Чего не сделаешь ради любви - Марго Эрли

Нам!

Дэвид Курье быстро огляделся. Листья густо покрывали крышу домика и траву вокруг, которая совсем забыла, что когда-то была газоном. Ни машины Бриджит, ни чьей-либо еще поблизости он не увидел. Только Пол и его подруга Камерон выгружали из его пикапа дрова и аккуратно складывали их на крыльце. Камерон была с ними, потому что, покончив с дровами, они собирались заехать в Армию спасения, чтобы взять там кое-какую мебель и игрушки для общежития.

Значит, под «нам» Клара имела в виду «мне». Она вышла из дома с решительным видом, требуя, чтобы Дэвид привез телефонные справочники назад.

— Но их уже не вернуть, — сказал он, радуясь, что помогает Полу и Камерон с дровами и что может ответить, не кривя душой. — Их уже забрали на переработку.

— На утилизацию сырье увозят только утром в среду, а сегодня вторник, и открыты они до шести. Я уже звонила на пункт, и они подтвердили, что справочники все еще у них. Нам нужно их забрать.

— Нет! — ответил Дэвид. Он не стал спрашивать зачем. Если только приоткрыть дверцу, бывшая жена распахнет ее настежь, и он снова станет колесить по Логану в пикапе, набитом справочниками.

— Нам — это кому? — спросил Пол. Ему-то не пришлось ворочать коробки со справочниками.

— Для школы. Чтобы мастерить журавликов.

— Вот тогда школа пусть сама их и забирает, — заключил Дэвид, не вдаваясь в лишние расспросы.

— Это придумала Мюриэль Обри, художница, доброволец Корпуса мира. Два города в каждом из пятидесяти штатов сделают по десять тысяч бумажных журавликов. Потом Мюриэль сложит из них одного огромного журавлика в дар городам Хиросиме и Нагасаки, как зарок недопущения ядерных бомбардировок. Школьники, которые станут делать журавликов, примутся также собирать взносы с людей, согласно количеству изготовленных журавликов, а потом эти деньги пойдут на онкологические исследования.

— Достойная цель, — изрек Пол.

— Так что справочники нужны нам, — повторила Клара, — ради бумаги.

Дэвид замер с поленом в руке. Его сын тоже замер, и их глаза встретились. Дэвид понял, что они подумали об одном и том же.

Дэвид сказал:

— Хорошо. Мне и самому надо забросить туда собственный хлам. В мою прошлую поездку он не поместился в пикап.

Клара явно удивилась. Растерялась. Она уже настроилась на длительный спор. И теперь сказала только:

— Спасибо, — и, как бы между прочим, обратилась к Камерон: — Я видела твою подругу. Она не заговаривала про снадобье.

— Какую подругу? — спросил Пол у Камерон.

— Не важно, — ответила та.

Все равно приворотное зелье, которое, впрочем, вряд ли чем поможет, выпил Грэхем, а ему и без того нравится Мэри Энн. Камерон не понимала, почему ее так тянет к мужчине, которого она едва знает. «Может быть, как раз потому, что я совсем его не знаю, он и кажется мне безупречным?» Наподобие героя из бабулиных книжек. Из чистого любопытства она спросила:

— А где вы ее видели?

— Здесь.

Стоявший рядом Пол слегка вскинул брови.

— Мэри Энн? — спросил он недоверчиво.

— Забудь об этом, — оборвала его Камерон. — Мы просто развлекались.

— И для кого предназначалось снадобье? — ухмыльнулся Пол, показав слегка выступавшие вперед клыки.

— Я же сказала — забудь!

* * *

Так как Грэхем все равно оказался в центре города, он остановился у радиостудии, чтобы взять запись своей последней передачи для личного архива. Войдя в кабинет, он увидел за столом Джонатана, уставивившегося в компьютер. Тот кивнул Грэхему:

— Так ты готов начать с Мэри Энн в субботу?

— Абсолютно готов.

— Значит, пора оповестить наших слушателей. Как сформулируем? «Доктор Грэхем Корбет и Мэри Энн Дрю о проблемах личных отношений?»

— Звучит нормально.

— Ты каждую неделю будешь брать новую тему?

— Разумеется. Надо будет еще согласовать с Мэри Энн, но можно бы начать, скажем, с… — он вспомнил вдруг о слепом увлечении Мэри Энн самим Хейлом, — Так… «Неразделенная любовь»?

— Или «Почему бывает трудно подыскать пару»?

— Это отдельная проблема. Расскажи-ка, — сказал Грэхем, — ты когда-нибудь страдал от неразделенной любви?

Джонатан вроде как задумался, вспоминая.

— Чтобы я не смог с этим справиться — такого не было. Когда меня отвергли, я просто уполз назад под свой камень… но и это неверно. Я заставил себя махнуть рукой. Внушил себе, что это была вовсе не любовь.

— Ты говоришь об этом как о чем-то давнем, — отметил Грэхем.

— В настоящее время я помолвлен, — напомнил Джонатан.

Грэхем поскреб затылок. Он услышал все, что хотел.

— Хочешь сказать… — начал он медленно, — теперь, когда ты помолвлен, больше не собираешься ни в кого влюбляться?

— Я люблю Анджи, — просто ответил Джонатан. — Я по природе моногамен. И точка.

И этот человек побывал под пулями в зоне военных действий! Грэхем сомневался, стоит ли продолжать разговор. Но не сказать этого он просто не мог.

— Джонатан, если ты и женишься, это не значит, что ты не сможешь полюбить кого-то еще.

Директор логанского радио скептически выгнул бровь. Слова Грэхема явно вызвали в нем неодобрение. А Грэхем закончил мысль:

— Ты просто не станешь ничего предпринимать.

Довольный отразившимся на лице Джонатана смущением, Грэхем взял свои записи, заодно прихватил, повинуясь порыву, и Кролика-убийцу и вышел.