Укрощенный холостяк - Хеленкей Даймон

Фрэнк Джей строил свою жизнь исключительно на обманах и вранье, не испытывая при этом ни малейшего душевного дискомфорта. Но когда его поймали на лжи относительно военной службы, у него начались проблемы. История о том, как он выдавал себя за бойца спецназа, появилась в газетах, друзья отвернулись от него, и сразу в двух местах ему отказали от работы. Сенатор, который гордился тем, что в его родном штате живет настоящий герой, утратил к нему всякий интерес.

Люди стали презирать его, не желали с ним общаться. Любой, кто появлялся в его обществе, получал по электронной почте анонимное послание со ссылкой на «Стену позора». Этот обман стоил ему слишком дорого.

Проклятый сайт разрушил всю его жизнь, но он понимал, что сам виноват. Поэтому полностью раскаялся, публично извинился и согласился пройти процедуру исправления, после чего имя Фрэнка исчезло со «Стены позора». Целых семь месяцев он не брал в рот ни капли спиртного, а чего это ему стоило!

Но в том, что произошло после реабилитации, не было его вины. Это было роковой случайностью. Сидя в кафе перед остывшей чашкой кофе, он погрузился в эти горькие мысли, машинально теребя в руках папку. Он забрал ее десять минут назад в условленном месте. Согласно инструкции, он должен был выпить кофе и уйти, но он продолжал сидеть в кафе. Только не сегодня. Что еще они могут ему сделать?

Он открыл папку и заглянул внутрь. Как обычно, фотографии и какие-то бумаги. Перебирая их, он наткнулся на фото Маканы Кингстоун, быстро пробежал глазами полицейский отчет о проникновении в ее дом и поспешно сунул бумаги обратно в папку, пряча от посторонних глаз. Нечего ему просматривать остальное, достаточно и тех тайн и проблем, из-за которых он лишился сна.

Главным было то, что ему предстояло. Подпершись локтем, он уставился невидящим взглядом в окно. Не читая документ, он понимал, что означает содержимое папки. Его босс требовал, чтобы он убрал Макану.

Значит, она что-то сказала или наткнулась на то, что делало ее опасной, и теперь… Фрэнк покачал головой. Девушка ему нравилась, хотя поначалу он ее возненавидел. У нее была симпатичная мордашка, и она так искренне, по-доброму объясняла ему всю безнравственность его обмана! И она первая поверила ему и дала еще один шанс. А сейчас она позвонила и попросила его помочь найти для нее кое-какую информацию. Он даст ей нужные сведения, затянув узел еще туже. А потом она исчезнет, и все ее тайны будут похоронены вместе с ней.

Он достал из кармана мобильник и уставился на дисплей. Ему оставалось ждать совсем немного. Скоро его долг будет выплачен… но недостаточно скоро, чтобы спасти Макану.

Кэм приехал рано утром на следующий день. Слишком рано. Введя код, он отключил сигнализацию и вошел в дом.

Макана, одетая в футболку Шейна, находилась на кухне. Но по ухмылке и понимающему взгляду Кэма было видно: он сообразил, что произошло здесь ночью.

Шейн проклинал себя за слабость. Ему давно уже не удавалось выспаться – вечно он спал урывками, не расставаясь с оружием. Но этой ночью он спал как мертвый.

Посмотрев на мужчин, Макана пробормотала:

– Пожалуй… мне нужно одеться.

– Верно, – кивнул Шейн, понимая неуместность каких-либо объяснений.

– Неплохо бы и тебе, – проходя мимо, заметила Макана, указав ему взглядом на трусы.

То, что утром он был в одних трусах и футболке, было вполне естественно. Другое дело, если бы он успел облачиться в хранившуюся здесь форму и снаряжение «Коркорана».

Кэм хотел что-то сострить, но Шейн жестом остановил его, кивнув на входную дверь, затем подошел к ней и, осмотревшись, открыл.

Остановившись в дверях, он сложил руки на груди и явно ждал от Кэма комментариев.

– Ну давай, выкладывай, что там у тебя.

Кэм кивнул, делая вид, что любуется видом.

– А что, нам нужно о чем-то поговорить?

– Нет, конечно, – последовал быстрый ответ.

Кэм оглянулся на кухню. Через открытую дверь весь домик просматривался насквозь, что было важным для тайной квартиры. Дом легко было блокировать и защищать. Каждый квадратный фут дома обеспечивался необходимой защитой и сигнализацией.

Он кивнул на закрытую дверь ванной:

– Довольно уютный домик, верно?

Шейн стиснул кулаки.

– Может, обойдемся без намеков?

– Да ладно тебе, успокойся.

Кэм протиснулся мимо товарища и вышел на крыльцо.

По ясному синему небу плыли пышные сверкающие облака. Горячие солнечные лучи падали на крыльцо. Шейн стоял на нем босыми ногами. Он не стыдился того, что имел секс, с какой стати? Тем более что все было просто изумительно.

Однако внутренний голос твердил ему, что он все испортил. Нет, он не жалел о том, что спал с Маканой. Но в ее взгляде этим утром он прочел надежду. Видимо, она думала, что между ними возможны серьезные отношения, что было полной глупостью и фантазией.

Сам он был человеком трезвым и никогда не забывал о том, какие гены унаследовал от своего беспутного отца. Так зачем портить Макане жизнь?