Легион против Империи - Александр Мазин

— Ага, спать… Делать мне больше нечего! — пробормотал Коршунов.

Но тоже отправился в спальню. За Настей. Этой ночью он намеревался сводить ее на шоу. Старина Евстафий, купчина, через которого Алексей реализовывал кое-какие незаконные трофеи, прикупил по случаю каких-то потрясающих египетских танцоров. И позвал друзей насладиться искусством.

* * *

— Я ходила к предсказателю, — Корнелия потерлась щекой о подбородок мужа. — Он сказал: скоро тебя ждет дальний поход.

— Вполне возможно… М-м-м…

Геннадию было хорошо. Он ласкал нежную спинку Коры и наслаждался свежим, возбуждающим запахом ее волос.

Мерные взмахи опахала, которое «приводил в действие» глухонемой раб, дарили приятную прохладу.

— Он сказал: будет долгий поход, который закончится там, где у наших богов нет власти.

— И что ты думаешь по этому поводу? — рассеянно поинтересовался Черепанов, которому откровения предсказателей были по барабану. Нормальный способ отъема денег у населения. Особенно — у доверчивых и мнительных дам.

— Оракул…

— К воронам оракула! — Геннадий попытался куснуть мягкое ушко, но промахнулся и цапнул камешек серьги. — Что ты сама об этом думаешь?

— Ты хочешь покинуть империю, да?

— Да вроде бы пока не собираюсь, — осторожно заметил Черепанов. — Мне и здесь неплохо. Или — тебе плохо? Только честно!

Корнелия приподнялась на ложе, лунный отблеск блеснул в огромных глазах, взмах опахала шевельнул светлые локоны…

— Я очень скучаю по Риму, муж мой! Поклянись мне, поклянись мне сейчас — если ты захочешь покинуть империю, ты подаришь мне последнее свидание с Римом!

Столько боли, столько страсти было в голосе Коры, что у Геннадия сердце защемило от сострадания. И не стало опытного воина, стратега и политика. Остался лишь мужчина, который ни в чем не мог (да и не хотел) отказать любимой женщине.

— Клянусь! — не раздумывая ответил Черепанов. — Ты увидишь Рим! Я обещаю тебе, родная!

* * *

Депеша из Рима пришла вскоре после новостей из Персии. Депеша отнюдь не грозная. Никаких «давай деньги, а то уволим». Марк Антоний Гордиан Пий, принцепс, Август и прочая, прочая… приглашал наместника Сирии в гости. Вернее, домой. В Рим. Для доклада и воздаяния по заслугами.

Формат письма был уважительный, но достаточно твердый. Типа «обсуждению не подлежит».

Однако, по мнению Черепанова, обсудить — следовало.

Сначала — с женой.

Совещания не получилось. При слове «Рим» Корнелия засияла и заявила, что «приглашение» следует принять. Соскучилась, бедняжка!

Тогда к обсуждению был «подтянут» Коршунов.

Алексей тоже был «за». Только внес коррективу. В качестве представителя наместника в Рим отправится он сам. Мол, неотложные дела и угроза нападения персов не позволяют Геннадию Павлу… Ну и так далее.

А если дело пойдет как-то не так, что Черепанов изыщет возможности надавить на Августа…

Это вариант тоже был отвергнут наместником.

— Ты лучше хлебным импортом занимайся, — буркнул Геннадий. — Успеешь еще попутешествовать.

Алексей проглотил обиду. Генка как всегда очень точно определил побудительные мотивы его «самоотверженности».

— Значит, ты решил драться? — спросил Коршунов.

— Скорее да, чем нет, — ответил Черепанов. — Не нравится мне это «приглашение». Нутром чую — подстава. Пока план такой: никуда не едем, ждем развития событий. Будут настаивать или угрожать — твои «пираты» полностью перекроют зерновой поток. Рановато, конечно. Нам бы их еще годик на голодном пайке подержать. Вот тогда бы римская чернь не запищала, а завопила. Но выбора нет.

— Значит, морского префекта будем «убирать»? — поинтересовался Коршунов.

— Возможно. Но я все-таки попытаюсь попробовать с нашим адмиралом договориться. Съезжу в Тир, он сейчас там, прозондирую почву. Адмирал — мужик крайне честолюбивый. Сейчас он держится Рима, но там им настолько недовольны, что вполне могут отправить в отставку. На что я и намекну аккуратно. Мол, слыхал от верных людей… И пару имен присовокуплю.

— А что ему можешь предложить ты? — поинтересовался Коршунов. — Жизнь в провинции и командование нашим жалким флотом?

— Это сейчас он — жалкий, — усмехнулся Геннадий. — А если вложить немного денег и поговорить с другими восточными «адмиралами», очень неплохой союз может нарисоваться. Ибо… — Тут Черепанов устремил в потолочный плафон короткий толстый палец: — …Плох тот адмирал, который не мечтает стать главнокомандующим! Кстати, это относится ко всем провинциальным лидерам.

— Генка, ты о чем? — несколько удивился Коршунов. — Сепаратизм — не твой стиль! Опять-таки об Ардашире не забывай. Как только он покончит с мятежниками, сразу сюда заявится. И без поддержки Рима скушает нас за милую душу. Или ты думаешь, что другие наместники самочинно отдадут тебе свои легионы?

— Я думаю, — спокойно произнес Черепанов, — что договариваться с Римом нужно. Но договариваться, когда козыри на руках у тебя, а не у партнера, намного удобнее. В Палатине хотят регулярных поставок зерна? Я им эти поставки гарантирую. Я, а не наш адмирал. Если Рим согласится, будет им хлеб. Нет — разрабатываем план «Б». В этом варианте лояльный нам адмирал становится главнокомандующим средиземноморским флотом. В потенциале. Но в любом случае адмирал идет под меня. Или очень скоро перестанет быть адмиралом. Либо Рим его отстранит, либо — несчастный случай. Церемониться больше не будем. Слишком высоки ставки.

— Что-то, брат, я сомневаюсь, что Рим пойдет на твои условия, — задумчиво произнес Коршунов. — Как-то это не в императорском стиле — договариваться с подданными…

Черепанов пожал плечами:

— А по-моему, шанс есть. Во-первых, там сейчас не юный Гордиан рулит, а его мамаша со своей сворой. А во-вторых, я уже доказал, что со мной договариваться можно. А хлеб египетский им во как нужен. Оголодает чернь — разорвет всех к чертовой матери! Так что, друг мой Лёха, если у тебя нет прямых возражений, то будем действовать по такой схеме.

— Прямых нет, — покачал головой Коршунов. — Исключительно косвенные.

— Тогда решено, — резюмировал Геннадий. — Завтра я еду в Тир. Потрогаю за сокровенные части нашего адмирала.

— Езжай, — согласился Коршунов. — Дать тебе моих спецназовцев в сопровождение?

— Зачем? У меня свои есть. Возьму с собой когорту Луция Ингенса. Достаточно?

— Вполне.

— Тогда предлагаю выпить за успех! Коре на днях пару амфор девятилетнего альбанского прислали… Песня, а не вино!

— Тогда споем! — одобрил Коршунов. — И закусить чего-нибудь, а то я с утра — не жрамши.

— Тушеный фламинго, — сообщил Черепанов. — И мурена. Но они — в процессе. А пока могу предложить сифуд: лангусты, устрицы и прочее. И паштет из печенки гусыни, выкормленной отборными орехами.