Голос сердца - Юлия Богатырёва

— У меня не получается до него дотронуться — слишком далеко, а без этого я не могу передавать целительную энергию. Что же делать? Ему совсем плохо.

— Значит, вам придется спуститься к нему в бассейн — тут же решил проблему директор и предложил тоном, не терпящим возражений — давайте сходим в комнату отдыха и спросим инструкторов: может у кого-нибудь из них найдется подходящий гидрокостюм?

Передав страдающему дельфину свое сочувствие, я попросила:

— «Подожди немного, я сейчас вернусь» — и тут же стремительно подскочив с бортика бассейна, быстрым шагом направилась к выходу. Остальные так же быстро и молча последовали за мной.

Когда мы всей толпой ворвались в комнату отдыха, там царило полное уныние и безысходность, но мне некогда было успокаивать сотрудников и объяснять им ситуацию. Отыскав глазами Машу, я подбежала к ней и напрямик спросила:

— Маш, можешь мне одолжить на время свой гидрокостюм? Там дельфину срочно требуется лечение, а я до него не дотягиваюсь — придется к нему в воду лезть.

Неглупая Маша, быстро кинув взгляд в сторону директора, что-то просчитала в уме и, просияв, воскликнула:

— Конечно, одолжу! Пойдем за ширму — там переоденешься — и тут же утащила меня за уже виденную мною ранее занавеску в углу комнаты. Пока я переодевалась, девушка молча сверкала глазами от любопытства и, наконец, решилась спросить шепотом:

— Оль, получилось?

— Да — таким же шепотом ответила я — потом расскажу, сейчас не до этого.

Дрессировщица понятливо кивнула. Я как раз закончила переодевание — костюм Маши сидел на мне как влитой (хорошо, что он немного растягивался, а то я бы не влезла) и напоминал вторую кожу.

— Отлично выглядишь! — окинув меня взглядом, похвалила девушка с улыбкой — тебе идет.

Я слабо улыбнулась в ответ — сейчас мне было не до внешнего вида. Мы вышли из-за ширмы, и я окинула присутствующих людей внимательным взглядом. Сотрудники дельфинария смотрели на меня кто с настороженным любопытством, кто испытывающе, но почти все с тайной надеждой на мирное разрешение конфликта; директор — нетерпеливо, Тимур — оценивающе-восхищенно, а Адам… Адам смотрел на меня таким странным обжигающим взглядом, что меня вдруг бросило в жар и я почувствовала себя почти раздетой. Даже мне, полной простофиле в подобных вещах, было понятно, что на друзей так не смотрят. Смущенно опустив глаза, я поскорее направилась к выходу, стараясь выкинуть неуместные мысли из головы и думать о больном дельфине, а не о том, что на меня еще никто никогда так не смотрел.

Почти бегом достигнув нужной комнаты, я убедилась, что дельфин никуда не делся и дожидался меня на том же месте. Лестницы для спуска в бассейн я нигде не увидела, поэтому просто села на бортик, свесив ноги, и спрыгнула вниз, задержав дыхание. Вода оказалась довольно прохладной (судя по брызгам на лице), но в гидрокостюме это практически не ощущалось. Не тратя попусту время, я вновь призвала целительную силу и, подплыв к дельфину, осторожно обняла его, чувствуя, как широкий целительный поток с огромной скоростью проносится сквозь мое тело и полноводной рекой вливается в тело дельфина. Так мы «висели» в воде довольно долго. У меня с непривычки устали ноги — ведь приходилось как-то поддерживать себя в воде, чтобы не висеть камнем на дельфине. Пришлось поменять положение. Подплыв к бортику, я одной рукой уцепилась за него, а вторую протянула к животному, послав ему мысленный импульс:

— «Подплыви ближе, пожалуйста».

Он послушался, и я, опустив руку ему на спину, продолжила сеанс, чувствуя, что и в этом положении я долго не протяну — висеть на бортике было крайне неудобно. Зато дельфину вроде полегчало: у него появилась осмысленность во взоре, зашевелились хвост и плавники. Наконец, я почувствовала, как целительный поток стал уменьшаться, растворяясь, и поняла, что сеанс подходит к концу. В то же время от повеселевшего дельфина прилетела волна облегчения, благодарности и дружелюбия:

— «Спасибо, Ольга. Я — Крисси. Приходи плавать со мной в любое время» — дождалась я неожиданного приглашения, и следом прилетел образ: я в середине бассейна, а Крисси прыгает и резвится вокруг меня, и нас окружает разноцветное облако водяных брызг…

— «Спасибо за приглашение» — мысленно улыбнулась я и послала ответную волну симпатии и дружелюбия — «выздоравливай скорее, Крисси».

Дельфин шутливо ткнул меня носом в плечо и обплыл бассейн по кругу, напоминая серую торпеду. Конечно, это было намного медленнее, чем плавал Кипер, но однозначно гораздо лучше того, что было, когда я впервые увидела Крисси. Посчитав свой долг исполненным, я повернулась лицом к бортику, намереваясь вылезти из бассейна, но быстро поняла, что мне это не по силам. Пришлось звать на помощь:

— Эй! Есть там кто-нибудь? Вытащите меня отсюда!

Ко мне тут же спустились четыре руки и рывком выдернули меня из водяного плена. Оказалось, что вытаскивали меня Адам на пару с Тимуром. Но кроме них в комнате было полно народу: помимо директора тут собралась половина сотрудников из комнаты отдыха (а другая половина просто не поместилась и маячила в коридоре). Увидев, что я обратила на них внимание, люди заулыбались и захлопали в ладоши, наградив меня бурными аплодисментами и заставив почувствовать себя не в своей тарелке (что ни говори, а получать удовольствие от публичного внимания я так и не научилась). С тревожной иронией подумав, что с каждым разом зрителей становится все больше, и этак я скоро начну собирать полный зрительный зал, я постаралась не обращать внимания на народ и озабоченно обратилась к директору:

— Борис Аркадьевич, по-моему, дельфину лучше, но я влила в него очень мощный поток целительной энергии и пока не знаю, как это может отразиться на его организме: может, как у Антона будет выходить слизь, а может и что-то другое. В каждом случае это индивидуальный процесс. И еще: здесь отравление было в гораздо более запущенной форме, так что возможно через какое-то время потребуется повторить сеанс исцеления.

Директор за все время моей речи смотрел на меня с доброжелательной улыбкой, и даже глаза у него улыбались:

— Ольга Владиславовна, не беспокойтесь, мы проследим за Кристиной и, думаю, справимся с возможными побочными эффектами вашего лечения — главное, что ей стало лучше. Это видно невооруженным глазом. И вам для этого потребовалось всего лишь сорок минут. Потрясающе!

— Сколько?! — ахнула я (с удивлением узнав, что дельфин, которого я лечила, оказался женского пола), мне-то показалось, что я пробыла в воде меньше получаса — На Антона я потратила всего пятнадцать…

— Да какая разница, сколько времени это заняло — выступила вперед Маша, расцветая в счастливой улыбке — главное, что Кристина теперь хотя бы шевелится!

Все остальные люди с такими же радостными и доброжелательными улыбками смотрели на меня, и я вновь почувствовала дискомфорт от всеобщего внимания.

— Ну ладно — смущенно пробормотала я — не будем терять времени, идем к следующему — люди тут же расступились передо мной, освобождая проход. Хорошо, что когда я шла по этому живому коридору, они не пытались хлопать меня по плечу или как-то еще выражать свою радость, а то бы я смутилась окончательно и постаралась бы удалить себя из этой толпы людей как можно скорее.