Романтика с риском для жизни - Джени Крауч

Дилан увидел, что Шелби наконец ослабила ремни. Он знал: в первый раз в кабине новички всегда побаиваются, но теперь, когда они поднялись в воздух, она как будто немного успокоилась.

Он по-прежнему сам не понимал, почему пригласил ее с собой в кабину. Как и в свой дом. Кабину «сессны» он считал своим личным пространством и не любил ни с кем ее делить. И все же пригласил эту странную рыжую особу в два самых священных для себя места: в свой дом и в кабину самолета.

Покосившись на Шелби, он увидел, что ее зеленые глазищи с интересом смотрят вокруг. Солнце только начало восходить. Пейзаж вокруг окрасился в более естественные тона. Какая же она красивая – и как отлично выглядит в кабине его самолета ранним утром!

Дилан посмотрел метеосводку. Им придется поспешить. Если повезет, они обгонят грозу. Ни один нормальный пилот не согласится лететь в такую погоду.

Дилан ждал от Шелби вопросов о том, как управлять самолетом. Но Шелби молчала. Может быть, ей просто неинтересно, чем он занимается. Дилан никак не мог понять, почему ее молчание так раздражает его.

– Вопросов нет? – спросил он, еще больше досадуя – на этот раз на себя.

– Вообще-то есть, и много, – ответила Шелби, глядя на него как-то настороженно. – Но вы ведь только что сказали: «Грузы не разговаривают». Поэтому я решила, что вы предпочитаете молчание. Я вас вполне понимаю.

Вот так Дилан снова оказался в дураках. Злится на нее, а ведь она идет ему навстречу!

– А вы спрашивайте, – предложил он. – Я не кусаюсь.

Она едва заметно улыбнулась:

– Дилан, вы в самом деле не обязаны меня развлекать. Наверное, вам приятно побыть в тишине, подумать о своем… Вполне вас понимаю.

– Ценю вашу чуткость, но я правда не против ваших вопросов.

На горизонте показался краешек солнечного диска. Они летели на восток. Скоро им будет слепить глаза. Дилан достал из кармана солнечные очки и надел их.

– Очки-авиаторы? – Ему показалось, что Шелби немного удивилась.

– Их не случайно так назвали. Пройдет меньше минуты, и они мне очень пригодятся. Кстати, справа от вас в кармане на липучке есть вторые такие же.

– Давно вы летаете? – спросила Шелби, изгибаясь в кресле, чтобы достать очки.

– Открыл фирму чартерных перевозок почти четыре года назад. А летать на вертолете начал еще в армии. Лет десять назад вышел в отставку, перешел в правоохранительные органы и получил лицензию частного авиаперевозчика. Так что… да, летаю я уже давно.

– Любите свою работу?

– Я люблю трудности, во время полета необходимо сосредоточиться, решать сразу много задач. Особенно когда управляешь небольшим самолетом, вроде моей «сессны». Мне нравится, что я сам себе хозяин и могу брать задания по своему вкусу.

Шелби кивнула:

– Да, мне в моей работе нравится то же самое.

Дилан вспомнил, что она разрабатывает компьютерные игры – она ведь упоминала об этом вчера вечером.

– Как вы стали разработчицей игр? – спросил он.

– Я люблю цифры. А разработка игр в конечном счете к цифрам и сводится.

– Значит, вы – мастер своего дела?

– Я лучшая в своей области. – Она пожала плечами.

Она произнесла последние слова так буднично, что невозможно было усомниться в ее правоте.

– Правда? И какие же игры вы создали? Есть среди них известные?

Она ответила, глядя на приборы. Дилан испытал шок, когда услышал название нескольких самых популярных в мире игр.

– Значит, их сделали вы?!

– Да. – Шелби провела пальцами по индикатору приборной скорости.

– В них ведь играют все!

Дилан не был геймером, но об этих играх слышал даже он. Родители подростков относились к этим играм снисходительно, потому что они были захватывающими, но без сцен насилия, и забавными, но без непристойностей. Ну а подростки обожали их за то, что они были совместимы со всеми игровыми приставками. Новые выпуски выходили каждые несколько недель, что выгодно отличало их от других игр, где продолжения нужно было ждать месяцами или дольше.

– Да, – ответила Шелби, очевидно не любившая хвастаться.