Сверхчувствительная натура. Как преуспеть в безумном мире - Элейн Эйрон

В этой главе мы начнем заниматься рефреймингом, переосмыслением вашего детства. Читая о типичных переживаниях сверхчувствительных детей, вы наверняка заметите, что к вам возвращаются воспоминания о собственном детстве. Но теперь вы видите их по-новому, сквозь призму вновь обретенных знаний о своей характерной черте.

Этот опыт имеет значение. Как и в случае с растением, особенности семечка, упавшего в почву – ваш врожденный характер, – только часть истории. Качество почвы, вода и солнце также влияют на развитие растения, которое теперь представляет собою вас. Если условия развития неблагоприятны, листья, цветы и плоды вряд ли сумеют появиться. Аналогично этому и вы в детстве вряд ли демонстрировали свою сверхчувствительность, если для выживания требовалось совсем иное поведение.

В ходе исследований я обнаружила две «разновидности» СЧЛ. Одни с трудом признавались, что ощущают подавленность и тревожность, другие почти не упоминали об этих чувствах. Разница между этими двумя группами была очевидна. Позднее я обнаружила, что почти у всех подавленных и тревожных СЧЛ было трудное детство. В отличие от них не-СЧЛ с трудным детством не выказывали подобной подавленности и тревожности, как и СЧЛ, детство которых прошло благополучно. Важно, чтобы ни мы, ни широкая публика не путали сверхчувствительность с невротизмом, к которому относятся отдельные типы острой тревожности, подавленности, болезненной привязанности, избегания близости, обычно возникающие в результате трудного детства. Да, некоторым из нас пришлось справляться и со сверхчувствительностью, и с невротизмом, но это не одно и то же. Эта путаница с невротизмом, сверхчувствительностью и последствиями детской травмы – одна из причин некоторых негативных стереотипов, связанных с СЧЛ, предполагающих, что мы по своей природе тревожны, депрессивны и т. п. Так давайте все вместе попробуем во всем разобраться.

В целом ясно, почему трудное детство способно наложить на СЧЛ более глубокий отпечаток, чем на не-СЧЛ.

СЧЛ с самого начала склонны замечать все детали и все возможные последствия опасного опыта, но это влияние детства легко недооценить, поскольку слишком много важных событий происходит еще до того, как мы обретаем способность их запоминать. Мало того, когда-то нечто важное просто вызвало чересчур сильный стресс и потому было умышленно забыто. Если тот, кто заботился о вас, был недовольным или опасным, ваше сознание погребло в глубинах эту информацию, слишком страшную, чтобы признать ее существование, а ваше подсознание сформировало выраженную недоверчивость.

Хорошая новость заключается в том, что над любыми негативными эффектами можно с успехом поработать. Я встречала СЧЛ, которые так и поступили, избавившись в итоге от большей части подавленности и тревожности, но этот процесс занимает немало времени.

Однако даже если вы имели чудесное детство, все равно быть сверхчувствительным нелегко. Вы чувствовали себя не таким, как все. Ваши родители и учителя, даже превосходные в большинстве отношений, вряд ли знали, как обращаться со сверхчувствительным ребенком. Информации об этой характерной черте попросту не существовало, поэтому многие прилагали старания, чтобы сделать вас «нормальным», привести в соответствие с неким идеалом.

И, наконец, последнее, что надо запомнить: сверхчувствительность у девочек весьма отличается от сверхчувствительности у мальчиков. В этой главе я часто буду делать отступления, указывать, как, скорее всего, формировался ваш опыт в зависимости от вашей половой принадлежности.