Колдунья из Бельмаира - Бертрис Смолл

— Пока ребенок не появится на свет, — с ехидством в голосе проговорила Минау.

— А когда ребенок появится на свет? — всхлипнула лже-Синния.

— Некоторые дети рождаются быстро. Другие появляются на свет целую вечность, — сказала Минау. — Роды могут продлиться несколько часов, а могут и пару дней.

— Пару дней?! — взвизгнула лже-Синния.

— Волюпия, пойди к нашему мужу, — сурово приказала Арлаис. — Скажи ему, что у Синнии начались роды. Мы должны держать его в курсе событий. Но помни, что сегодня очередь Ореи заниматься любовью с Ахурой. Так что не вздумай соблазнять его.

— Я не стану этого делать, — криво улыбнувшись, проговорила Волюпия. — Мне хватило и прошлой ночи с ним.

— Надеюсь, у тебя родится мальчик, — дружески хлопнув лже-Синнию по плечу, сказала Волюпия.

— Сучка, — огрызнулась роженица.

Волюпия рассмеялась в ответ и удалилась, весело что-то напевая себе под нос.

— Принеси родильное кресло, — обратилась к слуге Арлаис и повернулась к остальным: — Переложите ее на кресло, и можете идти. Чем скорее закончатся роды, тем лучше будет для всех нас. Где отвар против боли? Спасибо, Тина. — Она взяла чашку с травяным отваром. — Выпей это, Синния, тебе станет легче.

Арлаис поднесла к ее губам чашку. Сапфира с жадностью отхлебнула напиток, но тут же сморщилась и оттолкнула от себя чашку.

— Какая гадость! Как горько! — воскликнула она.

— Это лекарство уменьшит твою боль, — сказала Арлаис. — Но, если ты не хочешь его пить, это твое право.

«Судя по всему, эта ночь будет трудной, — подумала Арлаис. — И очень долгой. Эта девушка не привыкла терпеть».

Сапфира плакала и корчилась от боли, полулежа на родильном кресле. Срывающимся голосом она спросила, почему Ахура Мазда не пришел к ней.

— Яфиры никогда не присутствуют при родах своих жен, — объяснила Арлаис. — Когда я рожала Бехруза, то со мной никого не было, кроме старой акушерки. Тебе повезло, что с тобой буду я.

— Ты считаешь, что жуткая боль, от которой темнеет в глазах, это везение? — простонала Синния.

— Роды всегда доставляют мучения, — пожала плечами Арлаис. — А теперь перестань думать, что ты единственная женщина на этом свете, которая рожает, и послушай меня. Я хочу тебе помочь. Помни, что, если ты родишь Ахуре девочку, он будет вечно благодарен тебе за это и станет носить тебя на руках. Ты прочно займешь свое место в его сердце. Тебе, как ни одной из нас, необходимо утвердиться здесь на тот случай, если Ахура Мазда узнает, кто ты на самом деле.

Лже-Синния опять застонала от боли.

— А что, если у меня родится мальчик? — задыхаясь, проговорила она.

— Тогда тебе придется собрать всю свою хитрость и весь свой ум, чтобы убедить Ахуру не посылать тебя на Ярмарку невест, — сказала Арлаис. — Ты не завела здесь друзей, которые могли бы вступиться за тебя. Наоборот, все будут рады, если ты уйдешь.

— И ты тоже? — дрожащим голосом спросила Сапфира.

— Как ни странно, я успела к тебе привязаться. Может, так произошло потому, что ты делаешь нашего мужа счастливым, а мне больше и не нужно. А может, я хорошо к тебе отношусь потому, что, в отличие от других жен Ахуры, я прочно заняла место в его доме и в его сердце. Но, как и все остальные, я считаю, что ты слишком груба и надменна, — ответила Арлаис. — Впрочем, как знать, может, твой характер изменится к лучшему, когда ты окончательно утвердишься в доме Ахуры. Это будет лучше для тебя же самой. А теперь устройся на родильном кресле так, чтобы я смогла как следует осмотреть тебя и понять, что нас ожидает этой ночью.

Роженица повиновалась. Родильное кресло было снабжено специальным механизмом, с помощью которого можно было менять его положение. Таким образом акушерка могла без труда наблюдать за процессом родов сквозь отверстие, проделанное в центре сиденья. Арлаис внимательно осмотрела родовое устье. К ее удивлению, оно было уже достаточно широко раскрыто, но все же не до конца. Головки ребенка тоже пока не было видно.

— Все идет хорошо, — сказала Арлаис своей пациентке.

Роды лже-Синнии продолжались до глубокой ночи. Когда ребенок уже вот-вот должен был появиться на свет, под отверстием в родильном кресле расстелили войлок. Наконец показалась головка. К удивлению Арлаис, головка не была лысой или покрытой легким светлым пушком. Напротив, у новорожденного были густые волосы. Арлаис и служанка всеми силами подбадривали лже-Синнию, пока она героическими усилиями выталкивала из себя ребенка. Когда головка и плечики младенца показались полностью, роженица издала страшный крик, в котором слышались боль и неизбывная мука. Сапфира задыхалась. Лицо и тело ее покрыла испарина. Несмотря на затуманенное болью сознание, Сапфира внимательно прислушивалась к советам, которые давала ей Арлаис. Наконец, напрягшись изо всех сил, лже-Синния вытолкнула из себя ребенка и услышала его крик.

— У тебя родилась девочка! — радостно вскричала Арлаис. — Ты подарила нашему мужу здоровую дочь. Тина! — позвала она четвертую жену Ахуры. — Пойди к нашему мужу и принеси ему счастливую весть.

К тому времени, как Ахура выслушал радостное известие, оделся и прошел в гостиную, мать и дитя уже были вымыты и готовы к встрече с ним. Ахура взял запеленатого ребенка из рук Арлаис, развернул его и внимательно осмотрел его пах. Да, это была девочка. Наконец-то судьба подарила Ахуре дочь. Запеленав новорожденную, он поднял ее в воздух.

— Я назову ее Джемма. Это имя означает «сокровище», — провозгласил Ахура. — Потому что это дитя — самое настоящее сокровище.

Передав младенца Арлаис, он подошел к постели своей жены, лже-Синнии.

— Отличная работа, Синния, — сказал Ахура. — Надеюсь, через пару лет ты подаришь мне еще одну дочь. Отдыхай. Шесть недель ты можешь быть свободна от своих супружеских обязанностей. А потом мы начнем все заново. Я очень тобой доволен.

Арлаис едва удерживалась от смеха, наблюдая за тем, как изменилось выражение лица юной матери после слов Ахуры. Судя по всему, лже-Синния готова была извлечь максимальную выгоду из рождения дочери. Она станет всячески добиваться дорогих подарков от Ахуры Мазды. Но Арлаис слишком хорошо знала своего мужа и понимала, что он будет доволен только тогда, когда лже-Синния родит ему двух или трех дочерей.

— А теперь тебе нужно поспать, — ласково проговорил Ахура Сапфире. — Я уже нашел нашей дочери няню и кормилицу.

Поцеловав лже-Синнию, он вышел из комнаты.

— Я сама хочу кормить свою дочку, — заявила Сапфира.

Это очень удивило Арлаис.

— Ты сможешь кормить ее не больше месяца, — возразила она. — Ахура захочет, чтобы ты вернулась к своим супружеским обязанностям через шесть недель, Синния. Вряд ли Ахуре понравится, если твои груди будут принадлежать ребенку, а не ему.

— Пусть ласкает груди других жен, — упрямо проговорила Сапфира. — Я не хочу, чтобы мою дочь выкормила кормилица.