Когда ночи мало - Венди Маркус

В отчаянии она дернулась и потянула изо всех сил, пока подол ее платья не треснул, но часть юбки все еще оставалась зажатой.

– Нет! – крикнула она в отчаянии.

Недельная зарплата, многочасовая беготня с судном, капельницами, катетерами, переодеванием, лекарствами и перевозками пациентов была уничтожена так же эффективно, как если бы она воспользовалась ножницами, чтобы разрезать свой чек на сотню крошечных неузнаваемых кусочков.

– Эли?

Эли в ту же секунду узнала голос Джареда. Она застыла, она была почти готова расплакаться. «Пожалуйста, пожалуйста, только не он, только не сейчас».

Боковая дверь в кабинет Лайла Греншоу со скрипом отворилась. Яркий свет упал от верхних ламп.

Элисон покосилась на дверь, пытаясь прикрыть одной рукой прореху на платье, другой рукой прикрывая бедра, всерьез сожалея о своем выборе белья, зная, что полупрозрачные бледно-розовые трусики танга, которые она на себя натянула, больше открывают, нежели скрывают.

Сначала в поле ее зрения оказались его черные лаковые туфли. Когда Эли подняла голову, она увидела черные брюки, скрывающие длинные ноги, черный пиджак-смокинг, превосходно сидящий на широких плечах, шелковый галстук-бабочку, завязанный под снежно-белым воротником рубашки, и наконец она встретилась взглядом с оливково-зелеными глазами доктора Джареда Паджета. Хотя он хорошо выглядел и в больничной униформе, ничто не могло сравниться с мужчиной, одетым в смокинг. Его темные волосы были подстрижены короче, чем в последний раз, когда она его видела.

– Что ты здесь делаешь? – спросила Эли, как можно невозмутимее.

– Ищу тебя, – невинно отвечал он. – Как будто ты не знаешь.

– Хочу заметить, что ты явился без приглашения. Без предупреждения.

– Я думаю, тебе чертовски повезло, что здесь появился я, а не кто-нибудь еще. – Его глаза осмотрели ее ноги до голых бедер. Они задержались на ее груди, его согревающий взгляд был откровенным и беспечным, ее соски затвердели. Его взгляд проследовал до того места, где ее платье было надежно зажато дверцей шкафа. Как он ни старался – не смог удержаться от улыбки.

– Что, черт побери, ты с собой сделала?

Эли оглянулась в поисках чего-нибудь, чтобы швырнуть в него. «Почему никогда под рукой не оказывается того, что нужно», – подумала она.

– Осмелюсь ли я спросить, в чем состоит твое затруднение?

– Только если ты не хочешь выйти отсюда целым и невредимым.

Джаред рассмеялся:

– Ты ужасно отважная для человека в твоем положении.

Хорошо замечено. Она глубоко вздохнула:

– Прости. Это была ужасная ночь.

И у Эли было зловещее предчувствие, что она станет еще хуже, прежде чем закончится.

Паджет стоял, с любопытством глядя на нее.

– Не думаешь ли ты, что, вместо того чтобы глазеть, мог бы найти ножницы на этом столе и освободить меня?

Эли рванулась, демонстрируя новую попытку освободиться.

Джаред продолжал изучать ее, наклонив голову и проведя пальцами по подбородку.

– Ты меня слышишь? – Эли замахала руками перед его лицом. – Мне тут нужна небольшая помощь.

Он очнулся:

– Мне кажется, ты мне нравишься там, где ты есть.

Прервав протесты Эли, Джаред протянул руку, чтобы прекратить ее вопли:

– Только пару минут. У меня есть предложение.

– Ты надо мной издеваешься. Ты можешь позволить себе делать предложение женщине в зловещих обстоятельствах?

К сожалению, она не могла дать ему пощечину, чтобы показать, что его слова оскорбили ее.

Он покашлял.

– Твои обстоятельства не так уж зловещи. Тебе неудобно?

Нет, это было не так. Но…

– Да. Ужасно неудобно. Освободи меня немедленно.

Джаред пристально рассматривал ее лицо.

– Ты ужасная лгунья, – заметил он.

– Даю тебе две минуты. У меня есть несколько слов, которые я бы хотела тебе сказать, и я не хотела бы, чтобы ты оказался рядом, когда я это скажу.

Эли посмотрела на часы и сделала вид, что засекает время.

– Ну давай же, начинай действовать.

– Я думаю, мы плохо начали.

– Ты думаешь? – Ее голос был проникнут сарказмом.

– Я не собираюсь извиняться. Понимаешь ты это или нет, я все сделал правильно.

– Это ты так считаешь.

В результате его действий Эли снова осталась одна без перспективы на будущее, которое она надеялась обрести с Майклом.

– Я хотел бы, чтобы мы начали снова.

– А… – Эли кивнула. – Я поняла. Не удалось трахнуться в Буффало? Ты думаешь, что если я разок пожалела тебя, то, может быть, пожалею снова?

Джаред выглядел так, словно она его ударила.

– Разок?

Слишком поздно она вспомнила о том, что он разделил с ней постель до того, как покинул город.

– Я хотела сказать, дважды.

Черт. Ее «дважды» прозвучало больше вопросом, чем утверждением.

– Ты не помнишь?

Эли подумала о том, что она должна отказаться отвечать, потому что могла скомпрометировать себя.

– Три раза, Эли. – Он поднял три пальца, чтобы подчеркнуть свои слова. – После того как мы были на скамейке у реки, я оказался в твоей постели, ты сама меня туда затащила. – Он согнул безымянный палец. – После второго раза я попытался уйти снова. Ты умоляла меня о продолжении. – Он согнул средний палец.

Если бы гигантская черная дыра начала формироваться под ней, это было бы превосходно.

– И третий раз. – Он согнул последний палец.

Ее лицо горело, как будто она уснула на полуденном солнце на пляже какого-нибудь тропического острова. Может быть, эротические сцены, которые вторгались в ее сон, были на самом деле обрывками воспоминаний? Эли стало плохо. Три раза? Они занимались сексом без презерватива три раза. Потом она не нашла никаких оберток от презервативов, – она проверяла. Везде. Если бы шкаф не поддерживал ее в вертикальном положении, она бы свалилась на пол.

Кто-то потряс ручку двери в кабинет. Эли повернула голову в том направлении. Судя по звуку, за дверью в коридоре стояла группа людей. Растягивая слова, как настоящий южанин, Лайл объяснял:

– Подождите здесь, дорогие. У меня есть ключ.

Часовая бомба отсчитывала последние секунды перед бедствием, ее тиканье эхом отдавалось в ушах Эли.