Иностранный для взрослых. Как выучить новый язык в любом возрасте - Роджер Крез

Например, два американца могут сидеть рядом во время перелета из Нью-Йорка в Сан-Франциско и в течение пяти часов делиться секретами, которые не доверили бы своим психотерапевтам. Но, сойдя с самолета, они не вспомнят имени попутчика. И, поскольку они американцы, для них будет совершенно естественно и даже желательно больше никогда не встречаться.

Но если американец будет сидеть в соседнем кресле и вести приятную беседу с человеком из другой страны, возможно, тот после приземления самолета захочет договориться о встрече: то, что для американца – ничего не значащая болтовня, может показаться представителю другой культуры искренним желанием познакомиться поближе. И если американец не будет пытаться поддержать отношения, его посчитают поверхностным человеком или лицемером. Но, с другой стороны, если бы представитель другой культуры не поддержал разговор с американцем, тот счел бы его грубым, холодным и недружелюбным.

Как показывает этот пример, навыки межличностного общения в одной культуре не всегда годятся для другой. Обычно их требуется скорректировать. Влияющие на язык культурные различия удобно рассматривать, определив, относятся ли они к культуре с высоким или низким контекстом^{48}.

К культурам с высоким контекстом относятся Япония, Китай и Корея^[3]. Что касается прагматики, люди, принадлежащие к такой культуре, оставляют многие вещи несказанными, поскольку практически всем носителям языка известен культурный контекст^{49}. Иначе говоря, поскольку между собеседниками имеется много общего, указывать на очевидное считается лишним, глупым или грубым. В культуре с высоким контекстом собеседники говорят немного и молчание тоже передает смысл. Такой стиль речи позволяет разделить собеседников на «своих» и «чужих». Например, в японском, корейском и китайском языках слово «иностранец» дословно переводится как «человек из чужой страны». Кроме того, корейцы настолько привыкли называть Корею «наша страна», что, когда американцы пытаются аналогично говорить о США, их часто неправильно понимают, думая, что речь идет о Корее.

С другой стороны, люди, принадлежащие к культурам с низким контекстом (жители Германии, Норвегии и США), не считают автоматически, что между ними и собеседниками, говорящими на том же языке, много общего. Поэтому подразумеваемая информация озвучивается. Интересно, что одна из причин, по которой речь шизофреников считается бессвязной, такова: люди, страдающие этим заболеванием, не учитывают сведения, общие для них и их собеседников. Речь шизофреников становится понятнее, если они проводят больше времени со своими собеседниками, что, вероятно, происходит из-за расширения их общей платформы^{50}. Конечно, мы очень обобщаем, поскольку, характеризуя культуру как имеющую высокий или низкий контекст, невозможно охарактеризовать всех ее носителей. Тем не менее взрослые, принадлежащие к культуре с низким или сравнительно низким контекстом, должны корректировать стиль общения, говоря с носителями культуры с высоким контекстом. Они должны быть готовы к тому, что, поскольку значительная часть базовой информации не озвучивается, их будут считать чужаками. А если они станут задавать слишком много вопросов или попытаются докопаться до сути какого-то вопроса, их просто сочтут невоспитанными. Однако переход от одной культуры с высоким контекстом к другой аналогичной также требует корректировки, поскольку важные особенности контекста, о которых не говорят вслух, будут отличаться. Пожалуй, только при переходе от одной культуры с низким контекстом к другой аналогичной требования к прагматической корректировке минимальны. В этом случае обе лингвистических среды требуют озвучивания значительного количества базовой информации.

Конечно, индивидуальные различия в адаптации к новой культуре неизбежны. Один из способов лучше приспособиться – это отыскать культурные контексты, близкие вам как личности. Люди, чьи личностные характеристики соответствуют преобладающему типу личности в стране, в которую они переехали, адаптируются лучше, чем те, у кого тип личности не совпадает. Например, в среднем жители Турции чаще оказываются экстравертами, чем жители Японии^{51}. То есть интроверт, скорее всего, лучше приживется в Японии, чем в Турции.

Какое все это имеет значение для изучения нового языка? Может показаться странным, но, говоря на другом языке, вы создаете линзу, через которую другие смотрят на вас. Иными словами, люди могут не разделять «вас» и «вас, говорящего на другом языке». Даже всемирно известный писатель Марк Твен, приехав в Германию, обнаружил, что создал себе отдельный образ на немецком языке, и описал этот комический эффект в эссе «Об ужасающей трудности немецкого языка».

Таким образом, ваша цель – достичь лингвистической компетенции, которая будет учитывать ваше уникальное отношение к изучаемому языку и культуре^{52}. Вы должны не имитировать носителей языка, а выражать себя настолько хорошо, насколько можете, сохраняя принадлежность к собственной культуре. В противном случае вас могут заподозрить в том, что вы пытаетесь выдать себя за носителя языка, что в лучшем случае вызовет смех, а в худшем это сочтут за оскорбление. Однако на вас ложится обязанность внести необходимые культурные изменения в то, как вы пользуетесь языком. Иначе говоря, следует делать прагматический выбор, соответствующий тому, кто вы есть, а не в точности копировать прагматический выбор носителей языка. В этом случае, вполне возможно, у носителей это вызовет отчуждение.