Лидер и группа. О структуре и динамике организаций и групп - Эрик Берн

Тригант Берроу, работавший в фонде Лифвинн, Коннектикут, был плодовитым автором. Настоящее резюме дает обзор восьми статей, шесть из которых написал он сам, а две – его последователи Ганс Сиз и Уильям Галт. Именно эти статьи отобрал сам доктор Берроу, когда его попросили выбрать самые представительные работы. Как в случае с Бионом и Фрейдом, его идеи легче было понять в процессе созревания, чем позже, когда они усложнились в результате дальнейших исследований. В законченном виде система может показаться постороннему наблюдателю слишком сложной, чтобы изучать ее без указаний автора или хорошо подготовленного последователя.

В первой статье – «Основы группового анализа», опубликованной в 1928 году, Берроу предлагает групповую терапию как «ценное дополнение к существующим методам лечения невротических и психически больных пациентов». Он заявляет: «В течение нескольких лет… я ежедневно на практике наблюдал взаимоотношения, которые возникают при экспериментальных условиях в группах». Он действительно на практике пользовался тем, что 15 или 20 лет спустя на основе собственного опыта стали применять многие терапевты.

«Количество индивидов, участвующих в одном групповом сеансе, должно быть ограничено примерно десятью… Сеансы длительностью в один час проводятся еженедельно. Цель группового анализа – дать индивиду возможность выразить себя в социальной обстановке без помех со стороны привычных социальных образов».

Он ясно дает понять, что предпринимает попытку с помощью психоаналитических принципов обнаружить, что происходит под поверхностью социальных взаимодействий.

Хотя в 1941 году он написал, что «групповой метод анализа… не связан с недавно предложенными способами лечения, известными под названием групповой терапии», с самого начала ясно, что Берроу – родоначальник того, что сейчас называется групповым анализом или аналитической групповой терапией. На этом основании можно утверждать, что, наряду с его позднейшим вкладом в изучение групповой динамики, Берроу был первым групповым терапевтом, систематически применявшим этот метод. В сущности, во многих отношениях его можно рассматривать как выдающегося пионера во всей науке изучения малых групп. Поскольку он придерживался ортодоксальных взглядов и формулировал свои выводы слишком специальным языком, работы его в целом игнорируются или лишь кратко упоминаются, за исключением его собственных последователей. В статье 1928 года он опередил Биона в открытии того, что Бион называет основными предположениями, особенно в отношении борьбы, бегства и зависимости; он опередил Эзриеля в анализе «здесь и теперь», или, как выражается сам Берроу, «конкретной группы в конкретный момент»; он опередил выводы Акермана о «социальных ролях». Кстати, в этом отношении Юнг (1920) опередил Берроу.

Работа Берроу заставила его особенно тщательно изучать проблемы внимания, которые интересовали его с самого начала. Он рассматривает поведение людей в группе как неестественное. Каждый член группы, нормальный или невротик, «особо чувствителен к впечатлению, которое он производит на остальных». Эта проблема так его занимает, что в действительности он не способен стать членом группы. Вместо того чтобы кооперироваться в подлинном значении этого слова, он все время остается враждебным и соревнующимся. Все его пребывание в группе затуманено вниманием к внешнему впечатлению.

«В так называемых нормальных общностях под внешними выражениями скрываются тот же страх, то же подавление, неуверенность и даже уклонение – те же самые эмоциональные субституции и сознание вины, та же односторонняя секретность и самозащита; тот же подъем и упадок, краткий или продолжительный; короче, те же невротические реакции, которые характеризуют изолированного пациента».

Это отношение враждебного, поверхностного, соревнующегося самосознания связано с особым типом затуманенного внимания, которое Берроу называет «дитенсией». Однако с помощью опыта индивид осваивает иной тип внимания, который Берроу называет «котенсией», при котором индивид действует согласованно с окружением. Состояние котенсии ассоциируется с психологическими переменами. У пациентов Берроу частота дыхания при дитенсии достигала 10 вздохов в минуту, а при котенсии падала до трех в минуту; количество кислорода, усвоенного за минуту, оставалось одинаковым, но в состоянии котенсии он использовался более эффективно. Происходили также изменения в движении глаз и в электроэнцефалограмме.

Представление Берроу о котенсии неспециалисту понять трудно, и, может быть, именно в этом причина того, что его работы не оказали влияния на более широкий круг групповых психологов и групповых терапевтов. Однако нет никакого сомнения в том, что во многих группах временами исчезают нормальные отношения соперничества и при этих условиях происходят существенные перемены в атмосфере группы, создается почти религиозное отношение, которое существенно отличается от других состояний группы. Поскольку такая атмосфера производит сильное впечатление и полна смысла и поскольку большинство «ученых» исследователей групп ее игнорируют (может, потому, что они слишком «ученые»), работы Берроу о котенсии нуждаются в тщательном осмыслении.

Тексты Берроу нелегко понять, их трудно резюмировать, но в упрощенной форме некоторые из предложенных им принципов таковы.

1. Групповой или социальный анализ – это анализ конкретной группы в конкретный момент.

2. Социальная группа состоит из личностей, каждая из которых представлена символом, который Берроу называет «Я», или «сам Я», или «Я-персона».

3. Этот символ принимается другими индивидами в группе. Это основа их взаимосвязей, они потакают друг другу, принимая искаженные изображения друг друга.

4. Социальный образ переводит интерес индивида от себя самого к тому, как воспринимают его другие. В соответствии с этим образом каждый из нас стремится играть определенную роль, изображать определенный характер или часть социальной схемы.

5. Индивид постоянно сопоставляет собственное представление о себе с тем, как его представляют другие.

6. Нет разницы в социальных образах невротика и нормального индивида. Никто не может приобрести рациональное отношение к этим частным образам.

7. Социальный образ тесно связан с ранними антропоморфическими представлениями и с намеками на сверхъестественное.

8. Чувства в социальной общности постоянно искажаются, поэтому частное мнение с личными интерпретациями часто принимается охотней свидетельств органов чувств.

9. В результате человек видит во внешних объектах смысл, который этим объектам не принадлежит; поэтому мир человека окрашен его собственными фантазиями.

10. Мы обычно не распознаем диктаторское влияние отцовского образа на наши текущие социальные взаимоотношения.