Мотивационное консультирование: как помочь людям измениться - Роллник Стивен

Возникают вопросы относительно того, как МК может быть использовано для конкретных групп населения. Для данных целей мы рассмотрим два больших наглядных примера: практика МК для людей с когнитивными нарушениями и кросс-культурная адаптация МК.

Когнитивные нарушения

Может ли МК принести пользу людям с повреждением головного мозга или пациентам, перенесшим инсульт, больным шизофренией, страдающим нарушением обучаемости или пожилым людям с когнитивными нарушениями? Испытывают ли они трудности с мотивацией к изменению? С какими изменениями они сталкиваются и как эти изменения обычно рассматриваются в рамках практики?

Существует тенденция полагаться на в высшей степени директивный стиль при работе с людьми, которые определены как люди с когнитивными нарушениями: чем больше нарушение, тем больше склонность к решению проблем за них. Любое путешествие по дому престарелых свидетельствует об узаконенном использовании выпрямительного рефлекса, удачно дополненным героическими усилиями людей по сохранению любых крупиц достоинства и автономии, которые у них еще остались. Люди с когнитивными нарушениями имеют потребности и чаяния, не очень сильно отличающиеся от потребностей других людей. Здесь нет недостатка в хорошо обоснованных призывах оказать таким людям, по крайней мере, такое же уважение и сопереживание, которое оказывается людям с меньшим количествам нарушений. У человекоцентрированного подхода, который уделяет внимание потребностям людей в достоинстве и автономии, достаточно защитников. Человекоцентрированный подход не тождественен МК, но является отличным фундаментом для него.

Какую роль может играть МК в помощи людям приспособиться к изменившимся обстоятельствам, неприятным симптомам и к когнитивным нарушениям? Развиваются печатные материалы, посвященные использованию МК в работе с различными группами людей с разными видами когнитивных нарушений. Эти исследования, вплоть до настоящего времени, имели тенденцию фокусироваться на людях, находящихся на трудном конце спектра, в то время как намного большее количество людей страдают от нарушений в менее серьезной степени. Тем не менее показательно, что МК оказывается полезным даже при серьезных нарушениях.

Вполне вероятно, что люди с различными видами когнитивных нарушений не могут реагировать на МК так, как на более конкретные подходы. Здесь актуальны два основных вида доказательств. Первый тип исследований рассматривает когнитивное нарушение в качестве замедлителя реакции на различные методы лечения. До сих пор не были найдены меры когнитивных функций, способные предсказать дифференцированную реакцию на МК. В масштабном многоцентровом исследовании проверялась гипотеза, что клиенты покажут худший результат при использовании МСТ (мотивационно-стимулирующей терапии), чем в двух более интенсивных и структурированных контрольных группах лечения, если они (1) имеют больше когнитивных нарушений, или (2) обладают более низким (более конкретным) концептуальным уровнем когнитивного функционирования (Project МАТСН Research Group, 1997а). Ни одна из гипотез не была подтверждена (Allen, 2001; Donovan, Kivlahan, Kadden, & Hill, 2001). Другие исследователи не зафиксировали никакой связи между когнитивным функционированием и результатами МК (Aharonovich, Brooks, Nunes, & Hasin, 2008), хотя данные исследования изучали основные эффекты когнитивных нарушений, а не дифференцированное взаимодействие с МК. Во-вторых, за пределами исследований дифференцированной реакции, основанной на когнитивном функционировании, МК было специально протестировано для групп с различными когнитивными нарушениями; мы ниже кратко обсудим данное исследование.