Поздний расцвет. Как взрослым добиться успеха в мире, одержимом ранним развитием - Рич Карлгаард

В пятнадцать лет Эшли (1) резала себе вены, убегала из дома и назначала опасные свидания взрослым мужчинам. Она постоянно находилась в депрессии и занималась самоистязанием, ее чувства словно застыли. Сегодня она работает консультантом по профориентации и читает лекции.

Эшли уже тридцать два года. Она рассказывает свою историю в зале шикарной гостиницы. На дворе январь, субботний вечер, и почти шестьсот участников конференции только что поужинали жареной курицей и десертом. Они развернули свои стулья так, чтобы видеть Эшли. Молодая женщина на сцене – олицетворение здоровья и уверенности. Она кажется совершенной противоположностью той девушке, которой когда-то была – «убегавшей, резавшей вены и получившей условное наказание».

Когда Эшли сказала «резала вены и убегала из дома», то имела в виду именно это. Она рассказала аудитории, как в старших классах вскрывала себе вены бритвой. Ее встревоженные родители пытались прекратить это, но любые их действия только усугубляли состояние девушки. Родители пытались дисциплинировать, хвалить и поощрять дочь, обращались к психологам. Ничего не помогало. Тогда они забрали Эшли из десятого класса и поместили ее в экспериментальную школу-пансион для девочек «Spring Ridge Academy», в часе езды от Финикса.

Из школы Эшли часто убегала и путешествовала автостопом. Однажды она отправилась в Финикс и отсутствовала почти двадцать часов. Ее навязчивое состояние достигло апогея, она чуть не попала в настоящую беду. После того как школьный психолог нашел ее и выслушал, Эшли начала медленно возвращаться к здоровой жизни и работоспособности. Она окончила школу, потом колледж и получила степень магистра по клинической психологии.

С тех пор как Эшли убежала в Финикс, прошло почти двадцать лет. Теперь она сама работает с проблемными девочками-подростками. «Я всегда хотела быть бесстрашной, – говорит Эшли. – Но это желание однажды завело меня на опасную дорогу. Теперь я знаю, что бесстрашие достигается более здоровыми способами. Я могу направлять других и помогать им».

Как показывает история Эшли, сегодняшняя мания в отношении ранних достижений противоречит реальной жизни и трем ее основным тенденциям. Во-первых, появляется все больше доказательств (2), что нынешние подростки, как правило, взрослеют позже предыдущих поколений. Во-вторых, бурное развитие технологий требует постоянных изменений личности и карьеры. Правда такова: навыки, которые молодые люди демонстрируют в колледже или на выпускных экзаменах, быстро становятся ненужными в наш век стремительных перемен. В-третьих, результаты недавно проведенных исследований показали, что когнитивные способности, которые мы теряем по мере старения, заменяются новыми навыками, и мы приобретаем их вплоть до последних дней жизни.

Почти все более или менее здоровые люди могут благополучно жить и развиваться разными способами и в разном возрасте. Чтобы создать процветающее общество, состоящее из реализовавших свой потенциал индивидов, нужен более доброжелательный хронометр человеческого развития. У каждого человека должен быть шанс – и даже не один – чтобы он мог следовать собственному расписанию развития мозга, талантов и интересов.

* * *

Скорость взросления у всех подростков и молодых людей разная. Большинство родителей это знают, а психологи и нейробиологи все чаще доказывают данный факт. Многие психологи согласны с тем, что с восемнадцати до двадцати пяти лет человек переживает особый период – он уже не подросток, но еще не взрослый. По закону мы считаем этих людей взрослыми, но на самом деле у многих из них, а особенно у поздних цветов, не хватает важных элементов для настоящей взрослой жизни.

Моя собственная непростая история служит тому примером.

Мне нравилось быть ребенком. Я отлично учился в школе, с удовольствием занимался всеми видами спорта, а мои родители, братья, сестры и друзья очень любили меня. Потом наступил подростковый возраст, и мой мир перевернулся. Средняя школа показалась мне тюрьмой. Другие мальчики начали созревать физически, а я, казалось, застрял в сугробе. Они интересовались девочками, и девочки обращали на них внимание. Многие ученики вдруг начали понимать алгебру и геометрию так, как мне не удавалось, и я плелся в хвосте. Я не мог заставить себя читать серьезные книги вроде «Убить пересмешника». Я учился так себе и больше не был отличником – после пятого класса мои пятерки превратились в тройки. С занятиями спортом произошло то же самое – я все время был запасным. Сверстники дразнили и задирали меня, иногда заставляя смущаться. Однажды девятиклассник сшиб с меня очки, и они разбились. Я смолчал и превратился в неудачника в глазах тех, кто это видел.