Подарок Санта-Клауса - Кристина Ролофсон

– Сильви Смит – это не Дэб.

Хэнк, обхватив кофейную кружку, уставился в нее, будто в ней содержались ответы на все вопросы.

– Не мне тебе об этом говорить, Джо. Я потерял жену и дочь, и бессчетное число раз по утрам мне вообще не хотелось вставать и ощущать наступление нового дня, – он поднял голову, и его полные грусти глаза встретились со взглядом Джо, – и ты три года назад потерял брата, но нельзя же теперь всю оставшуюся жизнь горевать.

– Я делаю все, что могу.

– Так-то оно так… – Хэнк вновь посмотрел в кружку. – Все мы так делаем.

– Это невозможно.

– Но я обещала детям. – Сильви приказала себе сдерживаться. Она все еще испытывала смущение из-за вчерашней сцены на лестнице. Это не в ее правилах – разговаривать с людьми на повышенных тонах, тем более с мужчинами, хотя за последние два дня она решила наговорить Билли Рею тако-ого! Если бы только разыскала его. Хотя по отношению к Диллону это было бы несправедливо. Ее сын когда-нибудь захочет узнать, есть ли у него отец, дедушки-бабушки, двоюродные братья и сестры, и она не пожелала бы ему той пустоты, что занимает так много места в ее сердце.

Она наблюдала за тем, как Джо Брокетт выдвигает кухонный стул и садится. Он снял огромные перчатки из кожи, в которых обычно работал, и положил их на стол, после чего освободил замотанную поношенным серым шарфом шею.

– Представляете, что творится на улице?

– Не представляю. – В ее руках заелозил Диллон. Она подвинула его так, что он лежал теперь на ее плече. – Снегопад вроде бы вчера вечером прекратился.

– Но ветер задувает по-прежнему. Сугробы местами – семь футов высотой!

– Значит, школьный автобус…

– …ездит только по большой дороге.

– Они скоро вернутся, и Джени проснется, и все ждут елку, а вы точно знаете, где ее взять.

Он откинулся на спинку стула, давая понять, что разговор окончен.

– Сколько месяцев этому малышу?

– Этому Диллону восемь недель.

– Восемь неде-ель, – повторил он за ней, будто не поверил, что в его доме есть такой малютка. – Вы так и не сказали, где его папа.

Она сжала зубы. Какой же он все-таки тупой, этот фермер.

– Я не в силах говорить о том, чего не знаю.

Не ожидая и проблеска сочувствия в его черных глазах, Сильви отвернулась и задвигала кастрюлькой, в которой разогревала шоколад. Когда-нибудь и Диллон вот так же придет домой из школы, выпьет шоколаду и расскажет обо всем, что произошло за день, хотя сейчас, когда он жмется к ее шее и спит здоровым детским сном, это вообразить довольно трудно.

Она поняла, что Джо стоит сзади, только когда ощутила запах кожаной куртки, и повернулась. Хозяин ранчо возвышался над ней, и его обветренное лицо было проникнуто способностью понимать.

– И поэтому вы приехали в Уиллум – найти его отца?

– Это не ваше дело, я… – начала было она, но он положил тяжелую холодную ладонь ей на плечо.

– Скажите мне, как его зовут, я приму меры.

– Я не думаю, что и тогда это будет легко.

Он сначала сжал пальцы, словно хотел потрясти ее, но затем, как ужаленный, отдернул руку.

– А вы что, дорогая, разве не знаете, что ничего легкого вообще не бывает?

Ее руки покрепче сжали тепленькое тельце.

– Мне кажется, я начинаю понимать, – произнесла она с оттенком злой насмешки в голосе. – Может быть, лучше о елке поговорим?

Вы можете говорить о своей елке, пока снег не растает, – прежде чем направиться к двери, он сгреб в охапку перчатки и шарф, – а у меня полно работы.

Она последовала за ним на холодную веранду:

– Я заставлю детей надеть нижнее белье с длинными рукавами и самые толстые варежки и налью полный термос горячего шоколада!

Ответом стала хлопнувшая дверь, однако Сильви не обиделась. Когда в последний раз кто-нибудь пытался утешить ее, прикоснуться к ней, протянуть к ней руки? Ее плечо, уставшее от веса Диллона, по-прежнему ощущало отпечаток тяжелой руки Джо Брокетта. Он предложил помочь ей найти отца ребенка, что Сильви, в общем, понравилось. Неизвестно, что помешало ей назвать это имя – Билли Рей. Может, то, что она не хочет ничьей помощи и никогда не ждала ее ни от кого, поэтому и растерялась, когда ей эту помощь предложили.

А кроме того, он ее отвлек. Он ведь прикоснулся к ней, и ее кожа сразу запылала от неожиданной близости.