Мама и сын. Как вырастить из мальчика мужчину - Мэг Микер

Несколько месяцев назад Кэрри пришла в мой кабинет вместе с Джейденом – энергичным светловолосым пятилеткой. Мальчик только что начал посещать подготовительную группу детского сада и пришел на обследование. Во время осмотра казалось, что Кэрри едва сдерживает слезы. В какой-то момент она объявила, что «мальчик продается». Когда она это сказала, я взглянула на Джейдена и увидела озорную улыбку. У меня создалось впечатление, что ему нравится «эпатировать» маму своим поведением.

Я спросила Кэрри, что не так.

«Все! – выпалила она. – Он возражает всегда, что бы я ни говорила. Шесть месяцев назад это был не ребенок, а мечта. Мы ходили вместе в парк и играли с его товарищами по детскому саду. Джейден вовремя ложился спать, даже помогал мне по дому, если я просила об этом. И потом, буквально в одну ночь, он превратился… – Кэрри закрыла руками уши сына и прошептала: – В монстра!»

Пока Кэрри рассказывала, Джейден делал вид, что рассматривает журнал. Он тихо сидел рядом с ней и внимательно слушал. Начав говорить, Кэрри, казалось, не могла остановиться – ей явно было легче от высказывания проблемы, которая мучила ее несколько месяцев.

«Я говорила мужу, что волнуюсь. Я имею в виду, вдруг что-то не так. Может быть, у мальчика о-п-у-х-о-л-ь м-о-з-г-а или что-то еще».

Она произнесла это по буквам, чтобы Джейден не понял.

«Я никогда не видела столь внезапного изменения личности ребенка. И вот еще что – раньше он хорошо играл с соседскими мальчиками, а теперь старается подчинить их себе. Он никогда не бил детей, но был очень близок к этому. Когда я как-то оттолкнула Джейдена в сторону и сказала, что его поведение неприемлемо, он просто улыбнулся. Конечно, он никогда не вел себя так в присутствии отца. Я не знаю, что я сделала, но мой сын почему-то меня возненавидел».

Кэрри говорила сбивчиво, она была слишком расстроена. На самом деле она не думала, что у мальчика опухоль мозга, и Джейден это понимал, я надеюсь. Слова Кэрри были слишком резкими для маленького мальчика; но мы с Джейденом уловили истеричные интонации и чувствовали, что мама говорит не всерьез. Но Кэрри не следовало говорить все это при мальчике. Прежде чем она продолжила, я обратилась к нему.

«Что ты можешь сказать о своем поведении, на которое жаловалась мама?» – спросила я.

Не глядя на меня, мальчик пожал плечами.

«Джейден, – позвала я его. Он не смотрел на меня, поэтому я опустилась на его уровень и постаралась поймать его глаза: – Мама говорит, что ты стал другим. Ты чувствуешь себя другим?»

«Я не знаю», – вежливо ответил Джейден.

«Мама говорит, что ты кричал на нее. Ты действительно кричал?»

«Думаю, да». – Он все еще не смотрел на меня.

Я подождала, а потом спросила:

«Что ты чувствовал, когда кричал на нее?»

Я думала, что это заденет его, но мальчик молчал. Через какое-то время я поняла, что он не хочет отвечать на мои вопросы.

«В подготовительной группе заниматься нелегко. Это утомительно, воспитатель требует, чтобы ты все время был внимательным, а другие дети любят командовать. Ты тоже так думаешь?»

Внезапно я увидела, что губы Джейдена задрожали. Он отвернулся от меня, взглянул на маму и сказал:

«Пожалуйста, попросите ее выйти».

Я поняла, что нужно расспросить ребенка.

«Джейден, это важно, потому что мама беспокоится. Ты ведешь себя не так, как раньше. Тебе не нравится детский сад?»

Я знала, что причина, скорее всего, не в этом: мне встречались мальчики его возраста с похожими изменениями настроения, но я хотела, чтобы Джейден ответил сам.

«Нет, там все нормально. Мне нравится. Мама просто не разрешает мне делать то, что я хочу. Она не понимает».