Мне все льзя - Татьяна Мужицкая

НО МЫ СЕЙЧАС ГОВОРИМ ПРО ТУ МАМУ, КОТОРАЯ В ГОЛОВЕ У ЧЕЛОВЕКА БЕССОЗНАТЕЛЬНО ОЦЕНИВАЕТ ЕГО ПОСТУПКИ. МЫ ГОВОРИМ О МАМЕ БАЗОВЫХ НАСТРОЕК.

Затем я прошу настоящую Юлю встать на место идеальной маминой Юли. Представить себя женой номенклатурного работника, учительницей английского языка, разодетой и накрашенной. С двумя детками, не с детьми, а именно с «детками»! Такой гламурной, милой, импортным кофточкам которой завидуют соседки. Что в этом хорошего?

– Странно, конечно, – говорит Юля, – но в принципе, могу…

Задумывается. Потом начинает хихикать:

– А вообще хорошо, когда источник денег – не я. Когда я красивая и завидуют соседки. А работать два раза в неделю – просто отлично! Ну и вращаться в кругах высшего общества… хотя не знаю, насколько оно высшее, но, в общем, тоже очень даже неплохо…

– Юля, спроси маму: «Мама, когда я такая, ты счастлива?»

Внутренняя «Мама» расплывается в улыбке: «Конечно, сейчас я очень счастлива!»

Теперь я прошу Юлю также сказать маме: «Спасибо тебе большое, мамочка, что ты так меня любишь. Я понимаю, что ты хочешь для меня самого лучшего, и я беру из твоих представлений обо мне любовь к себе, возможность работать два-три дня в неделю, обеспеченность, красивую одежду, время и деньги, чтобы ухаживать за собой и баловать себя. Спасибо, мамочка!»

И у мамы с дочкой мир и согласие.

– И что, я теперь должна такой стать? – спрашивает реальная Юля

– Ни в коем случае! Но твоя внутренняя «мама» смотрит на тебя сейчас с огромной любовью и не пытается усовершенствовать и отредактировать. Ей пока все нравится. Переходим к папе. Смотрим папиными глазами.

– Здравствуйте, Сергей Петрович. Расскажите мне про вашу дочь Юлю!

– Она у меня умница, она играет в шахматы, отличница по математике! Моя гордость! Люблю ее очень.

– Сергей Петрович, а как вы себе ее представляете в будущем? Кем она будет, когда вырастет?

– Она должна продолжить мое дело, поступить в железнодорожный институт, стать кандидатом наук, работать на кафедре, преподавать, разрабатывать инженерные решения, как и я. Работать в государственной компании. Может быть, не поездами, а космосом заниматься! Тогда делать карьеру в «АтомКосмосе». Она будет общаться с прекрасными людьми, которые мыслят, обгоняют свое время. Она должна развиваться, читать умные книги, зарабатывать деньги, потому что она работает на государство, а государство ценит своих сотрудников…

– Есть ли у нее дети?

– Наверное, есть, да какая разница? Это все неважно. Она замужем за коллегой из своего отдела, они вместе разрабатывают новое оборудование.

Реальная Юля включается:

– Просто невероятно! Это что, я в таком косоглазии живу всю жизнь?

Добро пожаловать в базовые настройки!

Юля снова встает на место «папиной Юли», представляет себя в синем халате. Тут циркуль, тут транспортир, тут учебники стоят, тут расписание, тут студенты. «Юлия Сергеевна, что делать?» «Быстро все поменять!» Ее зовут на ученый совет принимать чью-то кандидатскую. Она кого-то разносит в пух и прах. Она такая строгая! Строгая, но справедливая! Вечером приходит домой, они с мужем, не глядя, едят со сковородки жареные сосиски, обсуждая важные рабочие проблемы. Где-то под столом ползают дети, они им кидают конструктор, потому что не до них. Государство вручает ей премию и медаль «Герой труда».

– Пап, ты счастлив? – спрашивает наша Юля.

У «папы» слезы радости на глазах:

– Какое счастье, как это прекрасно, доченька, ты реализовала все наши мечты, ты молодец.

– Юля, а что тебе нравится, когда ты внутри папиной мечты? – спрашиваю я.

– Мне, на удивление, нравится мой муж. Мне интересно заниматься одним с ним делом!

(В тот момент Юля в разводе.)

– Мне не нравится, как я выгляжу в этом халате и с пучком некрашеных волос. Мне нравится, что я на кафедре, что я такая строгая, но справедливая. Я такой в жизни никогда не была, стеснялась, а быть такой, оказывается, неплохо. Власть мне нравится. И мне нравится состояние увлеченности своим делом.

Собственно, реальная Юля так и работает инженером, и это ей близко, но не настолько. У нее нет ни кандидатской, ни проектов, ни разработок. Она вышла замуж на четвертом курсе, и ей было не до того. Так что получился масштабный перекос маминых и папиных надежд.

– Такую зарплату, о которой для меня мечтал папа, я не получаю, – продолжает Юля, – но я была бы согласна, чтобы мне платили огромные деньги за мои изобретения, за мою работу, чтобы государство ее ценило.

– Скажи теперь: «Спасибо, папа, я из твоих представлений беру себе эти качества, они мне нравятся».

– Да, пожалуй…

И «папа» – счастлив! А «мама» в это время… Но стоп! Не надо мамиными глазами смотреть. Мы специально эти потоки разделяем. Здесь – Юля папина, а здесь – Юля мамина, и они не должны друг друга видеть.

А здесь – реальная Юля.

– Юля, ты же понимаешь: что бы ты ни делала, из-за этого внутреннего противоречия ты никогда не будешь удовлетворена. Чем больше ты будешь приближаться к маминому образу, тем больше будет разочарован папа. Чем ближе к папиному, тем недовольнее мама. И это патовая ситуация.