Мадам Одиночка, или Укротительница мужчин - Юлия Шилова

– Свет, ты завязывай ерунду говорить. Ты об этом дажене думай. Тысячи мужиков уходят из семей, и никто их не убивает.

– А зря. Значит, я буду первой. Мужики из семей уходят,но детей они при этом не забывают. А этот… Ты мне лучше скажи, твой Владимирсможет помочь?

– Сможет, только это денег стоит.

– Я заработаю эти деньги. Ты только когда будешь емузвонить, как бы между делом спроси, чтобы я знала, на какую сумму мне надорассчитывать.

– Ты что, совсем сдурела?! Разве о таких вещах потелефону говорят?! Да мне Владимир за такие фокусы голову оторвет. О подобныхвещах говорят один на один, чтобы никто не слышал и свидетелей никаких не было.Телефон прослушать можно, тем более международный разговор.

– Хорошо, тогда ты по прилете с ним поговори. Обещаешь?

– Обещаю, только ты что, в тюрьму захотела?

– За то, чтобы никто не оказался в тюрьме, я плачуденьги. Даже если это будет мне не по карману, я разменяю свою квартиру наменьшую площадь, возьму разницу деньгами и все равно грохну этого гада.

Поняв, что спорить со мной бесполезно, Ленка убедительнозатрясла головой и огляделась по сторонам.

– Хорошо, Светочка, хорошо. Ты только на весь самолетне кричи, а то уже люди оглядываются. Я с Владимиром обязательно поговорю. Тыне переживай.

– Надо мне было сначала квартиру разменять, затем егогрохнуть, а потом уже в Турцию лететь, – вступила я в диалог сама с собой.

– Не торопись. Квартира – это самое ценное, что у тебяосталось. Не забывай, что у тебя двое детей, которым будет совсем неуютно вмаленькой комнатушке. Квартиру ты всегда успеешь продать, а может, ты самасумеешь эти деньги заработать и не надо будет ничего разменивать.

– Тоже верно, – буркнула я и отвернулась к окну.

Мне представился Костик с пулевым ранением в голову, лежащийвозле дома своей молодой жены… И облегчение… Не вина, а облегчение отсодеянного…

Как только самолет приземлился в турецком аэропорту,пассажиры громко захлопали в ладоши и дружно закричали: «Браво!» Мы с Ленкойпереглянулись и начали пробираться к выходу. На улице уже было темно. Турциявстретила нас ночной жарой и морской свежестью.

Получив свой багаж, мы принялись искать турка с нужнойтабличкой.

– Ну вот, дорогая, мы и на отдыхе… Господи, как долгомы об этом мечтали. Сейчас уложим детей спать и обязательно искупнемся в ночномморе…

Я обернулась и увидела счастливую семью. Муж нежно обнималжену за плечи, а рядом шагали две маленькие девочки-близняшки… От этой идиллии уменя защемило сердце и запылало в груди. Проводив счастливую пару грустнымвзглядом, я почувствовала, как моя подруга ткнула меня в бок, и отнеожиданности вздрогнула.

– Свет, ты о чем думаешь?! Вон турок с нашей табличкой!Ты давай сейчас не грузись. До этого еще далеко.

Я же тебе пообещала, что как только мы прилетим, яобязательно поговорю с Владимиром, и он найдет того, кто хладнокровнорасправится с твоим Константином. Вернее, уже не с твоим, а с чужим. Мужики онивсе такие. Сегодня он твой, а завтра чужой. Поди разбери, в какую сторону у нихженилка смотрит.

Симпатичный турецкий мужчина, к которому мы подошливплотную, расплылся в широкой улыбке и спросил с сильным акцентом:

– Вы и есть Светлана и Елена?

– Они самые, – подтвердила Ленка и поставила своютяжелую дорожную сумку на пол. Сумка была такая огромная, что мне показалось,будто Ленка собралась сюда на несколько лет и прихватила при этом весь свойнемалый гардероб.

– Добро пожаловать на турецкую землю. Меня зовут Экрам.Владимир звонил и говорил мне, что вы очень красивы, но я и не думал, что дотакой степени.

Не выдержав его пристального взгляда, я опустила глаза ипроизнесла тоненьким голосом:

– Мы стараемся хорошо выглядеть.

– Как долетели?

– Очень хорошо.

– А в Москве жарко?

– В Турции жарче, – в один голос ответили мы.

– Ничего, вы быстро привыкните к нашей жаре. Тем болеев последнее время погода нас не очень-то и балует. По вечерам ни с того ни ссего стали идти дожди. Особенно в горах. Ну что, тогда пойдемте к машине?

– Пойдемте.

Сев в машину, в которой сидел один водитель-турок, знавшийпо-русски только несколько фраз («Здравствуй, Наташа», «Как ты красива», «Какдела?»), мы направились в сторону города.

– А где мы будем жить? – поинтересовалась я,вглядываясь в огни ночной Анталии.

– Мы едем в Кемер. Вы когда-нибудь там были?

– Была года два назад.

– Ну и как, понравилось?

– Да.

– Вы здесь работали или отдыхали?

– Я отдыхала вместе с мужем и детьми.

– У вас есть муж?

– Был.

– Был? – Видимо, турок не понял моего ответа ипожал плечами. – А сейчас он где? Он что, умер?

– Нет. Он просто ушел к другой.

– А разве так бывает? – искренне удивился турок.

– Наверно, у вас в Турции не бывает, а у нас в Россииэто сплошь и рядом. Мужчины уходят, дети остаются.

– Но ведь мужчина может жить сразу с двумя женщинами.

– Может. Некоторые так и делают. Имеют жену илюбовницу. Все счастливы и все довольны, а некоторые вроде меня устают вестидвойную жизнь и выбирают кого-нибудь одного.

– У нас мужчина может иметь гарем.

– Наш мужчина гарем не потянет. Наш мужчина и одну-тоженщину с трудом может прокормить. Тем более у ваших женщин запросы совсеммаленькие, а у наших они растут с каждым днем.

Как только мы стали проезжать длинный тоннель, я слегкаткнула Ленку в бок и быстро проговорила:

– Пока мы будем проезжать тоннель, надо минуту недышать и загадать желание. Если у тебя это получится, то оно сбудется.

– Я что, дура – минуту не дышать. Так и задохнутьсяможно.

– Еще ни один не задохнулся. Это поверие такое.

– Вот пусть турки и верят в свои поверия.

И все же я выдержала минуту и загадала желание.