Ртуть - Принцесса Кентская

Проходит две недели, и Жак отплывает из Марселя на своем корабле «Прекрасная Марсэ», направляющемся в Пизу, а затем в Рим. Как все же предусмотрителен Жан де Вилляж, выбравший именно этот корабль для его отъезда из Прованса: покойная, но все еще любимая жена Жака плывет к новым берегам вместе с ним. Оглядываясь на удаляющийся берег, купец благодарит свою судьбу. Да, ему есть за что ее благодарить – ведь у него еще остался в Марселе большой дом, преданные работники и торговые склады. И благодаря его другу, королю Рене, он сможет снова наладить свою торговлю с базы в Марселе.

Жан де Вилляж стоит за штурвалом «Прекрасная Марсэ», а Жак бросает взгляд назад – на две другие свои галеры, обе вооруженные. «Я в безопасности. Я свободен. Я в безопасности!» – купец постоянно повторяет эти слова и даже начинает напевать их как рондо. Он сходит с ума? Нет, нет и нет! Он свободен! Его поддерживают его семья, его преданные друзья и компаньоны. Без их поддержки он бы медленно зачах в своей темнице в Пуатье, обливаясь в холодной камере жарким потом от одной только мысли о грозивших ему пытках. А этого-то и желал, несомненно, король.

Еще до отплытия Жака Марсель потрясла весть о кончине его дорогого друга, папы Николая V. Правда, перед смертью папа успел дать указание анклаву кардиналов: кем бы ни был его преемник, он должен и в дальнейшем защищать Жака Кера так же, как делал это он сам. Новый папа, Каликст III, дал всем понять, что выполнит этот наказ. Ведь ему – как и всем остальным членам курии – прекрасно известно, сколько сил и средств потратил Жак, чтобы поддержать римского понтифика.

Его сын Жан вернул отцу кольцо Иоланды, и перед отплытием Жак передал его Рене.

– Мой добрый друг, это кольцо подарил вашей матушке покойный король Карл Шестой. Он сказал ей, что с ним ей всегда будет открыт к нему путь. Как вам, наверное, известно, королева Иоланда оставила кольцо мне в надежде на то, что оно сослужит мне добрую службу. Я же счел это кольцо подходящим подарком сыну по случаю его назначения архиепископом Буржским. А теперь пришло время вернуть кольцо домой – сыну королевы Иоланды, вам, мой дорогой друг! – с этими словами Жак надел прекрасный сапфир с королевским гербом на мизинец левой руки Рене. И два друга, король и купец, обнялись.

Морское путешествие протекает легко – стоит весна 1455 года, и Жак наслаждается этой чудесной порой: временем возрождения, его возрождения. Даже если на море разыгрывается шторм, купец, переживший гораздо более страшные испытания, радостно подставляет свое лицо под хлещущий дождь и кричит вздымающимся волнам: «Я свободен!»

Им везет с попутным ветром, надувающим паруса, хотя сильного волнения на море нет. Жак какое-то время стоит на носу корабля, обдумывая недавний разговор с Рене. Так много потрясений и неприятных неожиданностей в этой темной истории, жертвами которой стали они с Агнессой. Ему нужно все осмыслить, все тщательно взвесить. Каков его вывод? Рене, скорее всего, прав. И Жак решает последовать совету друга – оставить все как есть. «Я слишком устал, чтобы мстить», – думает он.

После Пизы их суда держатся ближе к берегу, пока не доходят до римского порта Остии. А там их торжественно и даже с некоторой помпой встречают несколько папских советников, оповещающих Жака о ситуации в стране. Поездка верхом в Рим доставляет только одно удовольствие. В Вечном городе путников также ждет пышный прием. В окружении кардиналов в пурпурных облачениях и епископов в красных рясах новый папа, сидя на носилках, драпированных белой материей, лично приветствует купца. Жак спешивается с коня и склоняется перед папой в глубоком поклоне, а тот вдруг, к немалому удивлению купца, сходит с носилок и направляется к нему, широко раскинув руки, а подойдя, заключает его в свои объятия.