Почти невеста - Джо Уотсон

В ресторане нас усадили за столик у окна. Освещали его только свечи, и эта романтика показалась мне не слишком уместной. Чтобы избавиться от смущения, я схватила меню и принялась изучать его с деланым интересом. Подняв голову, я поймала внимательный взгляд Криса.

– Что-то не так? – спросил он.

– Да как тебе сказать… просто странно ужинать в компании незнакомца, в незнакомом же месте.

Крис улыбнулся.

– Согласись, это все же лучше, чем есть в одиночку.

– Ты прав.

Мы снова открыли меню и стали просматривать страницу за страницей. Одно блюдо заманчивее другого.

– Вдобавок, – заметил Крис, отвлекаясь от изучения перечня деликатесов, – нас с тобой трудно назвать незнакомцами. Так что смело заказывай себе креветки, не опасаясь, что я раскритикую твою манеру есть их руками. А можешь пойти еще дальше и заказать краба, а к нему – пару щипчиков.

Я рассмеялась, почувствовав невероятное облегчение.

– Это ты сейчас так говоришь! Посмотрим, что ты скажешь, когда я перемажусь с ног до головы.

– Это что, вызов? Принимаю!

Крис подозвал официанта и заказал большое блюдо креветок на двоих. К нему он попросил побольше салфеток.

Через пару часов, закусив креветками шуточки про Тревва и Тесс, мы уже уминали десерт. Но с последним кусочком Крис вдруг посерьезнел. У меня сразу же испортилось настроение. Неужели я опять в чем-то облажалась и он сейчас обдумывает, как бы исчезнуть, не нарушая правил приличия?

– Мне очень жаль, – взглянул он мне прямо в глаза.

– О чем ты?

– О том, что тебе пришлось пережить. Об измене Тревва.

Я пожала плечами.

– Все равно ничего уже не изменить, верно?

– Я мог бы отколошматить его за тебя.

– Ты? – расхохоталась я.

– Почему нет? Я парень сильный, – продемонстрировал он не самый впечатляющий бицепс. – К тому же ты окажешь мне большую любезность.

– В самом деле? – удивилась я.

– Видишь ли, дело давнее… просто мой отец изменил в свое время моей маме.

– О, мне так жаль!

– Все в порядке. Как я уже сказал, дело давнее. Просто мама с тех пор уже не была прежней.

– Могу понять, – со вздохом заметила я.

Что-то умерло во мне в тот день, когда я застала Тревва в постели с Тесс. Можно сказать, я превратилась в жалкую тень самой себя.

– Мама всегда говорила, что самое ужасное – ложь.

– Верно! Если бы Тревв сразу признался, а не делал из меня полную дурочку…

Крис натянуто улыбнулся. Я видела, что ему сейчас не по себе из-за какого-то неприятного воспоминания.

– Как бы то ни было, отлупив Тревва, я мог бы решить парочку собственных проблем. К примеру, избавиться от злости на отца.

– Дешевая замена психиатру, – рассмеялась я.

– Именно. Ну что, позволишь мне применить к нему силу?

– Мне бы очень хотелось посмотреть, как крепкий парень вроде тебя выбивает из Тревва дурь. Только вряд ли этого будет достаточно. Да и Тревву, с его склонностью к мазохизму, такая трепка может понравиться.

– Верно! – энергично закивал Крис. – У нас вырисовывается классическая история Медеи.

– Медея?

– Это такая греческая трагедия про обманутую жену, которая решает отомстить своему неверному мужу.

– И как, успешно?

– Да. Она убила их общих детей.

– Ох…

– Но в твоем случае я не стал бы доводить дело до крайности. Обошелся бы более мягкими мерами.

– Мне бы хотелось отплатить Тревву. Но как?

– Ничего, Энни Энн, этот день не за горами. А пока… не хочешь ли прогуляться со мной по пляжу? Избавиться от лишних калорий? – Для пущего эффекта он выпятил свой живот.

Вообще, Крис принадлежал к числу тех, кому в любой ситуации удается вести себя непринужденно. Есть что-то на редкость привлекательное в мужчине, который умеет быть самим собой. Не то что Тревв с его напыщенными манерами.

Может, Тревв и не был таким уж привлекательным?

– Звучит заманчиво, – согласилась я.

Вечером пляж выглядит гораздо таинственнее, чем днем. С заходом солнца в нем появляется что-то мистическое. Посторонние звуки исчезают, слышится только шорох плавно набегающих на берег волн. Небо выглядит так, словно ребенок осыпал его серебристыми блестками, а от разогретого за день песка исходит приятное тепло.

Сначала мы шагали в полном молчании, но затем я все-таки решилась задать вопрос, который весь вечер крутился у меня в голове.

– А ты правда не веришь в любовь?

– Правда, – подтвердил он буднично.

– Это из-за того, что случилось с твоими родителями?

– Ты прямо цитируешь моего школьного психолога, – хмыкнул Крис.

– Может, в его словах была доля истины?

– Сомневаюсь. Парень был с хорошими причудами. Предложил однажды, чтобы я написал письмо себе шестилетнему. Ну, чтобы простил себя…

– Простил за что?

Улыбка сползла с лица Криса, но только на мгновение. Он беспечно пожал плечами.

– Я же говорю, ему самому не помешала бы терапия. Никогда не слушай тех, кто носит самодельные кожаные сандалии.

– Это еще почему?

– Ты что, не в курсе? Подобная обувь – удел веганов и нудистов, да еще тех, кто считает себя вторым Мессией.

Я снова расхохоталась. Крис и правда был ужасно забавным. Он обладал невероятной способностью избегать сколько-нибудь серьезных тем. Не то чтобы я возражала – в последнее время в моей жизни явно прослеживался дефицит веселья. Но я чувствовала, что за его шутками кроется нечто большее. Тем не менее я решила подыграть ему и свести наше общение к пустой болтовне.

– Моя кузина Лили ходила как-то к психотерапевту, который все время повторял ее имя. – Я откашлялась и изобразила голос доктора. – «Что ты запомнила из раннего детства, Лили? Что ты чувствовала в этот момент, Лили?»

– Вот видишь! К тому же все эти разговоры о чувствах не для мужчин. Нам пристало отращивать бороды, рубить деревья и охотиться на зверей. А чувства – удел женского пола.

– Ну а нам, как я понимаю, не остается ничего другого, как только готовить вам ужин и начищать обувь?

– Именно.

– Ладно. – Я остановилась, Крис тоже застыл на месте. – Давай-ка проясним этот вопрос. Итак, ты не веришь в любовь и не собираешься жениться?