Мировой кризис. Восток и Запад в новом веке - Тимофей Сергейцев

Миропорядок, выстроенный США за последние 30 лет, предполагал специализацию стран в мировом производстве, так называемое глобальное разделение труда.

Экс-министр финансов Алексей Кудрин и сегодня увещевает всех нас занять «свое место» – во «вторичных технологических цепочках», как он сам это называет.

Одновременно предполагается, что сырье должно обходиться мировому гегемону дешевле. Очевидно, что этот заблудившийся во времени совет построен на догме нераспространения технологий и научных знаний, сохранения фундаментального технологического неравенства между странами мира. Владимир Путин эту догму, как мы услышали, однозначно отвергает. Поскольку все в общем-то уже разъяснилось. Просто прошло достаточно времени, и тайное стало явным.

Само принятие концепции участия в «мировом разделении труда» со специализированной «трудовой» ролью и приводит нас на деле в практике глобализации к добровольному принятию роли сырьевого источника. Со всеми вытекающими последствиями и прежде всего – депопуляцией. На бензоколонке столько людей не нужно, хватит и в десять раз меньше. И никто нам ничего другого постарается не позволить.

Реальная стратегия выживания заключается совершенно в другом – в технологической диверсификации и развитии, в вовлечении в хозяйственный оборот всех пригодных для этого ресурсов, включая людей и землю.

Происходить этот процесс будет (и уже происходит) в масштабах планеты. Просто наш рынок не будет включать в себя тот рынок, который подомнут под себя США, но производить и продавать на своем планетарном рынке мы будем потенциально все, как и покупать. Правила игры на этом рынке будут другие – мы не гегемоны. Индия и Китай гегемонами не станут, невзирая на свою экономическую мощь. Потому что мировую валюту не печатают и всему миру не угрожают своей борьбой за демократию и права человека.

Встанет вопрос о распределении выгоды. Но это совершенно иной вопрос, нежели вопрос о распределении убытков. И, в отличие от СССР, мы не будем и не должны сегодня содержать страны третьего мира из политических соображений. Да они уже в этом и не нуждаются.

Пляски, которые мы наблюдаем вокруг так называемых «санкций» (ибо к праву они отношения никакого не имеют), – чистой воды политэкономическая конкуренция. К технологиям нас не допускали и раньше, когда мы еще были тише воды и ниже травы.

Да, не дают напечатанных денег. Это правда. Но на них мы далеко не уедем, потому что их и давали только под спекулятивный вывоз капитала от нас же и под потребление импорта. Так что пусть уж лучше не дают. Потому что именно это и есть настоящий экономический наркотик, та самая «игла», а вовсе не сырье, являющееся для нас страховкой и резервом.

И вот еще что. Впереди, перед всем миром все равно маячит вопрос о справедливом доступе к технологическому рогу изобилия. И о том, что будут делать освобождающиеся от труда люди. То есть вопрос о реальном коммунизме. Решение этой задачи в логике потребительского общества со сверхприбылями для элиты, видимо, отсутствует. И придется обратиться к историческому опыту коммунизма-социализма, который мы имеем, хотя и временно об этом забыли. А Китай и не забывал.

Pax Americana съеживается и, возможно, составит одну пятую человечества или меньше. США отчаянно пытаются вернуть контроль над Латинской Америкой. Но это будет не так-то просто сделать. В любом случае внутри своего мира (части мира) США постараются не только не утратить, но и усилить свою власть. Сохранить решающее силовое превосходство. Финансовое управление всем и вся. Радикальное имущественное и потребительское неравенство как основу общественного устройства не только своей страны, но и всего «своего» мира.

Рах non Americana (в который мы входим сегодня как его политический лидер, лидер своего рода Сопротивления) не будет построен на чьей-либо гегемонии. Для своей защиты и предотвращения вполне реальной угрозы войны против себя наш неамериканский мир вынужден будет создать подлинно коллективную систему континентальной и межконтинентальной безопасности и быть самодостаточным, что ему вполне по плечу.