Маскарад для принцесс - Светлана Лубенец

– Егор! Как ты мог принимать участие в этом дурацком розыгрыше?! – возмущалась Лиза, сняв маску и уже совершенно не переживая на тот предмет, что ее все узнали. Да «всех-то» и осталось немного.

– Ну что такого ужасного мы сделали? Пошутили, и все! Хотели праздник хоть как-то разнообразить, а то каждый раз одно и то же, одно и то же…

– Но ты же знал, что мы готовим костюмы и все такое… Неужели не мог отговорить?

– Ты же не захотела мне рассказать, что за костюмы! А всякие кикиморы и Красные Шапочки всем уже давно осточертели!

– А мне письмо ты подложил?

– Я.

– Зачем?!!

– Ну… чтобы как у всех… Чтобы ты тоже ни о чем не догадывалась… Неужели непонятно?!

– Но у некоторых оказались совсем другие письма, вовсе не такие, какое Гошка сочинил!

– Уж тут нет никакой моей вины! Откуда я знал, что кто-то из парней нарушит договор? Думаю, об этом вообще никто не знал, кроме тех, кто позвал девчонок в другие места.

– Так, ребята! Все сюда! – раздался голос классной руководительницы. – Я ничего не понимаю! Начинался красивый маскарад, а во что все превратилось? Куда все подевались? Где Саша? Где Портнов? Где Таня, где Кристина? Неужели вы не понимаете, что я за всех вас отвечаю?!

– Вы только не волнуйтесь, Маргарита Ивановна! – за всех ответила Лиза. – Сейчас мы все выясним и вам обязательно расскажем. – Она врубила медленную мелодию и громко сказала: – Мальчики! Немедленно приглашайте девочек! Сейчас все будет улажено! Маскарад продолжается!!

Несмотря на ее бодрый голос, никто из оставшихся в классе девочек больше уже не надевал масок, а парни даже не думали надевать плащи. Егор пригласил на танец классную руководительницу и всячески ее забалтывал, пока Лиза пыталась со всеми переговорить и понять, что лучше всего делать дальше.

– Вроде бы все выяснено, кроме того, кто написал тебе записку про опасность… – сказала она Жанне.

– Это я, – послышалось рядом. Обе девочки обернулись. Рядом с ними стоял Игнат Ворошилов.

– Зачем? – в один голос спросили Лиза и Жанна.

– Знаешь, Лизуха… можно я Жанне сам объясню?

Лизе, которой, конечно, очень хотелось послушать, что скажет Ворошилов, все же пришлось отойти.

– Ну! – грозно начала Жанна. – И что это за штуки такие?

– Понимаешь… Я сначала положил тебе письмо с таким же текстом, который Гошка для всех сочинил, а потом… В общем, я подумал, что если тебя… как бы припугнуть… то ты не пойдешь в «Эльф». Все пойдут, а ты останешься…

– Зачем?!

– Ну… я тогда остался бы с тобой…

– И что? – Голос Жанны снизился до шепота, потому что она уже очень разволновалась. Именно Ворошилов ей нравился. Девочке казалось, что Игнат тоже ей симпатизирует, а потому сейчас он мог сказать нечто такое, что она так давно от него ждала… ради чего наряжалась в это красивое весеннее платье. Только ей хотелось, чтобы Игнат узнал ее в маске, сразу выделил бы среди всех особым чутьем. Но раз уж план Колокольцевой развалился, то пусть так… пусть сейчас скажет самое главное… Она готова… И он сказал:

– Просто… ты мне очень нравишься… Я хотел тебе сказать это именно во время нашего Новогоднего праздника, а тут такая вдруг каша заварилась с этим розыгрышем… Не хотелось как-то выделяться, отказываться… Вот я и придумал эту записку… Хотел, чтобы ты не пошла вместе со всеми в «Эльф»…

– А я и так не пошла бы… – срывающимся голосом проговорила Жанна.

Поскольку Игнат потрясенно молчал, она была вынуждена продолжить:

– Я не обратила внимания ни на то письмо, ни на твою записку. Никакого…

– Почему? – удивился Ворошилов.

– Ну… я же не знала про ваш заговор…

– И?

– Я посчитала, что мне незачем идти к кому-то на свидание в «Эльф», если я… если ты… – У Жанны от волнения пересохло во рту, но надо было договорить до конца, раз уж начала. Она вздохнула и продолжила: – В общем, я хотела остаться там, где будешь ты… А потому ты зря пытался испугать меня…

Девочка видела, как по мере ее объяснения светлело лицо одноклассника. Потом губы его разъехались в улыбке, и он глупо спросил:

– Значит, я зря старался?

– Зря, – ответила Жанна и наконец тоже смогла улыбнуться.

В этот момент практически друг за другом в класс ворвались две пары: Саша Задорожный с Таней Березиной и Милена с Данилой Рудченко.

К Колокольцевой бросилась Лиза. Она постаралась оттеснить ее от Данилы и шепотом спросила:

– Этот гад тебе ничего не сделал?

– Он не гад… – тоже очень тихо ответила Милена.

– Но он же писал, что ненавидит?!

– Он… Но… ты прости, Лизун, я потом тебе все объясню… – Колокольцева обвела глазами одноклассников, остановила взгляд на Задорожном, который держал за руку тихую Таню Березину, удивилась, что не почувствовала при этом никакого укола ревности, и начала говорить для всех: – В общем, так, девчонки! Все эти любовные письма – полная туфта! Ну… почти все! Нас парни разыграли. Они хотели, чтобы мы все по очереди сбежали в кафе «Эльф», где для нас заказан праздник! Там, между прочим, уже третья часть класса… – Милена улыбнулась. – Празднует… или с ума сходит от злости… Так что всех остальных тоже приглашаем туда!

– Да мы тут уже сами почти во всем разобрались, – сказала Жанна.

– Как разобрались?! Я ни в чем не разобралась?! Какой еще «Эльф»?! – возмущенно прокричала классная руководительница. – Почему я не поставлена в известность? Ваши родители уверены, что вы празднуете в школе, а потому я вас ни в какой «Эльф» не отпущу! – И она на полном серьезе загородила собой дверной проем.

– Маргарита Ивановна, – вступил в разговор Саша Задорожный, – мы же вас тоже приглашаем! А родители в курсе! По крайней мере, наши, всех парней… Мы же у них деньги… занимали именно на кафе. Где будем угощать девочек и вас! Так что не сердитесь, а лучше собирайтесь. Где ваше пальто… сапоги? Переодевайтесь, мы вас подождем!

– Нет, я так не могу… с бухты-барахты… Руководство школы должно быть предупреждено…

Задорожный вытащил мобильник, набрал номер и протянул аппарат классной руководительнице со словами: