больше денег, чем у него? Хорошо бы больше… Ну так что я говорила… Ага, значит, он ни на какого принца не тянет, но вот сегодня совершил нормальный человеческий поступок – отдал мне продукты просто так, без какой-либо платы. Молодец.

Хотя, с другой стороны, мне это не очень приятно, и я мучаюсь вопросом: почему он не стал целоваться? Вот почему? Я ему что… неприятна?..

Кажется, я запуталась… Ладно, буду думать, что у него просто случился неадекватный приступ доброты на фоне приближающегося кризиса среднего возраста. Да, пусть так.

P.S. Но все же… почему он не стал меня целовать?»

Еще одна запись в дневнике – буквы ровные, и никаких сомнений:

«Добрый день, Карл Антонович.

До чего же приятно сидеть на берегу моря, поедая при этом бутерброды с малиновым вареньем и запивая их кипяточком. Жаль, вас нет рядом, поверьте – это восхитительно! И как я раньше не догадалась пожить на необитаемом острове – не понимаю. Спасибо вам, Карл Антонович, за все спасибо!

Кстати, сегодня я участвовала в мирных переговорах, как видите, я не трачу время попусту, а занимаюсь самосовершенствованием и уже достигла некоторых результатов: единственный абориген, проживающий по соседству, принес к моим ногам дары в виде необходимых для жизни продуктов питания. Так что, пока охотиться и заниматься рыбной ловлей я не буду, хотя в этих делах я тоже продвинулась.

До чего же сегодня чудесный день, у меня прекрасное настроение, и я уверена – завтра оно будет еще лучше!»

Искупавшись в море, накинув на плечи мягкое махровое полотенце, Федор немного прогулялся вдоль берега. Он отвык отдыхать, отвык бездельничать, и теперь это одновременно нервировало его и радовало.

Когда он последний раз был в отпуске? Года три или четыре назад. Давно. И если бы не обстоятельства, если бы не планы Карла, он бы еще сто лет никуда не выбрался.

– Красиво, – произнес Федор, глядя на голубую гладь Карибского моря. Спокойная вода, четкая линия горизонта и далеко-далеко белая точка – наверное, это быстрокрылая яхта летит вперед, подгоняемая течением и ветром. – Красиво… – повторил он и посмотрел на небо…

Отправляясь на этот остров, Федор внимательно изучил прогноз погоды на неделю и знал – завтра зарядит дождь, и лить он будет целый день.

Вернувшись к месту своей стоянки, он достал из прорезиненного мешка дополнительный тент для палатки, выпрямился, еще раз посмотрел на небо и хмыкнул:

– Смотри, не промокни, Катя.