Танки - Дмитрий Щербанов

Георгий Константинович Жуков сидел за столом в своём рабочем кабинете в Наркомате обороны на Арбатской площади. Как обычно, работа у него затягивалась далеко за полночь, ибо он прекрасно понимал, что времени остаётся всё меньше и меньше. Да по сути, и всё высшее командование советских вооруженных сил уже давно жило по законам военного времени. 1 сентября 1939 года нападением на Польшу гитлеровская Германия развязала Вторую мировую войну. Пакт с Германией дал Советскому Союзу возможность выиграть время для укрепления обороноспособности страны. Когда под ударами немцев быстро развалилась Польша, Красная Армия в сентябре 1939 года вошла на территории Западной Украины и Западной Белоруссии. В результате, советская граница была отодвинута на сотни километров.

Что же касается Англии и Франции, то они вплоть до поздней весны 1940 года так и не вели боевых действий против Германии. Это историки потом назвали «странной войной». А Германия тем временем оккупировала Данию и приступила к захвату Норвегии.

На недавнем совещании в Наркомате обороны присутствовал товарищ Сталин и все члены Политбюро. Присутствовал и новоиспечённый генерал армии Жуков. И невозможно передать волнение человека, впервые переступившего порог «того самого» кабинета, ставшего в скором времени ему очень знакомым. Он, строевой генерал, был напряжен как струна. Но товарищ Сталин тогда тепло поздоровался с ним, раскуривая свою любимую трубку, сделал паузу и поинтересовался мнением Жукова о японцах и о Красной Армии. И тогда Жуков честно рассказал о том, что видел и что знал. Он дал высокую оценку советским танкистам, артиллеристам и лётчикам. Но при этом предупредил, что танки серии БТ с бензиновыми двигателями крайне огнеопасны.

Теперь Жуков уже находился в Москве, и уже перед ним стоял растерянный командир дивизии, напряженный как струна. Он, как мог, держал доклад.

Жуков всегда требовал, чтобы доклады были обстоятельными, но не слишком затянутыми. Но тут случай явно представлялся не совсем обычным.

Комдив заметно нервничал:

– Они шли вдоль оврагов. Все наши требования проигнорировали. Мы открыли огонь, но наши бронебойные снаряды их не взяли…

– А вы точно попали?

– Даже несколько раз!

– И что?

– Ничего. Ползут себе, как глыбы броневые. А наши снаряды от них в рикошет уходят. Я такого никогда не видел! Реально страх берёт…

– А дальше что?

– Ничего. Я сам стрелял, но снаряд срикошетил. Как я понимаю, там угол встречи снаряда с бронёй очень мал… Выстрел – и снаряд уходит от борта в сторону. Да что за чёрт! Заговорённые эти танки, что ли?

– И что потом, не тяни?

– Оба танка спокойно ушли в лес в районе деревни Пахомово.

– Где это? – уточнил Жуков.

– Примерно в тридцати километрах к югу от Серпухова.

Жуков усмехнулся:

– Молодцы…

Комдив не понял и осторожно переспросил:

– Простите, товарищ генерал армии?

Лицо Жукова вновь стало серьёзным. Он встал из-за стола и заходил по кабинету.

– Вы молодцы, говорю. Всё правильно сделали. Только почему сразу мне не доложили?

– Виноват, товарищ генерал армии. Хотели сначала с поставленной задачей справиться, а уж потом докладывать.

Взгляд Жукова потеплел:

– Всё правильно. Ладно. Теперь, по поводу задачи. Слушай меня внимательно…