Романтика с риском для жизни - Джени Крауч

– Нет, Шелби, мне грустно оттого, что ее жизнь и жизнь ребенка оборвались так рано, но, когда она умерла, я уже не любил ее. Недавно до меня дошло, что именно поэтому я не мог так долго отделаться от ее призрака.

Шелби задумчиво посмотрела на него.

– Ты позволишь мне заботиться о тебе эту неделю? – спросил он.

Она кивнула. Дилан подхватил ее на руки, вынес из самолета и усадил в свой пикап. Потом перенес туда их нехитрый багаж. Он медленно ехал по грунтовой дороге, которая вела к его дому, и остановился как можно ближе к крыльцу.

Затем он вышел и обошел пикап, распахнул дверцу. Ну вот, наконец!

Погладив Шелби по щеке, он помог ей выйти.

– Я знаю, что обычай Сойера и Меган каждое утро здороваться произвел на тебя сильное впечатление. Сойер всегда был романтиком. А я нет, Шелби, так что извини.

Дилан чувствовал себя совершенно не в своей тарелке. Во всяком случае, его поступок романтичным не назовешь… Скорее всего, Шелби решит, что он спятил. Поддерживая ее, он помог ей подняться на крыльцо.

– Я помню, что ты обещала мне всего неделю, но надеюсь, что ты позволишь мне… нам… провести вместе больше времени. Ты доверилась мне, разрешила позаботиться о твоем удобстве… – Дилан открыл парадную дверь. – Значит, ты не будешь против того, что я сделал.

Он ввел Шелби в гостиную, куда перевез ее любимое мягкое кресло из ее квартиры, старинное кресло, о котором она ему рассказывала. Кресло, в котором она отдыхает, в котором понимает, что все будет хорошо. Он поставил его между окном и камином, надеясь, что она будет любоваться видом и греться у огня.

– Как тебе это удалось? – прошептала она.

– Я позвонил твоей помощнице, и она вчера пустила меня к тебе в квартиру. Но сначала, конечно, она проверила, кто я, и убедилась, что не собираюсь тебя ограбить.

Шелби молча стояла на месте и смотрела на кресло.

Дилан рассмеялся: его слова даже ему самому показались неловкими.

– Я попытался сделать что-то романтичное, но, видимо, мне не так хорошо это удается, как Сойеру.

Он подошел к MP3-плееру на столе у ее кресла и включил его.

– А еще я шесть часов записывал шум машин, который можно услышать из окон твоей квартиры. Я знаю, как ты любишь шум машин за окном.

Шелби по-прежнему ничего не говорила. Дилан выключил плеер и посмотрел на нее. Она плакала, закрыв лицо руками.

– Шелби, что с тобой? Тебе больно? – Он подбежал к ней.

Шелби обхватила ладонями его лицо:

– Какой ты романтик! Я в жизни не получала такого подарка! Это как «доброе утро», но оно… может длиться всю жизнь!

– Тогда обещай, что ты останешься со мной на всю жизнь и всякий раз, включая плеер и слушая любимые звуки, ты будешь вспоминать, что я люблю тебя.

– Даже не надейся, потому что я тоже тебя люблю.

Он нежно поднял ее на руки, и они оба сели в ее старое кресло. Он будет отдыхать там с ней всякий раз, как получится. Они прекрасно друг другу подходят.