Моя шоколадная фея - Кенди Шеперд

– Пожалуйста, завернись, – попросил Джесс, протянув ей свое полосатое полотенце.

– Хорошо, – смущенно кивнула она, поспешно обернув махровую ткань вокруг тела.

Лиззи собралась подняться на ноги, и Джесс автоматически протянул ей руку, предлагая помощь. Поколебавшись, она вложила в его руку свою узкую ладонь.

Через мгновение Лиззи уже была на ногах, но Джесс не спешил отпускать ее руку, а она не делала попыток освободиться.

Лиззи была так близко, что Джесс чувствовал нежный аромат ее волос и видел песчинки, прилипшие к розовой от смущения щеке. Он протянул свободную руку и бережно смахнул песчинки, но, прикоснувшись к лицу Лиззи, уже не смог отвести руку. Его пальцы едва ощутимо скользнули по щеке к нежным полным губам. Лиззи прикрыла глаза, и Джесс почувствовал, как она вздрагивает от прикосновений. Кончиками пальцев он исследовал линию ее пленительных губ и почувствовал, что сам тоже дрожит от едва сдерживаемого возбуждения.

Лиззи открыла глаза, в которых желание в равной мере было смешано с беспокойством.

– Джесс, я…

Он не дал ей закончить фразу, запечатав ее губы осторожным вопросительным поцелуем. Лиззи замерла на мгновение, а потом ее губы приоткрылись, словно приглашая его продолжить. Получив желанный ответ, он позволил себе действовать более решительно. Поцелуй Джесса становился все более чувственным. Он вновь испытал тот жадный голод, охвативший его, когда он впервые целовал Лиззи на той злополучной террасе. Прошло шесть месяцев, а вкус ее губ нисколько не изменился. Прежним остался и ошеломительный восторг, который он испытывал, обнимая Лиззи. Вежливые слова о дружеских отношениях бесполезной шелухой полетели к их ногам вместе с обвивавшим тело Лиззи полотенцем, обнажая правду: им никогда не быть просто друзьями.

✽ ✽ ✽

Бывают гениальные шеф-повара, гениальные сомелье и гениальные шоколатье. Джесс оказался настоящим гением в области поцелуев. Лиззи таяла в его объятиях, наслаждаясь каждым прикосновением нежных, умелых губ. Первый поцелуй Джесса все эти шесть месяцев преследовал Лиззи в чувственных снах и фантазиях, но сегодняшний день обещал затмить это сладкое воспоминание.

Лежа на нагретом песке пляжа, Лиззи мечтала о Джессе, и вдруг, словно по волшебству, он появился рядом с ней. В своем черном гидрокостюме, второй кожей облегающем его широкие плечи, плоский живот и рельефные бедра, он выглядел как модель с обложки спортивного журнала. Лиззи была настолько удивлена и очарована этим совпадением, что на какое-то время утратила контроль над собой. Когда Джесс протянул руку, чтобы помочь ей подняться, она уже знала, чем это кончится, но не стала противиться искушению.

Желание, жарким огнем полыхающее в ее теле, на время взяло контроль над разумом. Повинуясь ему, Лиззи обвила руками шею Джесса и притянула его ближе. Тонкая ткань купальника не могла скрыть ее затвердевших сосков, и когда рука Джесса нашла ее грудь, Лиззи не сдержала стон. Плененная запретной магией поцелуев и чувственных прикосновений, она целовала Джесса с самозабвением страсти, которую была вынуждена сдерживать последние шесть месяцев, и он отвечал ей тем же.

Никто никогда не целовал Лиззи так, как Джесс, и она не могла не думать о том, каким восхитительным любовником он может стать, если она позволит ему следовать их общему желанию.

Нет! О чем она только думает! Она не может позволить этому произойти! Сотни женщин готовы предложить себя Джессу, и вряд ли при таком обширном выборе он захочет ограничить себя ею одной. А значит, что Джесс никогда не сможет дать ей то, в чем она так отчаянно нуждается. В конце ее опять будут ждать только разочарование и боль.

Лиззи отстранилась, разрывая поцелуй. Джесс пробормотал что-то протестующее и попытался вновь притянуть ее к себе, но, почувствовав ее сопротивление, отступил.

Не доверяя себе, Лиззи сделала еще шаг назад. Желание продолжало клокотать в ее теле, не находя желанного выхода. Лиззи оставалось только убеждать себя в том, что это чисто физическое влечение. Джесс несомненно самый привлекательный мужчина из всех, кого она встречала в своей жизни, но это не повод очертя голову бросаться к нему в объятия. Его невероятная сексуальность не делает его подходящей кандидатурой для серьезных отношений, даже наоборот. Ей нужен серьезный человек, для которого она будет единственной, а не одной из многих. Человек, которому она сможет довериться. А плейбой и доверие – это совершенно несовместимые понятия.

– Джесс, я не могу. Мы не должны…

– Почему? – выдохнул он, с трудом взяв себя в руки.

Джесс не сомневался в том, что Лиззи наслаждалась каждым мгновением их поцелуя не меньше, чем он сам. И она явно хотела большего. Ее щеки пылали, сквозь тонкую ткань купальника проступили затвердевшие вишенки сосков. И тем не менее она явно была намерена отказаться от того, что он мог и жаждал ей предложить.

– Потому что все те причины, по которым нам не следует быть вместе, никуда не делись, – вздохнула Лиззи, поспешно кутаясь в полотенце.

Здравый смысл подсказывал Джессу, что она права, и у него самого было немало причин избегать этих отношений. Но тело не желало слушать голос разума. Он хотел Лиззи до безумия. Если не прямо здесь и сейчас, то сегодня вечером или ночью, на любых условиях, которые она согласится принять.

– Прости, это была ошибка, – не поднимая глаз, пробормотала Лиззи. – Мы должны забыть о том, что только что произошло. И я не хочу, чтобы это повлияло на наши отношения.

Джесс насмешливо фыркнул и покачал головой.

– Как, скажи на милость, это возможно?

– Не знаю, – пробормотала Лиззи. – Все так сложно… Я хочу тебя так сильно, что необходимость все время держать себя под контролем причиняет мне почти физическую боль. Если бы мы встретились в другом месте и в другой ситуации, я бы, не раздумывая, отдалась тебе прямо сейчас. – Увидев изумленный взгляд Джесса, она поспешно поправилась. – Конечно, не прямо на пляже, а в каком-нибудь более уединенном месте…

Джесс со стоном потер виски.

– Ты хоть представляешь, что делаешь со мной, когда говоришь такие вещи? Зачем ты дразнишь меня?

– Дразню? Поверь, я сказала чистую правду. Все шесть месяцев, прошедшие с нашей последней встречи, я думала о тебе. Даже уверенность в том, что ты бросил меня ради другой, не могла заставить меня прекратить мечтать. Желать тебя. Тянуться к тебе во сне и находить рядом лишь пустоту…

– Тогда почему?

– Потому что одного желания недостаточно. Возможно, то, что я сейчас скажу, прозвучит излишне прямолинейно, даже грубо, но я просто хочу быть честной с тобой.

Джесс хмуро усмехнулся, пряча раздражение. Обещание «быть честной», да еще и сказанное с таким надрывом, не сулило ничего хорошего, а покаянное выражение, застывшее на лице Лиззи, лишь подтверждало его худшие опасения.

– Давай уж, – вздохнул он.

– Я уже говорила тебе, что сейчас в моей жизни нет места для мужчины, – начала Лиззи, стараясь не встречаться с ним взглядом. – Но если однажды я решу, что готова к новым отношениям, я буду искать кого-то серьезного, надежного, ответственного. Не такого, как…