Антикризисный опыт дурака - Геннадий Волков

Итак…

Первая работа в цивилизованной Европе.

Несколько упражнений из архивов нашей Школы по требованию Наставников я вынужден был выдать за свои и начать применять их на практике.

Ту-у-т же утащили, присвоили и юридически оформили на себя! Немедленно стали появляться Системы такие, Системы сякие, Системы Иванова-Сидорова, Кошкина-Мышкина, Тяпкина-Ляпкина!

Недоуменно на них смотрел:

– Ребята, что вы вытворяете? Эти знания ни вам, ни мне не принадлежат!

Они гордо отвечали:

– Извини, но можешь ли ты подтвердить свою правоту документально? Нет?! А я могу! Вот мои патенты и сертификаты!

Вначале был шок! Как это так?! Я допустил к святому этих крыс с больши-и-м грузом образования и ПЕРЕучеными званиями?

Но потом понял: нечего мне выпендриваться. Со своим уставом в чужой город не ходят! Здесь – свои законы!

Здесь совесть не имеет никаких юридических прав.

Много времени мне понадобилось, чтобы постичь эту «истину»…

Я-то привык к другому!

На Востоке ученики до конца жизни остаются благодарными своим Наставникам за полученные знания. Наставничество для каждого из нас – это святое понятие.

Никому и в голову не приходит хвалиться тем, что ты достиг чего-то самостоятельно.

Это попросту неприлично! Это то же самое, что демонстрировать свой голый зад при всем честном народе на городской площади!

Есть даже такая поговорка: «Если в каком-то доме тебе дали кусок хлеба, ты должен сорок дней кланяться, проходя мимо этого места. Если ты получил от человека какое-то знание, ты должен сорок лет благодарить его».

А в Европе все – с точностью до наоборот! Я заметил, что «ученикам» претит сама мысль быть благодарными кому-то за полученную мудрость.

Каждый убежден, что он – природный талант, который рождается уже предельно умным. Поэтому и любое обучение воспринимается как должное.

Больше того, здесь действует «железное» правило: вместо того чтобы отблагодарить своих учителей, «ученики» инстинктивно пытаются «сожрать» их. Ну кому нужны конкуренты?!

Человека, у которого получили опыт и знания, начинают возвышать только после его преждевременной смерти!

Вот тогда сто-о-лько друзей, знакомых, учеников и бог знает каких уродственников со всех сторон появляется! Но не на похоронах, а на страницах мемуаров, книг. Газет, на худой конец.

Я-то точно знаю, почему так происходит, но стоит ли вам разъяснять это прямо сейчас?..

Заканчиваю свое лирическое отступление и продолжаю исповедь о столичной жизни.

В то время ваш покорный слуга формально являлся странствующим бомжем.

Получить здесь прописку не составляло особого труда, но дело было в том, что я не собирался оставаться в этом городе!

Мечтал лишь об одном – свои законные наркомовские пять лет оттрубить – и вернуться к настоящей жизни!

Ох, как же я ошибался!

Судьба свела меня с одной организацией из двух человек, и я обратился к ним с предложением:

– Ребята, я собираюсь сделать вот это и это! Давайте так – вы обеспечиваете юридическую правильность дела и его чистоту перед законом, а я за это плачу вам двадцать пять процентов от прибыли.

Помню их слова, когда они держали в руках первые свои проценты:

– Мирза, мы тебе не верили, когда ты говорил о ТАКИХ суммах! Просто тогда сидели, работы нет… Думали, может, что-то получится!

Мы потихонечку начали развиваться.

И вот однажды мои партнеры отметили, что их доля маловата. Тогда они стали получать сорок процентов. Потом, ради справедливости, пятьдесят. В конце концов эта цифра достигла шестидесяти плюс воровство.

Вначале на телефонные звонки отвечали: «Центр Норбекова!»

А потом…

Потом стало звучать совсем другое название!

А начинали-то мы…

Наш офис был самым шикарным! Ни у кого такого не было! Мы заседали в одной из городских поликлиник в малюсенькой комнатушке в приятном соседстве со швабрами, вениками, половыми тряпками и ведрами.

Одним словом, в апартаментах с нами сопридседательствовала уборщица Марьиванна.

Прошло три года.

К этому времени команда наша разрослась. Появился собственный санаторий на берегу моря, газета с многотысячной подпиской, передача на Центральном телевидении… Одним словом, актив и пассив составлял больше четырех миллионов у.ё.

Но однажды меня смутил один факт…

У моих компаньонов были личные кабинеты и комнаты, а мне негде было даже повесить пальто!

И когда я занял одну комнату, на правах одного из руководителей, мои «хозяева» меня пригласили и томно-проникновенно сказали:

– С сегодняшнего дня мы в ваших услугах не нуждаемся.

Шутка была удачной, но, по-моему, не к месту. Когда понял, что они в этот бред, который несут, искренне верят, пришлось напомнить:

– Послушайте, ребята, у вас что, весеннее обострение началось?! Кто кого нанял? Кажется, вы на меня работаете!

И тут они, мило улыбаясь, показали ворох бумажек:

– Кто вы? И где вы? Вы нигде юридически не числитесь! Хозяевами организации являемся мы! Вы здесь – никто!

Оказалось, что у нас даже договора не было. Не буду же я сам с собой контракты заключать!

Итого: три года работы им под хвост!

Намек поняли?