Цап-царап, моя радость - Елена Рахманова

– Испугалась, да?

Кошка потерлась о ее свитерок, благодарно урча и менее всего напоминая животное, спасенное из опасной для жизни ситуации.

– Не делай так больше, хорошо? А то свалишься, – посоветовала Лина Мурке и отнесла ее в кухню, чтобы снять возможный психологический стресс порцией кошачьего деликатеса.

Звук поворачиваемого в замке ключа застал девушку врасплох. Она собиралась сегодня уйти до появления хозяина квартиры, но Муркин рискованный эквилибр на двери задержал ее.

«Подумает еще, что специально торчу здесь, чтобы увидеть его», – промелькнула в голове предательская мысль, заставив Лину мучительно покраснеть. Она даже себе не решалась признаться, что так оно и есть на самом деле. Артем Николаевич чуть ли не сразу пленил ее воображение. Высокий, стройный, с приветливым взглядом карих глаз, в которых порой проскальзывала ироничная смешинка, с приятным баритоном, он не мог ей не понравиться.

И было в его манере вести себя нечто необыкновенно притягательное. Казалось, проблем у Артема Николаевича Прохорова не существует и он живет в ладу со всеми и с самим собой. А это так привлекает в мире, где из десяти сюжетов новостной телевизионной передачи по меньшей мере девять несут в себе негативную информацию.

Однако Лина прекрасно понимала, что не стоит предаваться несбыточным мечтам, и умело справлялась со своими эмоциями. Ему никогда не догадаться, с каким вниманием она наблюдает за ним, как ловит каждый жест. Мысленно повторяет особо удачные выражения…

– Вот вы где? Привет! – Он стоял на пороге кухни и улыбался им обоим. – Так и привыкнуть недолго.

Мурка уже терлась о его ноги, а Лина тихо спросила:

– К чему привыкнуть?

– К тому, что вы обе встречаете меня здесь после работы.

Артем произнес это легко, не особенно задумываясь над своими словами. У Лины же сердце забилось так часто и гулко, словно она услышала едва ли не признание в нежных чувствах. Прекрасно понимая, как обстоит дело в действительности, девушка тем не менее не сразу уняла сердцебиение.

– Ужинать сейчас будете или попозже? – спросила она и закашлялась: голос плохо ее слушался.

– Если не возражаешь, то сейчас, – ответил Артем и опустился на корточки посреди кухни, чтобы приласкать вольготно развалившуюся Мурку.

Лине пришлось обходить их, накрывая на стол. И она пожалела, что сегодня надела не брюки, как всегда, а юбку. Так и казалось, что сейчас заденет ногой хозяина дома или его нескромному взгляду доведется увидеть больше, чем следует.

Впрочем, она уже чувствовала себя увереннее на кухне, да и в квартире вообще. Не боялась чего-либо уронить или разбить ненароком. Научилась пользоваться всякими кухонными агрегатами. То, на что раньше у Лины уходила масса сил и времени, уже делалось легко, с удовольствием. Но самую большую радость доставляла ей фраза, которую она ждала каждый вечер, задерживаясь в квартире Артема.

– А не составишь ли мне компанию за ужином? – раздалось и на этот раз.

– С удовольствием, – неожиданно для себя ответила Лина и замерла, потрясенная собственной смелостью. Раньше она ограничивалась неопределенными фразами вроде «Ну, если вы этого хотите, Артем Николаевич».

В результате этих вечеров они многое успели узнать друг о друге. Артем с удовольствием рассказывал о работе, но с еще большим – о друге и коллеге Лехе с его солдатиками и огромным тигровым Эшли.

– Собаки этой породы один на один вступали в схватку с быками и не раз выходили победителями… – И он пересказал о майорских бульдогах все, что ему когда-либо говорил о них друг Леха.

– Зачем же такого свирепого пса держать в городской квартире? – спросила Лина и поежилась. – Страшно ведь. Неизвестно, что придет в его собачью башку. Да и быков в Москве никто не разводит…

– Ну, быков, положим, в Москве полным-полно, только они все больше двуногие… А что касается нрава собаки, то все зависит от воспитания, – с авторитетным видом и словами друга ответил Артем. – Эшлик на редкость уравновешенный и выдержанный пес. На первый взгляд самый настоящий увалень. И так не любит оставаться один! Однажды, это было в воскресенье, Эшлик разгрыз телевизионный пульт и сожрал киви, что лежали на столе в кухне, хотя обычно от них морду воротит. Так он хотел показать, что возмущен пренебрежением к собственной персоне в выходной день, который собирался провести с хозяевами.

– С хозяевами?.. А что, ваш друг женат? – спросила Лина.

Артем наморщил лоб, прикидывая, как бы поточнее выразиться. Наконец произнес, пожимая плечами:

– И да, и нет. Живут они со Светкой, как тут выяснилось, уже почти два года, но официально не расписаны. Зачем? Мало ли что может случиться, так ведь?

– А что может случиться? – снова спросила Лина, и Артем невольно подумал, что ни одна из его приятельниц такого глупого вопроса никогда не задала бы.

Но его домработница из провинции, видимо, родилась и выросла в другой среде. «Впрочем, дело не в провинции, там тоже вполне хватает современных, продвинутых в смысле отношений между мужчинами и женщинами людей», – подумал Артем и забавы ради решил развить тему.

– Уж не считаешь ли ты, что надо всю жизнь искать свою половинку, а найдя, скрепить союз брачными узами и жить душа в душу до глубокой старости? – иронично улыбаясь, полюбопытствовал он.

Пожалуй, это был первый серьезный вопрос, который он ей задал, и Лине было что на него ответить. Во всяком случае, она не раз задумывалась над ним. Однако ей хватило сообразительности обратить все в шутку. «Не время и не место раскрывать перед ним душу, – решила девушка. – Он только посмеется надо мной».

– Ну что вы, Артем Николаевич, суженого, говорят, на коне не объедешь, так зачем же искать, – рассмеялась Лина. – Он сам объявится… когда придет срок.

– Но ты познакомишь меня с ним, не правда ли? – в тон ей отозвался Артем.

– А как же. Мне будет интересно узнать ваше мнение о нем…

«Беда только в том, что мне не скоро удастся забыть вас, Артем Николаевич, и это будет серьезно осложнять мою жизнь, – мысленно продолжила она ответ и подавила печальный вздох. – Когда знаешь, чего хочешь, трудно согласиться на меньшее».

«Забавная девица, – размышлял Артем позже вечером, оставшись наедине с Муркой. – Неужели не понимает, что с ее-то серенькой внешностью и домостроевскими устоями запросто можно остаться у разбитого корыта? Да и денег, способных заставить забыть о многом, у нее тоже нет».

– Ей бы попроще относиться к жизни, правда, Мурка? – обратился он к устроившейся у него на коленях кошке. – Но ведь не посоветуешь, еще обидится…

Артем неожиданно подумал о том, что вот уже несколько недель не назначал никому свиданий, вел, по его мнению, прямо-таки затворнический образ жизни. И, что самое странное, не очень-то страдал от этого. Заводить новые знакомства не хотелось, а возобновлять старые он был не любитель. «Похоже, мне просто требуется небольшой перерыв, и вполне естественно, что он совпал с отъездом Фриды Яковлевны. С ее возвращением все вернется на круги своя», – решил молодой человек.