Красавица с характером - Шэрон Кендрик

Неожиданная благосклонность принца польстила Эмбер. Впервые за долгое время она получила поощрение за то, что ей удалось проявить себя в полезном деле. Пускай у нее нет профессиональных навыков, но она достаточно долго наблюдала за ошибками жен и любовниц отца, чтобы знать, чего категорически нельзя делать хорошей хозяйке. Даже у матери можно было кое-чему научиться.

Стоя рядом с принцем, она незаметно отваживала назойливых гостей – охотников за знаменитостями, в то время как Коннел представлял Лучано избранным. Выяснилось, что Лучано недавно приобрел пентхаус при посредничестве Коннела. Эмбер слушала, как мужчины обсуждали перспективы лондонского рынка недвижимости. Официантки разносили канапе с черной икрой, но принц не притронулся к еде. Наконец он обратился к Коннелу.

– Думаешь, я уже выполнил роль почетного гостя, – с легкой насмешкой спросил он, – чтобы придать твоему приему королевский статус?

– Пора взглянуть на картину?

– Думаю, ты достаточно помучил меня ожиданием.

Коннел посмотрел на нее:

– Эмбер?

Она кивнула, заметив двух телохранителей в дверях бального зала, готовых сопровождать их в галерею. Вероятно, идущая по пустым коридорам группа представляла живописное зрелище. Охранник у входа отступил. Эмбер следила за Лучано, шагнувшим вперед и вставшим прямо перед портретом. Наверное, тот, кто хотел бы снизить цену, постарался бы прикинуться незаинтересованным, но восхищение на лице принца было искренним.

– Какое впечатление? – спросил Коннел.

– Дух захватывает, – ответил Лучано, наклоняясь, чтобы рассмотреть картину поближе. Он пробормотал помощнику несколько слов по-итальянски и через несколько минут повернулся к Коннелу: – Договоримся о цене, когда ты вернешься в Лондон, не сегодня. Никогда не следует мешать бизнес с развлечением.

Коннел склонил голову:

– Буду ждать.

– Проверь, пожалуйста, готова ли моя машина. А пока я хотел бы потанцевать с твоей ассистенткой, которая так хорошо присматривала за мной весь вечер, – улыбнулся принц, – если она не возражает.

Ярко-голубые глаза смотрели на Эмбер. Ее охватило глубокое удовлетворение оттого, что принц Мардовии дал понять всем присутствующим, что доволен ее работой, даже если она всего лишь сопровождала его. Теперь он приглашает ее на танец. Давно Эмбер так не гордилась собой.

– Буду счастлива, – просто сказала она.

– Отлично.

Эмбер заметила нахмурившееся лицо идущего к двери Коннела и завистливые взгляды женщин в бальном зале. Когда Лучано обнял ее за талию, квартет заиграл медленный вальс. Эмбер приходилось раньше бывать на престижных приемах, и она знала, что не каждый день выпадает удача танцевать с настоящим принцем, притом красивым и внимательным. Однако у нее возникло странное чувство, что она танцует почти что с братом, настолько легким и невинным был их танец. Обнимавшие ее руки ничем не напоминали объятий Коннела. Он велел ей забыть о том, что произошло между ними, но у нее до сих пор кружилась голова от одной только мысли.

– Девлин – твой любовник? – Вопрос принца прервал ее грешные мысли.

– Нет! – сказала Эмбер, прикусив губу, слегка ошарашенная его прямотой.

– Но желал бы этого.

– Он ненавидит меня, – не задумываясь, призналась Эмбер, покачав головой. Она вспомнила, что присутствует здесь, чтобы помогать принцу, а не откровенничать с ним. – Простите меня…

Лучано жестом прервал ее извинения:

– Может, и ненавидит, но хочет тебя. Наблюдает за тобой, как удав за цыпленком, прежде чем проглотить целиком.

Эмбер передернула плечами:

– Довольно жуткая картина, ваше высочество.

– Тем не менее правдивая, – усмехнулся он. – Тебе стоило упомянуть, что ты говоришь по-итальянски.

Чувствуя, как пылают щеки, Эмбер не пыталась это отрицать.

– Откуда?…

– Нетрудно догадаться. Когда я разговаривал с помощником, ты старалась делать вид, что не понимаешь, но меня трудно провести. Я пережил столько покушений на жизнь, что сразу замечаю притворство, хотя иногда не могу скрыть восхищение. Передай Коннелу, что я готов заплатить за портрет справедливую цену.

Эмбер взглянула ему в лицо:

– Она ваша родственница, правда? Женщина на картине?

Лучано замер:

– Ты заметила фамильное сходство?

– У меня… хорошая практика, если учесть, сколько у меня сводных братьев и сестер.

– Она дочь брата моего прадедушки. В начале прошлого века он влюбился в англичанку и увез ее в Америку. В нашем королевстве тогда разразился большой скандал.

– Могу представить.

Лучано взглянул на часы:

– Был бы рад продолжить разговор, но посмотри… ирландец вернулся. Судя по лицу, ему совсем не нравится, что я обнимаю тебя.

– Вам небезразлично?

– Думаю, тебе небезразлично.

– Пожалуй, – призналась она.

Лучано эффектно развернул ее в танце под финальный аккорд. Прищурившись, он спросил:

– Ты знаешь о его репутации?

– Относительно женщин?

– И женщин, и бизнеса, – сухо поправил он. – Коннел Девлин добивается цели любой ценой. Сегодня он доказал это, подослав ко мне шпиона.

Эмбер покраснела. Разве она сама не упрекнула в том же самом Коннела?

– Думаю, у него были самые лучшие намерения.

Принц улыбнулся:

– Вижу, ты готова защищать его, но не беспокойся, Эмбер. Мы с Коннелом давно знакомы. Меня восхищают люди, как и я, способные на решительные поступки. Тем не менее посоветовал бы благоразумным женщинам проявлять с такими мужчинами особую осторожность.

Щеки Эмбер все еще пылали, когда Лучано отпустил ее и последовал с Коннелом к выходу. Как только принц покинул бальный зал, шум голосов усилился. Эмбер отошла в сторону и укрылась за колонной. Оставшись одна, она почувствовала себя Золушкой, словно больше не имела права находиться здесь. Она живо представила, как ее кремовое платье вдруг превращается в лохмотья. Оглянувшись вокруг, Эмбер решила скрыться в своей комнате, пока Коннел не вернулся. Никто не хватится ее, а босс даже будет доволен, что может без помех заниматься гостями. Однако она не успела осуществить свой план, потому что Коннел уже стоял в дверях. Вечерний костюм облегал мускулистое тело, верхние пуговицы белой шелковой рубашки были расстегнуты, приоткрывая грудь с темными волосами. Он оглядел зал, ища ее глазами, и, увидев, направился прямо к ней. Сердце Эмбер бешено стучало. Вероятно, он разозлился, что она не сумела скрыть лингвистические навыки. Но ведь принц не возражал и даже похвалил ее. Неужели Коннел не способен понять?

Он стоял перед ней с непроницаемым выражением. Ни говоря ни слова, взял за руку и вывел на танцевальную площадку. Частота пульса зашкаливала, когда он обнял Эмбер за талию.