Голос сердца - Юлия Богатырёва

— Да, я понимаю. Постараюсь больше такого не допускать. Знаешь, я еще никогда при нем так не ревела, и мне ужасно стыдно…

— О, это пустяки — беззаботно махнула рукой девушка — Тебе еще повезло, что тебя не вывернуло ему на рубашку: когда я впервые увидела мертвое животное, к которому за пять лет работы очень привязалась, то от расстройства быстренько рассталась со своим завтраком, который попал прямо на стильные ботинки моего тогдашнего работодателя. Сама понимаешь, надолго на той работе я не задержалась.

У меня от удивления округлились глаза — таких откровений от дрессировщицы я не ожидала. В это время мы как раз подошли к туалету для персонала, который находился в противоположном от комнаты отдыха конце коридора. Я тщательно умылась и похлопала себя по щекам. Над раковиной весело небольшое зеркало, и я заглянула туда… Лучше бы я этого не делала! Из зеркала на меня смотрела страхолюдина с бледным лицом в красных пятнах (которые, слава Богу, уже начали постепенно исчезать), опухшими глазами и красным носом. Я конечно, предполагала, что после такой истерики выгляжу не лучшим образом, но не настолько же ужасно!.. Открыв кран с холодной водой, я опять принялась умываться. После второго раза я выглядела уже получше и решила, что больше улучшить свой внешний вид я никак не могу. Маша терпеливо дожидалась меня у выхода из туалета и, как только я закончила приводить себя в порядок, мы вместе направились в комнату отдыха.

— Я сейчас поставлю чайник, ты выпьешь чего-нибудь горячего, и тебе сразу станет легче — пообещала мне дессировщица.

— Спасибо — поблагодарила я добрую девушку — это было бы замечательно.

— «Ольга! Зайди ко мне!» — вдруг услышала я мысленный зов дельфина, когда мы проходили мимо двери Антона-Кипера. Я резко затормозила, и догадливая Маша сразу поинтересовалась:

— Что? Тебя кто-то позвал?

— Да. Антон. Но мне что-то не хочется сейчас к нему идти — пожаловалась я подруге. Дельфин словно услышал меня или, скорее, почувствовал мое нежелание видеть кого-либо из их сородичей и прислал мне образ Кассандры-Чезары, окруженный сияющим светом, с настойчивым мысленным импульсом:

— «Чезара просила тебе кое-что передать перед великим отплытием туда, откуда не возвращаются. Зайди.»

Тут ко мне пришла запоздалая догадка, и меня словно подкинуло. Не обращая внимания на растерявшуюся Машу, я стрелой влетела в комнату Кипера, посылая ему все свое возмущение и негодование:

— «Ты все знал! Вы все — знали! И ничего мне не сказали! Не намекнули даже, что ей больше всех требуется помощь! Почему?!» — обрушила я мысленную бурю на бедного дельфина — «Разве так сложно было указать мне на нее в самом начале? Я бы успела ей помочь, и никто бы не умер. Но ни ты, ни Крисси, ни Уилер, никто из вас мне о ней не сказал! Почему вы все молчали?!» — разбушевалась я не на шутку. Кипер терпеливо переждал, пока я мысленно наорусь в свое удовольствие, а потом со спокойным достоинством подумал:

— «Потому что она не хотела больше здесь жить. Ольга, Чезара была намного старше нас всех, она устала от своего тела и давно уже собиралась покинуть нас. Мы знали об этом и уважали ее решение.»

Кипер сопроводил свою мысль смутно знакомым мне образом, как дельфина, сделав изящный круговой пируэт, растворяется в синей толще воды:

— «Но она не могла нас бросить, пока мы были в беде и ели плохую еду» — знакомый образ: дельфины вылавливают из голубой воды коричневые комочки отравленного корма, и их тела наполняются темнотой — «Она поддерживала наши силы сколько могла (картинка: от дельфины к ее сородичам тянутся призрачные нити, по которым перетекает серебристо-голубая энергия), но потом пришла ты и освободила ее (дельфин показал, как я вливаю в него золотистый целительный свет, а затем так же исцеляю Крисси и Уилера). Чезара поняла, что больше не нужна здесь и теперь может исполнить свое давнее желание (видение: от мертвого тела Кассандры отделяется полупрозрачный светящийся образ дельфина и превращается в сверкающую неземным белым светом звезду, которая стремительно удаляется от меня, исчезая в водяной синеве). Она просила передать тебе большую благодарность за свое освобождение и наше исцеление (я почувствовала, как на меня накатила волна не просто большой, а огромной благодарности!) и сказать, чтобы ты отпустила ее так же как мы (я увидела себя со стороны: я машу вслед уплывающей дельфине, и лицо мое при этом полно спокойствия и умиротворения). Понятно?» — в конце этой поистине гигантской речи Кипер прислал успокаивающе-вопросительную интонацию.

— «Да» — ответила я, ощущая, как в моей душе воцаряются утраченные ранее мир и покой. Дельфин тоже это почувствовал и послал мне мысленную улыбку. Я вдруг с удивлением отметила про себя насколько проще и легче мне стало понимать Кипера по сравнению с прошлым нашим общением. Я догадывалась отчего так, но решила уточнить у него:

— «Кипер, я слышу тебя лучше, чем раньше. Почему это?» — В голове у меня опять возник образ дельфины и последовал мысленный ответ:

— «Это все Чезара. Она убрала то, что тебе мешало нас слышать. Она была очень мудрой и много знала, многому нас научила» — ко мне прилетело ощущение безграничного уважения и даже преклонения Кипера перед мудростью и опытом его наставницы — «Но некоторые вещи могла сделать только она. Мы еще слишком молоды, нам это не под силу». Мой морской друг послал мне какой-то образ, ноя не успела его разглядеть, так как дверь внезапно распахнулась, и в комнату на всех порах ворвался Адам, раздраженно выговаривая мне:

— Ольга, немедленно отойди от Антона! Тебе что сегодня мало досталось?! Хочешь еще для полного счастья в обморок упасть? Ты вообще сегодня хоть что-нибудь ела? Наверняка нет! А у меня, как на зло, нет с собой ни одного пирожка. Ну, ни на минуту тебя нельзя одну оставить, обязательно куда-нибудь влезешь! — зеленые глаза сверкали от гнева и сам парень был весь словно натянутая струна вот-вот готовая лопнуть.

До меня донеслось недоумение Кипера:

— «Что это с ним?»

— «Он просто за меня волнуется» — успокаивающе пояснила я дельфину — «Не беспокойся, я разберусь. Мне пора, Кипер, спасибо за все. Еще увидимся» — попрощалась я с морским другом, посылая ему свою признательность, благодарность и дружбу. И не дожидаясь ответного прощания, сразу же развернулась к Адаму, который навис надо мной словно нерушимая скала. Я успокаивающим жестом положила руки ему на плечи и произнесла с добродушной улыбкой:

— Дружище, не надо так кричать. Ты пугаешь местных жителей. Не нужно за меня волноваться, я больше не буду падать в обмороки, обещаю. И пирожки мне больше не нужны. Чезара, то есть Кассандра, когда приходила сегодня ночью ко мне во сне, что-то сделала с моим мозгом, так что теперь мне не приходится тратить так много энергии на телепатию, как раньше.

Глаза парня удивленно расширились, и он растерянно перевел взгляд с меня на Кипера-Антона (любопытный дельфин наблюдал за нами, высунувшись из воды) и обратно. А затем он вдруг радостно улыбнулся, обняв меня за талию и с живым интересом спросил: