Ловушка для влюбленных - Олег Рой

– Тогда скажи, что для тебя дороже – правила или я?

– Ты мог бы и не спрашивать… – Она опустила голову.

– Значит, ты согласна мне помочь?

– Ну хорошо, будь по-твоему. Только надо очень тщательно все продумать и взвесить, чтобы не совершить ни малейшей ошибки. Тогда есть надежда, что никто ничего не узнает…

Вдвоем они обдумали все детали тайного проникновения в Комнату Книг. Святая Святых представляла собой огромный зал, который люди, вероятно, сочли бы подобием библиотеки – вдоль всех стен тянулись стеллажи, а на их полках в строгом порядке расположились тома, содержащие сведения обо всех тех, кто когда-либо жил на Земле, находился там сейчас или кому еще только предстояло родиться. Собственно, попасть в Комнату Книг было не так уж сложно: о замках в их мире, разумеется, и понятия не имели, так что из всех преград на входе существовала только одна – дежурный, и то исключительно для проформы, поскольку ни одному ангелу и так никогда не пришло бы в голову нарушить запрет и отправиться туда, куда ходить запрещено, или хотя бы поинтересоваться содержанием Книги Судеб. Зачитавшийся был первым ангелом, кому вздумалось такое, – потому и вышел столь грандиозный скандал…

– Давай дождемся моего дежурства, – предложила Иволга. – В тот момент, когда я окажусь на входе в Комнату Книг, ты тоже легко сможешь войти туда. И нам будет угрожать лишь одна опасность – в любую минуту в зал может прийти кто-то из архангелов, кому вдруг понадобится уточнить что-либо в одном из многочисленных томов Книги.

– И что мы тогда будем делать?

– Я задержу его, начну громко разговаривать с ним. Ты услышишь шум, спрячешься под самым дальним стеллажом и отсидишься там, пока архангел не уйдет. Затея рисковая, но это единственно возможный вариант.

Ждать дежурства Иволги пришлось на удивление долго. Зачитавшемуся казалось, что прошла целая вечность, он весь издергался и изнервничался. Но наконец Иволга сообщила, что заступает на пост следующим вечером.

– Это очень хорошо, что мне выпало дежурить ночью, – заметила она. – Вероятность того, что тебя застанут в Комнате Книг, куда меньше.

И они приступили к воплощению своего дерзкого плана.

После заката Зачитавшийся на всякий случай прождал еще несколько часов и, когда вокруг окончательно все стихло, осторожно, тревожно оглядываясь, чтобы посмотреть, не видит ли его кто-нибудь, полетел в Зал Судеб. Его чернокрылая подруга дожидалась у дверей и, заметив возлюбленного, махнула рукой.

– Иди как можно незаметнее и тише, – шепнула она, – чтобы тебя не услышал никто из ангелов, которые работают в Зале Судеб, отслеживая новорожденные души.

– А вдруг кому-то из них понадобится зайти в Комнату Книг? – тоже шепотом спросил Зачитавшийся.

– Будем надеяться, что этого не произойдет. Они ведь заполняют новый том Книги Судеб, который только начался. Остальные тома им не нужны.

Она взяла возлюбленного за руку и подлетела с ним ко входу в зал, где хранилась Книга Судеб. Доступ в Святая Святых был открыт.

– Только ты побыстрее, пожалуйста, – взволнованно шептала Иволга. – Я так боюсь…

– Постараюсь.

И Зачитавшийся влетел в зал. Торопливо двигаясь вдоль стеллажей, довольно быстро сориентировался и вскоре обнаружил среди других томов тот, который его интересовал. Сняв с полки массивный фолиант с надписью «Книга Судеб № 94826571758932 / 409», он откинул тяжелый переплет и принялся осторожно перелистывать страницы в поисках интересующей его судьбы. Каждому рожденному в один день, час и даже миг с его недавним подопечным был посвящен целый лист, где не только указывались даты, но и подробно описывались основные вехи судьбы, а также возможные варианты ее развития в случае, если человек в ответственный миг примет то или иное решение. Это было так увлекательно, что Зачитавшийся даже пожалел, что у него нет времени ознакомиться со всем подробно. Ему следовало как можно быстрее найти сведения об Алексее Ранцове, а они все не попадались. Перед глазами сплошным потоком проходили строчки:

«68749033. Моник Тереза Амелия Дювье»…

«04867275. Стивен Энтони Прайз»…

«56380783. Ануш Давидовна Геворкян»…

«Франция, Париж, Елисейские Поля»…

«Китай, провинция Юньнань, деревня Яншо»…

«Родители – выдающиеся ученые-химики»…

«Кто отец, неизвестно даже самой матери»…

«Первенец»…

«Одиннадцатый ребенок в семье»…

«Родовая травма»…

«Раннее развитие музыкальных способностей»…

«В возрасте шести лет, опасность от воды»…

«Бросит школу, не окончив ее»…

«Оксфорд с отличием»…

«При пересмотре взглядов и выборе другого колледжа возможна успешная карьера»…

«Три легких ранения и одно средней тяжести»…

«Сто тридцать шесть любовников, четыре официальных брака»…

«Успех, богатство, немеркнущая слава»…

«Смерть от передозировки наркотиков в возрасте пятидесяти трех лет»…

«Останется холостяком»…

«Домохозяйка, трое детей, сын и две дочери»…

– Милый, ты скоро? – шепотом спросила Иволга, которая с тревогой прислушивалась к доносящимся снаружи звукам.

– Сейчас, сейчас…

Страница, еще страница, еще… Глаза Зачитавшегося торопливо скользили по строчкам. Ну где же? Неужели он перепутал том? Нет, вот, наконец-то! «Алексей Григорьевич Ранцов, 12 ноября 1966 года, появится на свет в московском родильном доме № 36 в 14 часов 27 минут 12 секунд». Бывший ангел-хранитель с большим интересом открывал для себя все этапы судьбы, которая на самом деле была уготована его подопечному. Родители, благополучное детство, первая влюбленность в соседку по даче Наташу, верный друг на всю жизнь – Борис Звягинцев, несчастная утонувшая девочка Женя, ранняя смерть отца, жена Вероника и сын Павел, перегон иномарок из-за границы – все это, оказывается, было предначертано. А вот никакого факультета журналистики, никакой студентки Гали, никаких книг, фильмов, славы, конечно, не значилось. Леша должен был поступить в автомеханический институт, успешно его закончить, получить распределение на АЗЛК, а потом….

– Милый! – умоляющим тоном проговорила Иволга. – Поскорее, очень тебя прошу!

– Да-да, сейчас! – Ее друг с сожалением перевел взгляд вниз страницы… и ахнул, не поверив своим глазам. Перечитал написанное несколько раз – и застонал, обхватив голову руками.

– О Боже Всемогущий! Я ожидал чего-то похожего, но…

– Что? Что такое? – Женщина-ангел, не выдержав, покинула свой пост и через мгновение уже была рядом с ним.

– Посмотри сама…

Иволга склонилась над книгой и тоже вскрикнула от отчаяния, увидев бесстрастную надпись: «… в случае выбора неправильного пути в сорок три года перенесет обширный инфаркт, от которого или умрет, или будет спасен врачами, но в результате, из-за своих рассказов о потустороннем мире, попадет в сумасшедший дом, где и доживет до конца отпущенного ему века – до девяноста двух лет».