Смертельный круиз - Наталия Мстительная

– Не знаю… – неуверенно протянула Эллина.

Ей вовсе не хотелось посвящать первого встречного в цели своего путешествия.

– Да-да, – настаивал сосед. – Со мной именно так: не успею уехать, как снова тянет в Египет.

– Может, вам лучше сразу поселиться здесь?

– Насчет поселиться не уверен, но в завещании обязательно запишу, чтобы меня похоронили здесь. Как фараона, – пошутил собеседник.

Эллина вздрогнула и побледнела. Филипп, глядя на нее, не на шутку забеспокоился:

– Тебе плохо? Тошнит, да? Вот пакет. Дыши как можно глубже. Вот так…

Молодой человек принялся усиленно вентилировать свои легкие. Эллине было приятно такое внимание, и она охотно последовала его совету, хотя необходимости в этом не было никакой. То, что собеседник перешел на «ты», девушка восприняла как должное. «Теперь ведь мы уже хорошо знакомы», – рассудила Эллина, совершенно не принимая в расчет то, что три часа назад она и не подозревала о существовании этого человека.

Уставшая с дороги девушка разместилась в гостинице и, кое-как поужинав, вернулась в номер, приняла душ и повалилась на кровать. Бродить по вечернему незнакомому городу не было ни сил, ни желания. Ее соседка по номеру, энергичная и резвая не по годам старушка со смешным именем Барби Роуз, бесстрашно отправилась в поход по ночной египетской столице, упрекая молодежь в лености, вялости и безразличию к окружающему миру.

Эллине никак не спалось, что в последнее время стало уже нормой. Она, уставившись в темный потолок, перебирала события прошедшего дня. Основное место в размышлениях занял, конечно же, Филипп: «Как ни странно, но, кажется, я ему понравилась. Надо признаться, что это взаимно. Господи, только бы он завтра позвонил!»

Утром свежая и отдохнувшая Эллина выслушивала восторженные рассказы своей соседки, уплетая гостиничный завтрак.

– Мы зашли так далеко, так далеко… – делилась впечатлениями Барби Роуз, у которой от настоящей Барби был разве что светло-золотистый парик на голове, а от Роуз – шерстяное розовое платье, не по возрасту яркое, но очень подходившее к ее беспокойному темпераменту, – … мы зашли так далеко, что в конце концов очутились в кабаре и увидели такое представление, что я до сих пор не могу спокойно сидеть на месте. Хочется петь и танцевать!

Тут старушка задергалась в такт только ей одной известной мелодии, да так смешно, что Эллина не удержалась и звонко рассмеялась.

– Четыре месяца назад, когда я была здесь летом… – начала объяснять Барби Роуз и вдруг резко замолчала, как будто спохватившись.

– Вы уже были в Египте? – удивилась Эллина. – Я не знала.

Но старушка живо перебила ее:

– Нет, Эллина, ты только послушай! Красивая арабская танцовщица, гибкая как змея, исполняла просто изумительный танец живота. Публика подобралась темпераментная, в основном из стран Персидского залива, так что можешь себе представить… Эх, мне бы скинуть лет пятьдесят, я бы еще не то показала!

– Не сомневаюсь.

– Я, между прочим, еще пользуюсь успехом у мужчин! – похвасталась довольная Роуз. – Вчера один арабский шейх предложил мне стать его четырнадцатой женой!

– Неужели вы согласились?! – ужаснулась Эллина, ожидавшая чего угодно от своей взбалмошной соседки.

– Нет! Главным образом потому, что он лопотал только по-арабски. Да и, честно говоря, быть четырнадцатой женой мне самолюбие не позволит. Ездить на семейный пикник целым туристическим автобусом – это не для меня.

«Какая она забавная, эта старушка, – подумала девушка. – Очень милая!»

Филипп позвонил вечером и тут же пригласил Эллину на дискотеку. Но девушке было не до веселья. Подобное предложение ей показалось нелепым и даже кощунственным, и она отказалась.

– Тогда пойдем к пирамидам! – предложил Филипп. – Через полчаса начнется представление: зрелище потрясающее, светящиеся пирамиды на фоне ночного Каира, говорящий сфинкс…

– Пирамиды… – эхом повторила Эллина.

Они манили ее и отталкивали одновременно. Девушка с ненавистью смотрела на них из окна отеля, но не смогла отказаться. Вечером Эллина отправилась к этим злосчастным гробницам, тем более что рядом шел надежный друг.

Представление оказалось ярким и музыкальным и впечатлило не меньше бродвейского шоу. Затем Филипп потащил Эллину куда-то за сфинкса показывать древний вход в одну из пирамид. Ночь спустилась на город. Место было глухое и безлюдное. У Эллины возникло в груди неприятное чувство то ли страха, то ли тревоги. Она собралась попросить Филиппа повернуть обратно, но, к своему ужасу, никого рядом не обнаружила.

Девушку охватила паника. Она встала как вкопанная, боясь пошевелиться и не понимая, что происходит. Это было как в кошмарном сне. Вдруг на одной из глыб что-то зашевелилось. В свете оставшихся вдали прожекторов Эллина различила черную тень. С раскрытыми от ужаса глазами девушка всматривалась в нее. Расплывчатое черное пятно напоминало мужчину. Его серебристые волосы светились в лунном свете. Эллина попыталась различить в темноте его лицо: белое пятно, выделявшееся на черном фоне.

– Отец! – вскрикнула она и упала в обморок.

Когда Эллина пришла в себя, то с удивлением обнаружила сочувствующую группу людей, сгрудившихся вокруг нее. Рядом на корточках сидел Филипп и поддерживал ее голову. Он ласково гладил девушку и говорил тихонько:

– Ну что ты… Что ты… Испугалась… Я ведь просто пошутил. Как будто к тебе фараон пришел… Это ведь забавно, да?

Слезы брызнули из глаз девушки, с ней случилась настоящая истерика. Эллина вскочила на ноги и бросилась в сторону отеля, который был совсем рядом. Возмущенная, она влетела к себе в номер и закрылась на ключ, будто за ней кто-то гнался. Потом не менее часа девушка проторчала в ванной, чтобы вдоволь выплакаться, умыться и прийти в себя.

Неутомимая Барби Роуз, как всегда, отсутствовала, чему Эллина была очень рада: ей вовсе не хотелось выглядеть идиоткой. Теперь девушке стало нестерпимо стыдно за свое поведение: «Испугалась как дитя! А еще взрослой себя возомнила. Что про меня Филипп подумал? Наверное, что я – чокнутая истеричка. Он теперь и близко ко мне не подойдет. Лечиться надо!»

Эллина снова заплакала, теперь уже из-за Филиппа.

Наутро соседка опять восторгалась своими приключениями, а Эллина готовилась к новой встрече с пирамидами: сегодня они были в экскурсионной программе. Девушка твердо решила перебороть себя и спуститься именно в ту гробницу, где умер отец: для Эллины это было делом принципа. Она поклялась не поддаваться эмоциям, поскольку раскрыть тайну можно лишь при наличии здравого рассудка.

Эллина неторопливо и сосредоточенно обошла все комнаты в захоронении, тщательно осмотрела саркофаг, но ложиться на него, как собиралась вначале, передумала, не хватило духа. Воздух в пирамиде был действительно тяжелым. «Много людей, душно, – заключила Эллина. – Но не настолько, чтобы умереть».