Голодный и Бедный! Как полный голяк, скудный бюджет и жажда успеха могут стать вашими главными конкурентными преимуществами - Даймонд Джон

Это стало фирменной чертой ее странички, а для самой девушки – чем-то вроде ежедневного ритуала. И почти сразу пользователи и подписчики обратили на это внимание. Фотографии Акации пользовались спросом, другие пользователи размещали их на своих страницах или писали Акации комментарии. Сначала подписчиков у девушки было всего человек сто, но, поскольку она завела себе странички еще и в Твиттере и Инстаграме, то не успела оглянуться, как стала звездой социальных сетей с миллионами подписчиков.

– Так приятно было получать столько внимания! – вспоминает Акация. – Поначалу это просто ошарашивало с непривычки. Я поняла, что мои однокашники просто ничегошеньки не понимают в людях. Они не обращают на меня внимания, а в то же самое время тысячи ребят в Интернете считают, что я классная. Они писали мне, что я красотка! Столько комментариев, и все восторженные!

Какое-то время так оно и продолжалось, Акация ощущала любовь и внимание. У нее впервые за долгое время повысилась самооценка. Но потом что-то изменилось – не в ней самой, а в Интернете. С этим знаком каждый пользователь социальных сетей. Ты достигаешь какой-то критической массы подписчиков – и, кроме поклонников, у тебя появляются ненавистники. Это совершенно особая категория пользователей. Они начинают тебя ненавидеть и пакостить в сети просто потому, что могут. Они чувствуют себя безнаказанными. Так уж устроен Интернет.

Но, когда тебе тринадцать лет и ты только-только выбрался из пучины комплекса неполноценности, у тебя недостаточно прочная броня, чтобы выдержать травлю уже не в школе, а в Интернете, на глазах у тысяч и тысяч людей. Акация вспоминает, что, когда у нее появились ненавистники, она растерялась.

– В те времена моя страничка-блог была не такой уж личной, поэтому поначалу у меня получалось как-то защититься от ненавистников, – рассказывает Акация. – Я твердила себе, что все эти люди меня толком не знают, поэтому никак не могут мне навредить. Но в то же время получила важный урок. Даже ребенком я понимала, что травят меня из-за внешности. Точно так же, как это было в школе. Меня в открытую называли потаскухой, шлюхой, писали всякие гадости. И ведь я не выкладывала никаких провоцирующих снимков, все было очень скромно и прилично! Я была ребенком тринадцати лет. Я фотографировалась в домашней одежде, в мешковатых свитерах, у меня тогда еще и брекеты на зубах были. Но даже в тринадцать-четырнадцать лет я понимала, что ненавистники самоутверждаются, унижая меня. Они пишут мне гадости, чтобы чувствовать свою власть.

Какая сообразительная девочка, правда? В свое время я тоже хлебнул неприятностей, ведь и у меня были свои ненавистники. В те времена, когда я начинал свое дело, дизайнеры были в основном белыми, темнокожие редко попадались. Ну и еще был такой стереотип, будто все дизайнеры одежды – поголовно геи, хоть это, конечно, чушь собачья. Так или иначе, а я нарушал эти шаблонные представления. Я совсем не походил на лощеных белых дизайнеров. У меня был уличный стиль, стиль простого соседского парня, грубоватый и приземленный, ничего такого изысканного и утонченного. Ненавистники не знали, что и думать об этом простом парне, который сам шьет шляпы и разрабатывает дизайн футболок. В общем, задали они мне жару, но меня это не особенно волновало. Я отстранялся. У меня был иммунитет уличного мальчишки.

А как повела себя Акация, когда оказалась в таком же положении? Что она предприняла? Да ничего. Она самым красноречивым образом проигнорировала ненавистников и продолжила заниматься своими делами – выкладывать селфи и вести блог. Она знала, что если примет вызов и отреагирует на негативные комментарии, то ввяжется в свару и попусту растратит силы.

Вообще, спорить с ненавистниками в сети – значит терять лицо. Когда Акация рассказала мне эту часть истории, я был просто потрясен. Такая сила духа, мудрость и достоинство у такой молоденькой девчушки, нежной и ранимой! Ей пришлось иметь дело с куда более сильной волной негатива, чем мне. Ведь я-то сталкивался с ненавистью лицом к лицу, не в Интернете. А Акация пришла в виртуальное пространство совсем юной, и ненавистники к этому времени успели стать гораздо пакостнее и жестче. Их было больше, и резонанс был сильнее. То есть давление на психику в сумме было очень сильное, страшное, ведь масштаб травли в Интернете всегда значительнее. За тем, что происходит на странице Акации, следили тысячи любопытных глаз. Но девушка просто не реагировала. Ее это закалило. Она даже оказалась в выигрыше, потому что ненавистники так или иначе все равно делали ей рекламу.

Я считаю, что такие ненавистники – все равно что группа поддержки, только с грязными помпонами. Они в любом случае привлекают к тебе внимание. По моему мнению, худшее, что с тобой может случиться в социальных сетях, – это если тебя не будут замечать. А любое внимание, даже негативное, – это распространение информации, реклама. Часто бывает, что пользователи реагируют на отрицательные отзывы, и это разжигает в них интерес к объекту ругани. В итоге, они проникаются к продукту теплыми чувствами и покупают то, что делает этот человек. Получается, что ненавистники бесплатно делают тебе рекламу! Стараются, тратят время и силы, привлекают к тебе внимание, и ты не должен платить им ни гроша! По-моему, классно.

Если о тебе говорят, значит, ты чем-то зацепил людей. Акация поняла это и нашла в таком общении источник силы и бодрости.

– Я начала черпать силу из того, что просто оставалась собой и видела, сколько внимания привлекаю, – рассказывает она. – Я всегда была самой обычной девочкой-подростком. Небогатой, не то чтобы дорого одетой. У меня был свой стиль, но он складывался не из дизайнерских этикеток, а из нюансов и мелочей. Он заключался в оттенке помады, который мне нравился, или в каких-то аксессуарах, или обуви. Мой стиль выражает меня саму, мой девиз: «Не воспринимай все слишком всерьез».