Прирожденный лжец. Я или ты? - Александр Тарасов

Сельскохозяйственная и лесная русская промышленность в отношении к мировой

Мысли о развитии сельскохозяйственной промышленности

Замечания В. А. Кокореву на акцизные предложения в пользу сельского хозяйства

О нуждах русского сельского хозяйства

О доходности молочного скотоводства

О сельскохозяйственных мелиорациях

[О мелиорационных работах].

И как после приведенных примеров говорить об абсолютной гениальности одного человека — А. Эйнштейна? Так ведь я назвал только два великих имени Г. Селье и Д.И. Менделеева. Список гениев человечества можно еще долго продолжать.

Уверен, что в недалеком времени миф об абсолютной гениальности А. Эйнштейна будет развеян, и он займет свое место в ряду других известных ученых.

Не буду останавливаться на известных спорных моментах самой теории относительности, т. к. не являюсь физиком по образованию. Хотя я достаточно погрузился в проблему: читал книги А. Эйнштейна, теоретическую физику, книги об Эйнштейне. Однако это отдельная и узкоспециальная тема.

Впрочем, некоторыми соображениями все-таки хочу поделиться. Теория относительности пространства, времени и тяготения на субатомном и космическом уровнях названа без указания данного аспекта. Просто зафиксированы «Специальная теория относительности» и «Общая теория относительности». Для большинства же людей есть просто теория относительности А. Эйнштейна. Без указания исключительно физического смысла этой теории.

Но ведь относительность, как философское, научное, этическое, нравственное, правовое понятие существует тысячелетия. Вряд ли справедливо и честно привязывать данное понятие к одной лишь физической теории. Конечно, книги Эйнштейна задним числом не переназовешь, но говорить об этом надо, чтобы в науке не появлялись новые универсальные теоретики относительного знания.

В связи с этим примечательно неприязненное отношение Эйнштейна к философии: «Я убежден, что философы оказали пагубное влияние на развитие научной мысли, перенеся некоторые фундаментальные понятия из области опыта, где они находятся под нашим контролем, на недосягаемые высоты априорности».^[32] Очевидно, что Эйнштейн имеет ввиду И. Канта, философия которого — одна из вершин человеческой мысли. Кроме того, у Канта есть много научных работ по естествознанию. Уровень этих работ для своего времени существенно выше эйнштеновских изысканий.

Эйнштейн понимал, что Кант задолго до него сформулировал фундаментальные положения о природе пространства и времени, в том числе об их относительности. Возможно, Эйнштейн не читал у Канта, что «без сомнения, всякое наше познание начинается с опыта; в самом деле, чем же пробуждалась бы к деятельности познавательная способность, если не предметами, которые действуют на наши чувства и отчасти сами производят представления, отчасти побуждают наш рассудок сравнивать их, связывать или разделять и таким образом перерабатывать грубый материал чувственных впечатлений в познание предметов, называемое опытом? Следовательно, никакое познание не предшествует во времени опыту, оно всегда начинается с опыта».^[33]