Вооружена и очень опасна - Алина Кускова

«Вряд ли этот берет взятки, – подумал Андрей, переведя взгляд со стен на Мочилова. – Слишком вредный для этого. Да и кто ему даст? Разве что Дед Мороз».

– Тетушку проведываете? – передразнил следователь. – Это какую же? Все вы чуть что, так сразу тетушек проведываете. А сами банки грабите, к свидетелям на улицах пристаете и перед следователем Маньку с Ванькой валяете!

– Манька с Ванькой здесь совершенно ни при чем, – усмехнулся Андрей. – Тетушку мою зовут Клеопатра Деонисовна.

– Туровская? – недоверчиво переспросил Мочилов, сосредоточенно разглядывая паспорт Туровского.

– Туровская.

– Клеопатра Деонисовна?!

– Я же вам уже сказал. Да, моя тетя Клеопатра Деонисовна Туровская. Вы что, глухой? – раздраженно бросил Андрей.

– Нет, – мотнул Мочилов бритой головой, – не глухой, контуженый. Бандитская пуля. – Он показал на мощную шею.

– Сочувствую, – успокоился Андрей. – У меня тоже контузия, – он запнулся, совесть не позволила соврать дальше, – чуть не случилась. Мы с вами фактически одним делом занимаемся.

– Ограблением банка?! – встрепенулся Мочилов.

– В некотором роде, – вздохнул Андрей, прикидывая, как бы выкрутиться из щекотливого положения.

– Ты что, сыщик, – довольно осклабился Мочилов, – миллионы нашел?!

Туровский подавился глотком воздуха и закашлял.

– Ладно, ладно, – примирительно заметил следователь, – не переживай. Мы найдем! Так что тебя в этом деле заинтересовало? – спросил он более дружелюбно. – Ты не обижайся, сказал бы сразу, что уважаемая Клеопатра Деонисовна твоя тетка, не было бы никаких проблем.

– А у меня проблемы?

– Никаких! Стал бы я племянника Клеопатры Деонисовны чморить. Ты, племяш, вот что скажи. Зачем тебе это надо?

– Скучно, – признался Андрей. – Только представь, Мочилов, сижу у тетушки несколько дней подряд, как в тюремном заключении. А тут банк грабят!

– Ага. – Мочилов протянул руку через стол и хлопнул Туровского по плечу. – Наш человек. Как я тебя понимаю! Вот я прошлым летом к тетке под Одессу ездил. С тоски чуть не утопился. Представляешь, племяш, нырнул хорошо так, а на дне торпеда времен Великой Отечественной. Повезло, как и тебе. Только сразу скажу: наше дело дрянь. Это ограбление устроил кто-то из своих, банковских. Или ограбили те, кто еще работает, или грабанули те, кто уже уволился. Уволенный народ, сам понимаешь, обиженный. Охрана наверняка в доле. У девчушки, к которой ты привязался, целый хвост подозрений. Могла стащить ключ от сейфа, подсмотреть код, открыть дверь Морозам. Круг общения как раз выявляем. Постепенно доберемся и до исполнителей.

То, что услышал от Мочилова Туровский, ему не понравилось. Уверенность следователя в том, что в ограблении банка были замешаны бывшие сотрудники, прямиком выводила следствие на Екатерину Серегину с ее миллионами. Тут к гадалке не ходи, ясно, как поступит Мочилов. Миллионы – улика, Катя – бывшая служащая банка. А то, что она скрывает имена сообщников, – ее право. Главное, деньги нашли и стрелочника. А дальше сдать дело в суд, и пусть там разбираются. А следователь Мочилов поставит весомую галочку не только в отчете, но и в карьере. Найти миллионы и преступника. Это же еще одна звезда на погон и премия в пятьсот рублей! И известность в родном городе, что тоже немаловажно.

Андрей знал, что его тетушка пользуется расположением руководителей городских структур, но чтобы о ней знал какой-то следователь Мочилов, не предполагал. Видно, Клеопатра Деонисовна участвовала в какой-нибудь акции протеста перед зданием внутренних дел, вот сотрудники ее и запомнили.

* * *

– Ничего подобного, – обиженно возразила тетушка, услышав версию ее знакомства с Мочиловым. – В прошлом году этот следователь вел дело о похищении бриллианта в ювелирной лавке. Так я оказалась единственной свидетельницей преступления, как раз пришла купить для Василины кулон в виде Скорпиона. Она настоящий Скорпион! Как раз перед твоим приездом мы отмечали ее... ну, не важно скольколетие. А сегодня так модно украшать себя знаками зодиака. С одной стороны, глупо рядом с православным крестиком вешать зодиакального Скорпиона. Но с другой стороны, кто его знает, что там, в иной жизни? Лучше перестраховаться.

– Не понял, – заинтересовался Андрей, – так как же ты ему помогла?

– Задержала воровку, которая надела кольцо и попыталась скрыться. Я всегда говорила, что нельзя игнорировать правила торговли! Покажи один товар, забери его обратно и покажи второй. Забери обратно второй и покажи третий. А продавец, такая легкомысленная девочка, выставила перед преступницей весь лоток с золотом и отвлеклась на другого клиента. На меня. Но у меня хорошее боковое зрение, дальнозоркость. Когда девица с кольцом вышла из магазина и не вернулась, я закричала. Мочилову потом описала ее приметы, по ним воровку и нашли. У нее были особые приметы – скрюченный палец на правой руке и затравленный взгляд. Сразу было видно учительницу старших классов. Потом в ее сумочке нашли кольцо и валидол, как я и говорила.

– Почему ты сразу не закричала, когда она направилась к выходу?

– Откуда я могла знать, что она собирается делать? Может быть, любоваться блеском бриллианта в лучах дневного света. Ты знаешь, Андрюша, бриллианнты любят искусственное освещение, но при дневном свете лучше видна огранка.

– Понятно, – кивнул Андрей. – Привет тебе большой от Мочилова.

– Спасибо, – обрадовалась тетушка, – тебе тоже привет от Катюши Серегиной. Она просила тебе передать, что вспомнила, где видела Олега Воскресенского. Милая девочка, если ей отмыть личико, не правда ли? Очень тебе... м-да... Олежке подходит.

– Только Олежка ее почему-то не узнает, – пожал плечами Туровский. – У нее нет сестры, околачивающейся возле помоек?

– Вот-вот, Катюша говорила, что она видела Воскресенского на следующее утро после ограбления банка, он что-то искал возле мусорных баков. Или ей так показалось, что искал.

– Воскресенский ограбил банк?!

– Какая прелесть! – хлопнула ладошками Клеопатра Деонисовна. – Наконец-то хоть кто-то из моих знакомых совершил настоящий поступок.

Андрей попытался перевести разговор на другую тему, боясь, что тетя раньше времени расскажет Воскресенскому появившуюся из чистой глупости Кати Серегиной версию. Они сидели на диване в гостиной, где возвышалась наряженная елка, мозолившая глаз обилием мишуры и других украшений. Все скопленные за долгие годы игрушки оказались на несчастной елке, переливающиеся ветви которой поникли от непомерного груза.

– Живого места на елке нет, – сказал вслух Андрей то, о чем подумал. – То есть, – спохватился он, – замечательно наряжена елка, очень по-домашнему.

– Я старалась доставить тебе удовольствие, – улыбнулась Клеопатра Деонисовна и чмокнула племянника в гладко выбритую щеку. – Вспомни детство. «Как молоды мы были, как искренне любили, как верили всему...»