Вооружена и очень опасна - Алина Кускова

Они стояли и курили втроем. Это было так глупо, что Катя едва сдерживала смех. А потом ей стало не до смеха. Перед глазами все поплыло, перекосилось, вытянутые лица мужчин вытянулись еще больше, голоса стали раздаваться глуше, а перед глазами расстелилась сизая дымка.

– Обкурилась, бедняжка, – услышала Катя через секунду-другую.

Она сидела на табурете и хлопала ресницами.

– Что это было? – удивленно произнесла она.

– Вы что, – возмущенно поинтересовался Туровский, – никогда до этого не курили?!

Катя помотала головой, и перед ней опять все поплыло. Она взяла поданный Олегом стакан воды и принялась жадно пить.

– Этого не может быть, – в недоумении потер лоб Туровский. – Каждая современная девица смолит так, что моль в ее гардеробе стала артефактом.

– Наши девицы не смолят, – восхищенно сказал Воскресенский, глядя на Катю. – И не нужно начинать некоторым в угоду!

– Да, – мрачно согласился с ним Туровский, – не нужно начинать. – Он не подумал, что мог ошибиться, но ошибся: Серегина не курила. В чем он ошибся еще? – Машинка не ваша, Олег?

– Какая?

Но продолжить разговор им не дали. В кухню пришла Клеопатра Деонисовна и сообщила, что Василина Семеновна уезжает на такси и хочет со всеми попрощаться.

* * *

Катя под влиянием момента, почему – она впоследствии сама не могла объяснить, собралась ехать вместе с ней, хотя Воскресенский с Туровским упорно предлагали ее подвезти. Даже стало приятно, что сразу двое мужчин хотят проводить ее до дома.

– Андрюша очень положительный, – укоризненно сказала Василина Семеновна, когда Катя устроилась рядом с ней на заднем сиденье. – Ни пьет, ни курит, холостяк. Тебе, Катюша, нужно было ехать с ним. Скажу по секрету, Клепа мечтает нянчить внуков.

Катя улыбалась и махала рукой провожающим, высыпавшим на крыльцо.

Только когда дом Туровских скрылся за поворотом, она почувствовала настоящую тревогу.

Дура! Дура! Зачем она поехала с Василиной?! Как теперь одной заходить в темный подъезд? Впрочем, подпускать малознакомого мужчину сразу так близко чревато неприятными последствиями. Она влюбится, он обманет, поиграет, бросит, а городок небольшой, подбирать будет некому. Катя спохватилась, что думает словами Василины Семеновны, которая как раз об этом всю дорогу говорила, упорно сватая ее Туровскому.

– Привет Аленке с Семеном! – постаралась радостно сказать она, выпрыгивая из машины едва ли не на ходу.

– Обязательно передам, – обиженно поджала губы свекровь лучшей подруги. – Эх, молодежь непослушная!

За нее Катя не беспокоилась, Кротовы жили поблизости, в любом случае Василина Семеновна позвонит, и ее пойдут встречать. А вот Кате звонить некому. Она напряглась, заходя в полутемный двор, и инстинктивно замедлила шаги, вглядываясь во мрак. Преступник не ждал ее возле детской песочницы, на скамейке у подъезда его тоже не было видно. Он мрачной тенью из ада возник у самой подъездной двери и нагло поинтересовался, принюхиваясь к ее волосам:

– Закурить не найдется?

– Сейчас, – сказала Катя и полезла в карманы пальто. И так, как учил Туровский, прищурила один глаз, сжала губы, вытянула руку, затем вторую...

– Ты что? Сумасшедшая! – испугался тип. – Жалко сигаретки, так бы и сказала.

– Сейчас, сейчас, – продолжала целиться в него Катя, прикидывая, куда смотреть одним глазом, рук-то с пистолетами было две. – Встаньте, пожалуйста, чуть левее, чтобы я точно не промахнулась.

– А! А! Люди! Убивают! – заорал тот, рванул на себя дверь и скрылся в подъезде.

– Обалдеть, – прошептала довольная Катерина, – надо же, какой эффект! Зря я отказалась еще и от дедова ружья.

Между тем ночной хулиган несся наверх как неизбежность, по пути столкнувшись с соседом Серегиной. Аркадий шел с мусорным пакетом, далеко и надолго посланный к помойке злой супругой.

– Там убивают, – прохрипел ему хулиган и побежал на чердак.

– Жить вообще вредно, – поморщился Аркадий, – от этого умирают.

Он совершенно не ожидал, что ждет его внизу!

А внизу ждала Катя. Она была уверена, что преступник обязательно вернется на место пока еще не свершившегося преступления, и целилась непосредственно в дверь. Аркадий вышел и попал под прицел подарочного кольта и зажигалки. Он испуганно ойкнул, прижался к дверям и прикрылся мусорным пакетом.

– А, – Катя прищурила второй глаз, наконец-то открывая первый, – вернулся, сволочь? Покурить захотел?!

– Нет! Не хочу больше курить! Никогда! Ни за что! – нашел в себе силы прокричать Аркадий. – Я сегодня бросил!

– А я сегодня только начала, – вздохнула Катя, узнавая соседа. – Привет, Аркаш, ты чего такой взъерошенный?

Она опустила руки с пистолетами и вздохнула. Преступник скрылся в ее квартире. Катя перевела взгляд на окна, света не было. Сидит в темноте, гад. Ничего, сейчас она поднимется и разберется с ним. Правду ведь говорят, что оружие повышает самооценку. Она у Катерины теперь такая высокая, что просто зашкаливает.

– Я вооружена и очень опасна, – сказала она, проходя мимо согнутого в коленках Аркадия.

Тот слабо кивнул.

– Очень опасна, – повторила Катерина, поднесла дуло кольта к лицу и дунула туда.

* * *

После того как машина с Василиной Семеновной и Катей скрылась за поворотом, гости решили выпить на посошок. Время было позднее, Клеопатра Деонисовна устала, нужно было дать гостеприимной хозяйке отдохнуть. Она попрощалась и пошла к себе в комнату. Мужчины прошли в кухню, где выпили коньяку. В голове Олега моментально загудело, зашумело и затуманилось. Он понял, что последняя рюмка явно была лишней, но попытался держаться прямо.

Замутненное сознание плохо контролировало тело. Выйдя из дома, он потерял ориентир.

– На воздух, полковник, на воздух!

Воскресенского кто-то подхватил под руки и понес в неизвестность.

– Сейчас на вертолете прокатимся! Тундру видел? Ха! Ща увидишь! Я тебе, пацан, такое путешествие гарантирую!

Олег попытался объяснить привязчивым прохожим, что они ошиблись, перепутали его с кем-то, но сознание, одурманенное алкоголем, отказалось шевелить языком, и он что-то промычал в ответ. Могучие, тренированные руки с гаденьким хохотом подхватили его и понесли дальше.