Думай как шпион. Как принимать решения в критических ситуациях - Джон Бреддок

Президенты формируют валютные соглашения, соглашения о международной торговле и участвуют в работе международных организаций. Они работают над созданием альянсов для обороны и поддержки. Над созданием мировой системы, работающей по правилам США.

Большинство других стран не возражают против этого. Они видят преимущества в системе, которой руководят США. Они заключают с США договор о взаимной защите или торговое соглашение. Большинство стран играют с Соединенными Штатами в игру с положительной суммой. Каждый что-то выигрывает.

Соединив все это вместе, мы получим одну большую игру с положительной суммой.

Глобальную игру с положительной суммой иногда называют системой, которая сложилась после холодной войны. Но это определяет ее лишь через отрицание. Некоторые называют ее «западной цивилизацией». Но она включает в себя и Азию. Другие называют ее «новым мировым порядком». Но это звучит жутковато.

В большинстве случает игра с положительной суммой получает свое название по имени ее лидера. Как юридические фирмы, которые называют именами главных партнеров, или как Walmart, названный по имени его основателя Сэма Уолтона. Так, например, «королевство» происходит от «короля», «халифат» — от «халифа». Так «Pax Romana»^[21] получил свое название в честь Рима.

Новую систему некоторые называют «Pax Americana»^[22].

Как и в любой игре с положительной суммой, здесь есть люди (бо́льшая часть населения планеты), места (бо́льшая часть суши) и вещи (бо́льшая часть мировых ресурсов).

Но это нравится не всем.

Не все довольны тем, что США находятся наверху. Кто-то не поддерживает правила, институции и способы урегулирования споров, которыми пользуются Соединенные Штаты. Некоторым не по душе американские президенты. Другие надеются получить от этой игры больше. Внутри Pax Americana они выигрывают не так много, как им хотелось бы.

Поэтому они развязывают конфликт. Возможно, это третий тип игры с нулевой суммой: они хотят получить власть, чтобы принять определенные решения.

Но они сдерживаются. Они сдерживают конфликт, ограничивая его процедурой голосования. Или устраивают марионеточную войну где-нибудь на отдаленном уголке планеты. Они не хотят, чтобы конфликт зашел слишком далеко. Они не хотят уничтожить мировую систему.

Но кто-то вовсе не видит пользы от Pax Americana. И хочет уничтожить этот порядок. Разорвать мир на кусочки, расколоть его на отдельные регионы. А, может быть, построить Pax Sinica^[23] или Pax Africanus^[24]. Они жаждут войн. Войн, в которых проигравших уничтожают. Они стремятся начать игру с нулевой суммой первого типа.

Это угроза. Если ты американский шпион, твоя работа — следить за подобными угрозами. Потому что в игре с нулевой суммой всегда легче победить еще до того, как она началась.

Если ты американский шпион, ты готовишься к следующей войне. Ты следишь за потенциальными врагами. Ты помогаешь союзникам. Ты поддерживаешь в действии игры с положительной и нулевой суммой, чтобы достичь своей конечной цели.

Ты думаешь в обратную сторону — от Pax Americana к конфликтам, которые ставят мир под угрозу, и альянсам, поддерживающим его.

Если ты шпион, ты строишь микростратегии, чтобы победить. Ты заключаешь альянсы, чтобы победить в последующих конфликтах.

Ты используешь эту стратегию, чтобы понять, какая информация важна, а какая бесполезна. Чтобы определить, с какими источниками нужно работать, а на какие не стоит тратить времени. Ради чего можно пойти на риск, отложить авиаперелет и отправиться на опасную встречу, а ради чего нет.

Ты думаешь в обратную сторону: от конечной цели до сегодняшнего дня. До решения о встрече, которая стоит или не стоит риска.

Это важно — особенно когда твой босс просит тебя сделать что-то, чего ты делать не должен.

Я не смог различить стратегию осведомителя, который врал. Я не увидел его конечной цели. Это произошло, потому что я совершил ошибку. Эту ошибку я уже делал прежде, но больше не собираюсь повторять.

Я ошибся, предположив, что наши конечные цели совпадают. У него была совсем другая цель. Его не заботило спасение жизней, борьба с терроризмом или Pax Americana. Он думал только о своих друзьях. О своем городке и о том, чтобы стать в нем более влиятельным.

Его заботила очень маленькая игра за звание босса. Я не увидел, что у лживого осведомителя конечная цель была следующей.

Все, что его заботило, — его окружение и его собственный уровень влияния.

В этой цели нет ничего необычного. Нет ничего необычного в желании стать лидером среди своих друзей. В желании впечатлять людей вокруг себя. Нет ничего необычного в том, чтобы хотеть популярности и уважения. В желании быть боссом.

Но я впервые столкнулся с этим вплотную в шпионаже.

Я впервые увидел, как это желание толкает к созданию очень опасной стратегии. Как оно влечет за собой беспечное отношение к секретности. И впервые увидел глупость и риск, лежавшие в его основе.

Все ради того, чтобы впечатлить его друзей.

Намеки на это можно было заметить еще на нашей первой встрече. Когда он рассказывал о перестрелках и спрашивал, что будет делать. Он вел себя как типичный крутой парень. Он пытался произвести впечатление.

Со мной это не сработало. Я попытался свести на нет значение тех навыков, которые он считал впечатляющими, — навыков крутого парня. Я попытался сделать его чуть более похожим на шпиона.

Возможно, это ему не понравилось.

И, когда я попросил его заняться сбором данных, а не делами крутых парней, он настроился против меня. Он меня использовал. Он взял то, что я ему предоставил, и поделился этим с другими.

Он брал, не отдавая ничего взамен. Он превратил наше взаимодействие в игру с нулевой суммой.

Его стратегия приобрела следующий вид (см. ниже).

Он брал у меня информацию и знания. Он брал все, что могло принести пользу в его игре за звание босса.