Женщины гребут на север. Дары возраста - Мэри Пайфер

Мы осознаем свою точку зрения, но признаем, что другие люди могут смотреть на вещи иначе.

Легко сказать — рассказывайте реалистичные истории, но трудно сделать. Полностью это никому не удается. Факты ускользают от нас. Мы строим разнообразные утверждения и многое воспринимаем как само собой разумеющееся. Верим в собственные фантазии, мчимся навстречу утешительным иллюзиям и избегаем очевидных неприятных фактов. Или придумываем истории о проблемах на основе умозрительно подобранных жалоб, приправив их своим горем.

Когда наши истории нагоняют грусть, заставляют страдать от одиночества и бессилия, мы можем придумать историю получше, не в ущерб правде, а скорее ради того, чтобы радоваться жизни и испытывать к ней благодарность.

Мы милосердны и настроены на лучшее — и относительно самих себя, и по отношению к другим. Можно посмотреть на законченные фрагменты историй с иной точки зрения. Создать историю своих жизнерадостных реакций на происходящее. Придумать истории, который пойдут на пользу. Или задать себе вопросы: «Как это помогло мне окрепнуть?», «Чему это меня научило?», «Чем я могу гордиться, вспоминая тот день?»

Мы можем потихоньку учиться мыслить историями, которые помогают развиваться, оттачивать свои умения думать о будущем, управлять эмоциями и смотреть на происходящее с другой позиции. Истории о радости, доброте и мужестве воодушевляют нас, чего не скажешь об историях, основанных на культурных стереотипах.

* * *

Виллоу привыкла, что Сол страдает болезнью Паркинсона, и к выходу на пенсию. Сочинив новую историю, она сказала себе: «Теперь у меня — новая жизнь и новые приоритеты». Она нежно и преданно относится к Солу. Главное для нее сейчас — не профессия, а способность заботиться о нем и заниматься собой в этот непростой период жизни. Виллоу просыпается с мыслью: «Что нас осчастливит сегодня?»

Приоритетом для нее стало создание приятных моментов для себя и Сола. Она готовит его любимые блюда, делает массаж спины и шутит, помогая ему принимать душ. Однажды она так его рассмешила, что он взмолился: «Перестань, пожалуйста, а то я упаду». Оба развеселились еще больше.

Они валяются в постели, читая газеты, или играют в карты и джин рамми. Более расслабленный образ жизни благотворно повлиял на Виллоу. Чем сильнее ухудшается самочувствие Сола, тем он в большей мере настроен на философский лад и стремится радоваться жизни. С каждым днем Виллоу любит его все больше.

Все мы, как Виллоу, можем отдать должное своим страданиям, а затем переключиться на что-то более радостное. Вспомнить, как стремимся радоваться жизни, помнить о радостях или печалях. Рассказывать истории о том, как нас любили, какие мы сильные, жизнелюбивые, уважаемые, достойные, благородные, о том, что нас простили, и мы счастливы. У каждого есть такие истории, но еще должно быть желание их рассказать.

Истории из категории «я спасен» или об искуплении грехов всегда настраивают на позитивный лад. В Обществе анонимных алкоголиков и наркоманов людям помогают их рассказывать, как и в евангелистских церквях, где люди «рождаются заново». Даже те, кто решает повторить церемонию венчания, рассказывают про обновление и отпущение грехов, потому что подразумевается, что какое-то время назад мы были людьми определенного склада, а теперь изменились и приносим клятву верности новому человеку, во имя новой жизни. Сколько историй о примирении с жизнью! Например, об отце и блудном сыне. А ведь существует много историй о матери и блудной дочери. Еще рассказывают о сестрах, которые опять стали близкими людьми; о друзьях, которые смогли простить друг друга, и прочее — о примирении и радостном устремлении в будущее. У многих людей оттаяло сердце, когда они сказали себе: «Я кому-то нужен».

Чтобы переписать историю своей жизни, надо приложить усилия и проявить фантазию. Мы можем разбудить ее, если начнем вести дневник, а также с помощью живописи, музыки или другого вида искусства. В писательстве меня больше всего привлекает шанс иначе рассказать о том, что произошло со мной. События можно изобразить красиво, передавая ощущение счастья. Действительно, что такое искусство, если не попытка талантливо рассказать о чем-то и о ком-то?

Некоторые истории будят в нас лучшее, другие повергают в отчаяние, пугают и вызывают ярость. Мы можем спросить себя, что напоминает о доброте, напряженной работе и стойкости в течение долгих лет. Или углубиться в исследование собственных достоинств, скрытых от посторонних глаз, и навыков выживания.

При изучении точки зрения других людей истории, которые мы рассказываем, становятся ярче, сложнее и полезнее. Друзья могут выслушать наши жалобы на жизнь и напомнить о других рассказах, которые слышали от нас же. Если взгрустнется, полезно вспомнить о пережитых трудных временах и о том, как удалось спастись. Часто в этом помогают близкие и любимые люди. Моя подруга Линда записала короткую историю своей взрослой жизни для собрания выпускников на пятнадцатилетие окончания учебы. Когда муж ее прочел, заметил: «Ты рассказываешь лишь о собственных потерях и неудачах. А почему не рассказать о достижениях на работе и о своем новом увлечении верховой ездой?»

Когда на Эмму наваливается масса неотложных дел и она не знает, за что хвататься, ее Каменная Стена — Крис — обнимает ее и с юмором обрисовывает ближайшее будущее. Когда она говорит, что ее трясет от дочери Алисы, он всегда отвечает: «Это ненадолго, решается на “раз-два-три”». Они смеются, и Эмме становится легче. По крайней мере, приходит мысль, что все не безнадежно, если над ситуацией можно посмеяться.

У Кестрел были проблемы с сочинением новой истории собственной жизни. Она всегда защищалась, окружая себя шипами и колючками. Если это не помогало, лечилась алкоголем. Ей было одиноко, но безопасно в собственном мире, за стеной.

В то лето, когда у ее матери обнаружили рак, старая история Кестрел перестала ей помогать, чувство безопасности улетучилось, а выпивка уже не заглушала страх. Кестрел вдруг ощутила потребность в душевных и близких отношениях.

Она осознала, что злость — слишком высокая цена за чувство эмоциональной защищенности. И что упустила возможность установить с кем-то близкие отношения, просто любить. Любить маму ей было нетрудно, а довериться Бекке — страшно, страшнее, чем испытать на себе отцовскую злость. Кестрел металась между желанием душевных отношений и боязнью, а Бекка слушала ее и уважала границы личного пространства подруги. Однажды ночью, когда они разговаривали по телефону, Кестрел вдруг сказала: «Давай жить вместе, когда я вернусь». Обе рассмеялись. Бекка ответила: «Договорились». Внезапно Кестрел стала героиней новой истории под названием «У меня есть подруга».

* * *

Церемонии и мероприятия помогают сочинять новые истории. У нас, пожилых женщин, есть множество способов снова и снова погружаться в одни и те же истории. Мы можем приходить на встречи одноклассников, семейные свадебные торжества, дни рождения и годовщины. Даже похороны и поминальные службы — это собрания людей, которым был кто-то дорог. Многие из нас ходят на такие встречи, чтобы по-новому рассказать свои истории жизни. Обсуждая с другими людьми общие воспоминания, мы понимаем, сколько важных событий уместилось в конкретном промежутке времени. И можем спросить: «А что ты помнишь о моей семье?», «Какой ты меня помнишь в детстве?», «Помнишь, как мы в восьмом классе..?»