Власть научного знания - Нико Штер

В отличие от климатического детерминизма, расология не занималась непосредственно влиянием климата на генетические свойства или на изменения цивилизационных признаков. Расологов, скорее, интересовало влияние генетических свойств на индивидуальные «ментальные признаки», т. е., невзирая ни на что, они оставались верны дарвинистским принципам в их изначальном варианте. Центральным элементом их программы было применение результатов тестов умственного развития для демонстрации влияния расовых признаков на умственную деятельность (см. Baur, Fischer, Lenz, [1921] 1927: раздел 3)^[105]. Идея измерения коэффициентов интеллекта и соотнесения полученных результатов с расовыми признаками до сих пор привлекает некоторых ученых и раскалывает научное сообщество на два враждующих лагеря.

В 1930-е годы расологи полагали, что анатомия и физиология нервной системы (и в особенности мозга) определяется наследственностью, а их изучение позволяет нам судить о роли расовых признаков в развитии культуры. Ленц, в частности, писал: «В самом факте существования духовных различий между расами можно не сомневаться» (Baur, Fischer, Lenz, [1921[1931: 633). «Ведь для каждой расы характерны свои конкретные средние показатели строения каждого органа; естественно, это касается и строения мозга, а значит, и духовных предрасположенностей» (Baur, Fischer, Lenz, [1921] 1927: 521). Позднее он еще раз повторит эту идею в, казалось бы, убедительной метафоре: «Мы не можем выпрыгнуть из собственной кожи, а выйти за пределы своей души мы не можем и подавно; души же различаются от расы к расе не меньше, чем цвет кожи» (ebd.: 575).

Если признать верной исходную посылку расологов о том, что результаты тестов на определение IQ отражают непосредственно работоспособность и функциональность мозга, то различия в этих результатах должны свидетельствовать о разных наследственных «умственных способностях». Итог этой аргументации подводила демонстрация того, что при измерении коэффициента интеллекта у представителей отдельных рас действительно наблюдались систематические, обусловленные расовой принадлежностью различия – Ист, Фишер и другие полагали, что им удалось это доказать (см. среди прочего статью Ленца в: Baur, Fischer, Lenz, [1921] 1927: 525–530). Стало быть, вывод, сделанный совершенно без учета влияния ламаркистских механизмов, не вызывал никаких сомнений: разные расы обладают изначально разными умственными способностями, которые можно распределить по шкале от меньшего к большему, точно так же, как разные виды животных обладают более или менее развитыми характеристиками. Ленц настойчиво подчеркивает это отличие расологии от климатического детерминизма: «Таким образом, раса в известном смысле есть продукт окружающей ее среды, однако не в ламаркистском смысле, т. е. не напрямую, а вследствие производимой этой средой селекции» (ebd.: 547 и далее).

Еще одно обстоятельство, которое, по мнению расологов, подтверждает наличие этой важной связи, – это сравнительная статистика преступности. При этом предполагается, что степень духовного развития расы напрямую связана с количеством преступлений, совершенных представителями этой расы: «На духовные различия между расами проливает свет и их вовлеченность в преступную деятельность», – утверждает Ленц (ebd.: 566). И далее: «В Северной Америки среди негров наблюдается значительно более высокий уровень преступности, чем среди населения европейского происхождения. Это, очевидно, связано с их более низкой способностью к предвидению и самообладанию при наплыве чувственных впечатлений и прямых искушений».

Современные исследователи, как правило, скептически и очень осторожно относятся к подобным резким переходам с одного дискурсного уровня на другой, т. е. от (а) генетики к (б) анатомии и физиологии мозга, а затем к (в) психологии (недостаточное самообладание) и (г) преступности. Представители расологии и климатического детерминизма не видели никаких проблем в подобном «междисциплинарном» дискурсе. В изучении этих вопросов они могли опираться на богатую литературу, посвященную «преступному типу телосложения», в том числе на классические труды Ломброзо. Если же они и выражали недовольство современными теориями отклоняющегося поведения, то только для демонстрации того, что психические характеристики, связанные с преступностью, распределены среди национальностей не случайным образом, а в зависимости от расы. Установление связи между умственными способностями, поведением и расовыми признаками отнюдь не заканчивалось объяснением уровня преступности. В литературе по расологии и климатологии, к которой мы в скором времени еще раз обратимся, приводится множество других аспектов влияния расы на ментальные предрасположенности. Однако теперь мы хотели бы перейти к рассмотрению независимой переменной в расологии, а именно к понятию расы.