Ушкуйник. Бить врага в его логове! - Юрий Корчевский

Миновали городские ворота. Во вчерашний переулок Мишаня не пошел, а двинули вдоль городской стены дальше. Завидев переулок без видимых разрушений и следов схваток, свернули туда. Какой смысл искать ценности там, где уже побывали другие?

Постучали в ворота. Не дождавшись ответа, один ушкуйник перелез через забор и открыл калитку. Хозяин с прислугой в доме был, но забился в дальнюю комнату, опасаясь расправы. Дом не очень богатый, но мешочек с серебряными дирхемами нашелся и там. К Михаилу ушкуйник Зосима подтащил за шиворот трясущегося от страха хозяина.

– По-русски понимаешь?

Хозяин мелко-мелко закивал головой.

– Ну-ка отвечай: ценности еще какие есть? Да не трясись ты так, не трону.

– Нет больше денег, видит Аллах – я мелкий лавочник.

Тут в голове у Мишани созрел план. Не долго думая, он миролюбиво предложил:

– Мы не хотим бессмысленной крови. Мы пришли за сокровищами, за данью, на которую имеем право. Вот чего: пройди по переулку и скажи всем соседям – пусть откроют калитки, и каждый хозяин сам выставит по мешку с ценностями. Тогда в такой дом заходить не будем и никого не тронем, даже царапины никто не получит. Обещаю! Если же ворота и калитка заперты будут или хозяева окажут сопротивление – всех мужчин перебьем, а женщин – наложниц, жен, дочерей, служанок – отдадим воинам на потеху и угоним в неволю. Понятно ли?

Хозяин снова закивал. В глазах его плескался животный ужас. Конечно, Мишаня нагонял страху специально, он вообще не собирался никого брать в плен, да и не кровожадный он вовсе. Но ордынцам это знать было не обязательно.

Хозяин – ни жив ни мертв, на подгибающихся ногах пошел по переулку.

Михаил вдогонку грозно крикнул:

– Пошевеливайся! Я до обеда ждать не буду – мои воины уже злые. Смотри – их терпения надолго не хватит!

Хозяин вздрогнул и сразу засеменил шустро, как будто бы пинок в зад получил.

Мишаня просто рассудил здраво, не столько как воин, но как сметливый купец: все равно каждый дом в городе за оставшееся время они обыскать не успеют, и при добровольной выдаче хозяева непременно какую-то часть ценностей утаят. Но штурмовать каждый дом – значит нести потери и терять время. Мозг его работал четко и трезво – сказывался купеческий опыт.

– Ой, обманут нас ордынцы! Они только силе подчиняются. Если и выставят чего, так небось только медь да бронзу, – покачал головой Никита.

– А глаза у тебя на что?

Вскоре в домах стали открываться калитки и ворота. Рядом с выставленными узлами, мешочками стояли испуганные хозяева.

– Вы четверо идете по правой стороне, остальные – слева. Осматривать узлы, брать только деньги, изделия из серебра и золота, драгоценные камни. Подходящее увязывать в узлы, медь и бронзу не брать. И еще – без нужды хозяев не трогать. Я слово дал. Пошли!

Ушкуйники деловито пошли по переулку. Осматривали, что вынесли хозяева, отбирали золотые и серебряные изделия, тут же увязывали в узлы и сносили в конец переулка. Там набралась уже изрядная груда трофеев.

– Хозяин, у тебя осел с повозкой есть?

– Есть.

– Запрягай.

Вскоре ушкуйники погрузили на повозку весь груз. Хозяин ослика повел его к причалу, сзади его охраняли двое ушкуйников. Повозка свернула в очередной переулок. Перед собой Мишаня вел лавочника из прежнего переулка.

– Обойди дома, уговори собратьев-соплеменников добровольно вынести ценности, и можешь идти к себе домой. Ты видишь – я держу слово.

Ордынец пошел по домам – стучал в ворота, кричал что-то по-своему. И здесь хозяева быстро сообразили – сила солому ломит, жизнь дороже ценностей. Они открыли ворота и выставили мешки. Ушкуйники деловито выбрали ценности, увязали в узлы.

Однако в этом переулке попался и строптивый владелец – ворота одного из домов остались заперты.

– Ну что, проучим строптивца? Зосима – на стену, попробуй сам открыть ворота.

Зосиму подсадили, он перебрался через стену, открыл запор, распахнул калитку. Все семеро ушкуйников ворвались во двор. Двери в дом оказались заперты.

– Может, хозяева ночью ушли? – предположил Вторуша с лодьи.

– А это мы сейчас проверим! Эй, хозяин, выходи сам да по-доброму, а не то пожалеешь!

В ответ – тишина. Что без проку ждать? Ушкуйники подожгли смоченное в масле тряпье и забросили его в узкие оконца. Из дома потянуло гарью, потом показались тонкие струйки дыма, на глазах становившиеся все гуще.

В доме послышался надсадный кашель, все в нем пришло в движение.

– А ты говорил – дом пустой!

Дверь резко распахнулась, выбежали женщины. Их сразу ловили и связывали. Вообще-то Мишане они были не нужны. Но молодой купец не останавливал ушкуйников: уж коли слово было сказано – отступать нельзя. «Теперь спуску дать – слабину свою показать, а это в набеге опасно! Отдам на причале судовой рати, пусть делают, что хотят», – подумал Мишаня.

Около ворот стояли несколько ордынцев из соседних домов. Они внимательно наблюдали за происходящим. «Надо и им преподать наглядный урок», – решил Мишаня.

Тем временем из дома, кашляя, чихая и вытирая слезящиеся глаза, вышли трое мужчин, судя по одеянию – хозяин и двое слуг. По приказу Мишани их тут же казнили, отрубив головы. Местные у ворот попятились в испуге.

– Так будет с каждым домом, где ослушаются моего распоряжения! – показал рукой Мишаня на чадивший дом.

С двух следующих переулков собрали приличную дань – настолько много, что еле увезли на повозке.

Все ушкуйники во главе с Михаилом отправились сопровождать ценный груз. Честно сказать – и есть хотелось, а подспудно – купцу не терпелось окинуть взглядом трофейные богатства в целом. Пощупать сокровища, насладиться очарованием тусклого блеска благородного металла, сиянием камней хотелось всем ушкуйникам. Похоже, жажда богатства начинала довлеть над разумом. Но Мишаня старался не поддаться искусу.

Корабельщики уселись в кружок и с удовольствием похлебали варева из баранины, заев лепешками.

Ушкуйники отдохнули немного, с нетерпением поглядывая то на Мишаню, то на мешки с ценностями. Заметив нарастающее нетерпение, купец согласно кивнул головой. Ушкуйники тут же подскочили к узлам, сверткам и мешкам, трясущимися руками стали развязывать веревки, с горящими глазами перебирали пригоршнями золотые и серебряные изделия. Не мешая им созерцать богатые трофеи, Мишаня прошелся вдоль пристани, заглядывая в трюмы чужих судов.

«Господи, тащат все подряд – ковры, ткани, одежду, оружие трофейное. Оружие-то зачем? – с тоской смотрел Мишаня на горы скарба. – Да за один дукат золотой несколько сабель и щит в придачу купить можно, а весу в том дукате – всего ничего». Да разве кто сможет в этом ратников переубедить? То-то и оно. Сказывалась воинская психология – хватай любой трофей, взятый на меч!