Поздний расцвет. Как взрослым добиться успеха в мире, одержимом ранним развитием - Рич Карлгаард

Холмс с раннего возраста стремилась к успеху, и, казалось, он был не за горами. В девять лет она написала письмо своему отцу: «Больше всего в жизни я хочу сделать открытие, которое человечество еще не придумало» (20). Она изучала в школе язык программирования Mandarin, потом в старших классах перешла в школу «Houston» и в это время основала свой первый бизнес по продаже программ для китайских университетов. Ее поступление в престижный Стэнфордский университет сопровождалось получением стипендии Президента и особой стипендии для исследовательского проекта по ее выбору. После окончания первого курса она проходила практику в Институте генома в Сингапуре. В восемнадцать лет Холмс запатентовала свое первое изобретение – пластырь для длительного введения лекарственного средства.

Элизабет Холмс была не только исключительно одаренной, но и очень амбициозной. Ее кумиром был Стив Джобс, гений, который основал Apple и привел его на вершину славы. Она быстро переняла его образ и манеры: стала носить черные свитера с высоким воротом, складывала руки домиком и смотрела немигающим, как говорили, сверлящим взглядом. Другие качества, которым она научилась у Джобса, были не такими симпатичными. Холмс управляла компанией, как полицейским государством, категорически запрещая сотрудникам обсуждать друг с другом работу. Она достигла высокого мастерства в использовании «поля искажения реальности» Джобса – вымышленной легенды о собственной гениальности и чудесных продуктах Theranos, которые не имели ничего общего с правдой.

Джобсу был только двадцать один год, когда он стал соучредителем Apple, и двадцать пять в момент первой продажи акций компании. Тогда он превратился в знаменитость и мультимиллионера. Холмс, как одержимая, пыталась угнаться за своим идолом, приобрести такую же славу и богатство. Когда было доказано, что методы исследования капли крови бесполезны, она все равно настойчиво продвигала их, вместо того чтобы менять. Она путешествовала по всему миру на арендованном самолете Gulfstream G150, часто одна, и читала лекции. Критикам она грозила судебным разбирательством, посетила главного редактора Wall Street Journal Руперта Мердока, чтобы остановить Джона Каррейру, и приказала сотрудникам тайно исследовать образцы крови старыми методами, чтобы ее клиенты не разбежались.

Тем не менее последовали разоблачительные статьи в журналах Wall Street Journal, а позднее в Forbes и Vanity Fair. В 2016 году грянул гром. Компании Theranos не удалось сделать то, для чего она создавалась. Холмс лгала и угрожала судом каждому, кто предавал гласности факты. Через два года после того как она была объявлена богатейшей женщиной в мире, Forbes сообщил о полном обесценивании ее акций в Theranos.

Что можно сказать об Элизабет Холмс? Она, конечно, чрезвычайно одаренный человек. Ее талант в программировании, который встречается у одного из миллиона, позволил ей в совершенстве овладеть языком Mandarin и многого добиться еще в старших классах. Она получила президентскую стипендию в Стэнфорде, запатентовала первое изобретение в восемнадцать лет. Как предприниматель она была настолько умна и харизматична, что в девятнадцать лет смогла уговорить своего консультанта из Стэнфорда присоединиться к ее компании. Но была ли она от рождения мошенницей и виртуозной обманщицей, типа Берни Мейдоффа^[33]?

Думаю, что нет, – по крайней мере, у нее не было злого умысла. Скорее всего, ее фатальной ошибкой была одержимость ранним успехом и нетерпение, которое сопровождает ее. Когда Theranos перестала соответствовать ее волшебным представлениям, она не остановилась, чтобы исправить методику, а, наоборот, удвоила усилия, создавая миф о своем гении, – участвовала в программе TED, летала на частном самолете и угрожала судом сомневающимся.

Как вы думаете, Элизабет Холмс – плохой человек? Миллионы считают именно так. Но я бы сказал, что ее действия следует оценивать не так однозначно. Вероятно, она попала в собственную ловушку – мечту о ранних достижениях, которые так любит общество.

* * *

Америка и другие богатые страны мира бесчисленными способами поощряют разнообразие культур и стилей жизни, что было не принято одно или два поколения назад. Для многих людей, которые раньше считались бы маргиналами, этот прогресс оказался значительным. За последние три десятилетия количество дипломов о высшем образовании (21), полученных афроамериканцами, удвоилось. Такие известные их представители, как Майкл Джордан и Мэджик Джонсон (22), – не просто бывшие спортсмены, но и владельцы команд. В последний список самых богатых женщин мира (23), составленный Forbes, вошли семнадцать миллиардерш, которые занимаются всем, от ремонта крыш до грузоперевозок. Однополые браки официально разрешены и закреплены в конституции всех пятидесяти штатов, а выдающиеся бизнесмены, например, генеральный директор Apple Тим Кук (24), открыто признают себя гомосексуалистами.

В последнее время общество сделало шаг назад с точки зрения публичной и политической терпимости, тем не менее результаты опросов показывают, что отношение к разнообразию в образовании (25) и на рабочем месте, гендерному равенству и однополым бракам постоянно меняется. Теперь в мире терпимее относятся к индивидуальному стилю, необычным интересам и маргинальной самоидентификации. Мы делаем татуировки и пирсинг, и это не мешает нам получать хорошую работу. Мы можем менять пол и сексуальные привычки, носить шлепанцы и толстовки в офисах, собирать комиксы и играть в видеоигры – и сейчас, как никогда, это считается в порядке вещей.

Однако когда речь заходит о ранних достижениях и разнообразии когнитивных способностей, ситуация кардинально меняется. Мы не переносим людей с иным когнитивным профилем – тех, кто медленнее созревает, или тех, чьи умения не нашли признания на рынке труда.

Общество льстит себе, когда превозносит идею о нашей чудесной независимости и многообразии стилей мышления. Мы полагаем, что, поскольку приветствуем разных людей и их образ жизни, то также признаем и разные стили обучения и когнитивного развития. Иными словами, мы как бы согласны, что существует больше возможностей для большего количества людей, чем раньше. Но это далеко не так, и такое неправильное представление ослепляет нас. Все равно требуют жесткого соответствия раздутым до небес навыкам программирования, которые так ценят веб-компании и финансовые предприятия. Вероятно, опаснее всего то, что это соответствие часто строится на единственном показателе или смутно понятной процентной выборке, то есть на тех данных, которых явно недостаточно для оценки такого сложного явления, как человеческий потенциал.

Теперь тесты IQ и SAT определяют всю дальнейшую судьбу человека. Но они никогда не предназначались для окончательного суждения об успехе в жизни. Всего несколько десятилетий назад приличные оценки и средние баллы за экзамены не ограничивали возможности. Баллы за SAT не диктовали, сколько человек будет зарабатывать, с кем вступит в брак и что о нем подумают соседи. Квалификация, необходимая для хорошей работы, за станком или за столом, в основном включает честность, усердие, опыт, правильное отношение к труду, надежность, умение работать в команде и настойчивость. Эти качества относятся к эмоциональному интеллекту, а не просто к IQ. Сравните их с тем, что ценится сейчас. Сегодня настали трудные времена для тех, кто сдал стандартизированные тесты на 75 % и ниже, а это три четверти всех абитуриентов. Будут проблемы, если ребенку нужно нестандартное обучение, а родители не могут послать его в особую школу, или пригласить репетиторов, или перевести на домашнее обучение.