Смертельный круиз - Наталия Мстительная

Усталые и измученные туристы подъехали к тринадцати часам к пирамидам, неожиданно возникшим из-под земли, словно по волшебству.

– Колоссально! – произнес Рудольф, пораженный их видом. – Никогда не поверю, что эти пирамиды построили люди. Такая безупречная форма при таком гигантском размере… Слишком правильная!

– Да, – вздохнула Стефани. – Здесь хочется забыть о настоящем и окунуться в тайны прошлого… вечного…

– Подумаешь, чудо! – поделилась мнением подошедшая Анита, зевая. – Посмотрите, сколько народу вокруг: автобусы, туристы, верблюды… Очень шумно. Слишком.

Туристы побродили немного по окрестностям, пока Анита вдруг не спохватилась:

– А где Рудольф? Он ведь только что был здесь.

Все начали оглядываться по сторонам в поисках пропавшего друга, но тот как сквозь землю провалился.

– А-а, горе с ним! – раздраженно махнула рукой Анита. – Куда он денется?! Пойдемте лучше в пирамиду!

Через десять минут нашелся запыхавшийся Рудольф, который выглядел довольно испуганным.

– Вы не представляете! – возбужденно стал он делиться пережитыми впечатлениями, неловко размахивая руками. – Ужас какой-то: впереди бедуин на верблюде, сзади – бедуин, слева и справа – тоже бедуины… и все на верблюдах!

– Ну и что же ты сделал? – иронично спросила супруга.

– Пришлось прокатиться на верблюде, – удрученно закончил Рудольф. – Мне совсем не хотелось залезать на этого грязного и вонючего верзилу. Да еще появилась полиция, и погонщик погнал его рысью.

– Ты же любишь верховую езду! – не унималась Анита, давясь от смеха.

– Пока я не заплатил, этот хитрец не хотел его останавливать, – жаловался Рудольф. – Еще чтобы слезть, пришлось бакшит заплатить.

– Бакшиш, – поправил Марк своего растяпу-родственника, тяжко вздохнув. – Еще немного – и ты у нас по-арабски заговоришь.

Компания снова закатилась радостным смехом. Стефани забыла про свои тревожные предчувствия и вошла в пирамиду уже без всякого страха.

– Ты хоть в пирамиде-то свои солнечные очки сними! Ходишь в них весь день… А то ведь ничего не разглядишь, – посоветовала Стефани мужу, медленно продвигаясь по очень узкому каменному коридору.

– Ужасная нора, – бурчала сзади Анита. – Жарко, душно, тесно, пыльно. А как будем выходить отсюда? Здесь двоим не разойтись…

– Гид сказала, что коридор… один метр в диаметр… – прохрипела сзади Стефани с одышкой.

– А длиной он сколько, этот коридор, она не уточнила? Мы идем уже минут десять, ползем чуть ли не на карачках, а конца не видно.

– Я сейчас точно сознание потеряю! – подхватил Рудольф.

– Прекратите… ныть… – умоляюще попросил Марк и, тяжко переводя дыхание, продолжил: – Вот уже… почти пришли… К вашему сведению… эта «нора»… была сделана… грабителями захоронений… тысячу лет назад…

– Похоже, что тысячу лет назад клаустрофобии не существовало, – промычал Рудольф, вытирая пот. – Лучше б я остался наверху с верблюдами! Тут никаких богатств не захочешь, только глоток свежего воздуха!

– Еще немного, и я разберу эту пирамиду по кирпичикам, – заявила Анита.

– К твоему сведению… – сообщил Марк слабеющим голосом, – один такой «кирпичик»… весит… две тонны…

– Меня трудности не остановят, – гордо объявила Анита, бросив на обессилившего супруга презрительный взгляд.

Наконец туристы добрались до погребальной галереи, представлявшей собой несколько залов, в одном из которых находился саркофаг. Стефани глубоко вздохнула, Рудольф, задыхаясь, откашлялся, а на Марка так вообще смотреть было страшно: бледный, как полотно, он вытирал носовым платком пот, струившийся по лицу. Марк прислонился к холодной каменной стене, чтобы перевести дух. Похоже, профессора больше интересовала не история Древнего Египта, а глоток воды. Но в пирамиды с рюкзаками не пускали, и заветная бутылка с водой осталась в автобусе.

– Стоило ли сюда ползти?! Ничего особенного! – возмутилась Анита. – Такое впечатление, что я в сто двадцатиградусной сауне.

– Господи, я задыхаюсь здесь! Как будем возвращаться? – пожаловался Рудольф.

– А я обратно не пойду, – неудачно пошутил Марк. – Останусь здесь.

С этими словами профессор улегся на прохладный каменный саркофаг, сложив на груди руки, вздохнул и закрыл глаза. По лицу мужчины пробежала судорога, которая парализовала тело. Холод как будто сковал его по рукам и ногам. Марк хотел позвать на помощь, но не смог. Слова застряли в обезвоженном горле, и вместо них вырвался тихий слабый стон, незаметно утонувший в толчее многочисленных посетителей пирамиды.

Проворные туристы сновали по траурному залу во всех направлениях, щелкали вспышками и громко переговаривались, не обращая внимания на утомившегося посетителя. Осмотрев все залы и коридоры пирамиды, Стефани вернулась к саркофагу и шутливо крикнула мужу:

– Эй, фараон Марк Первый, вставай! Хватит валяться. Мы уходим.

Но мужчина оставался неподвижно лежать на саркофаге. Тогда подключилась Анита:

– Брат, ну что за шутки, давай вставай! А то нас постигнет та же участь, что и древних предшественников.

Марк не двигался и не отвечал. Стефани, почуяв недоброе, бросилась к мужу.

– Господи, какой он бледный! – воскликнула она. – На помощь! Помогите же кто-нибудь!

Стефани заметалась по галерее, беспомощно оглядываясь. Естественно, медпункта в пирамиде древние люди не предусмотрели. Оставалось рассчитывать только на помощь присутствующих мужчин, чтобы вытащить Марка наружу. Рудольфа трясло, как эпилептика.

К счастью, два здоровенных и крепких туриста подхватили Марка и поволокли по узкому стометровому проходу к выходу на улицу. Анита возглавляла процессию, расталкивая, а порой буквально распихивая в стороны ничего не понимавших посетителей, попадавшихся навстречу. Женщина зычно выкрикивала на всех известных ей языках: «Уступите дорогу!». Рудольф и Стефани едва поспевали за ней.

Наконец процессия выбралась наружу. После душной пирамиды сорокоградусная жара показалась прохладой. Марк в сознание еще не пришел. Увидев, в каком он состоянии, гид сама чуть не грохнулась в обморок. Аните стоило больших усилий привести в чувство еще и Мириам.

– Скорее! Помогите же нам! – кричала ей Анита. – Ему срочно нужно в больницу! У человека больное сердце, понимаете?!

– Да… конечно… – прошептала гид, пытаясь взять себя в руки. – Сейчас… сейчас… Давайте все сядем в автобус…

Лицо Мириам было такого же белого цвета, как ее платье.

– Посмотри на нее, – удивилась Стефани, обращаясь к Рудольфу. – На ней лица нет!

– Наверное, у них сажают в тюрьму, если с туристом что-нибудь случится. Пожизненное заключение, а может, даже и смертная казнь!

– Что вы там болтаете?! – сердито закричала Анита. – Идите лучше помогите мне делать искусственное дыхание! Что-то у меня не выходит… Главное – первая помощь пострадавшему! Ты, Стефани, вдыхай ему воздух в рот, а я попытаюсь сделать массаж сердца.