Метресса фаворита. Плеть государева - Юлия Андреева

— С какой стати? — Могильщик крутанулся на месте, и не успевший выпустить из рук край его одежды Рональд полетел на пол.

— Но ведь вы должны были его... — Одноглазый попытался приподняться, но Могильщик ловко прижал его ногой, одновременно отражая нападение итальянца.

— С чего вы — два болвана, взяли, что это великий князь?

— Но он ехал в санках его императорского высочества. Вы сломаете мне хребет, господин.

— Пардон. — Монах двинул Джузеппе в лоб кулаком и, перепрыгнув через поверженного Рональда, подал тому руку. — Если бы пропал цесаревич, тут знаешь, что началось бы? Во всяком случае, добрейший Ушаков не стал бы заглядывать к нам на кружку грога, а рыл бы теперь носом землю.

— Может, они делают вид, что ничего не произошло, как раз потому что ищейка подбирается к нам? — предположил Джузеппе. Когда учебный бой закончился, он снова сделался обычным слугой, поэтому, продолжая разговор с Могильщиком, начал расставлять мебель по углам.

— Пропал сын генерала Загряжского, Александр. — Могильщик отдал свои шпаги кривому. — А я не считаю возможным убивать ни в чём не повинного ребёнка.

— Но вдруг он что-то запомнил и теперь опознает нас? — не поверил невиданной щедрости господина Джузеппе.

— Пустое. — Могильщик отмахнулся. — Мальчишка не из слабаков, сын героя и сам... м-м-м... в будущем герой. Я знаю эту породу, да и звёзды рекомендуют мне его в самых лестных выражениях. В общем, когда поднимется и сможет соображать, я хочу переговорить с ним.

— А как же великий князь? Как же государыня? — Рональд отнёс шпаги в угол.

— Тут не один только князь, если бы... — Монах задумался, тяжело опираясь на огромное кресло. Мы не должны упускать из вида его милую сестрёнку.

— Наталью Алексеевну, которую он, без сомнения, назначит своей преемницей, — понимающе кивнул Джузеппе.

— А может, того, дождаться, когда они будут где-нибудь кататься, и организовать разбойничье нападение? Одним махом, так сказать?

— После оплошности с санями так они нам и дадут второй шанс. — Могильщик опустился в кресло, протянув руку, в которую Рональд тут же подал кубок с подогретым вином. — Великий князь — в данном контексте не наша главная цель. Я вот тут подумал, что Светлейший собирается обвенчать своего сына Александра с сестрой цесаревича, Натальей. А если у него это получится, Меншиков сам с радостью уморит наследника престола, дабы короновать своего сыночка.

— Но для этого нужно, чтобы сначала померла Екатерина Алексеевна. — Рональд стоял, почтительно слушая рассуждения монаха.

— Разумеется, первым делом должна отойти в мир иной государыня Екатерина Алексеевна, затем престол перейдёт к внуку Петра, тогда Александр Александрович Меншиков делается законным супругом цесаревны Натальи Алексеевны и... — Он задумался. — Да, придётся через три трупа перешагнуть. — Могильщик был недоволен.

— Но, может быть, всё же действовать по первоначальному плану — сперва цесаревича, затем, когда дочери Петровы сделаются наследницами первой очереди, выпустить Яана Муша и умертвить Екатерину Алексеевну? К чему нам эта Наталья? Что она сможет, если на престол будут возведены Анна или Елизавета...

— Говорю же, после нашей промашки Ушаков с великого князя глаз не спустит, так что действуем по второму плану. Грехи наши тяжкие. — Он глотнул вина и какое-то время наслаждался насыщенным вкусом. — Подай перо, бумагу.

Могильщик неохотно поднялся и проследовал вглубь зала, где в полутёмной нише стоял стол. Рональд нёс за ним свечи в массивном серебряном подсвечнике.

— Вот письмо для Ушакова. — Монах накапал воска и скрепил послание своей печатью. — На словах можешь передать ему, что я прошу немедленно выдать мне Муша, и не забыть добавить к этому дару кафтан Петра Великого. Скажи, мол, царь мне шубу грозился подарить, но я согласен и на это. Соврёт, подлец, небось, свой подсунет. Ибо несильно-то они рознились, оба с колокольню Ивана Великого удались детинушки. Скажи, пусть ожидает, приеду. У меня для него подарок имеется.