Мировой кризис. Восток и Запад в новом веке - Тимофей Сергейцев

Во второй половине ХХ века произошло качественное изменение социально-экономической и политической природы «среднего класса», которую западные исследователи старательно игнорируют, поскольку в текущем «естественно-историческом» процессе эта проблема не имеет решения. Культурно-исторически капиталистический средний класс – это социальный слой, который способен осуществлять накопления и разумно их инвестировать.

Его представители способны благодаря капитализму извлекать из своей жизнедеятельности прибыль (разницу между доходами и расходами) и распоряжаться ею в интересах 2–3 поколений своей семьи. Базовым процессом, формирующим средний класс капиталистического социума, был процесс накопления.

Однако с 50–60-х годов прошлого века замыкающим экономическим процессом западного общества стало потребление. Оно проектным образом навязывалось людям как «новый и передовой» базовый процесс, как их образ жизни. Необходимо отказаться от накопления и инвестирования. Все нужно тратить на потребление. У среднего класса появился новый критерий его существования – объем потребления. Это был ключевой фактор изменения социальной природы среднего класса. Ты теперь принадлежишь среднему классу не по тому, что имеешь положительную разницу между доходами и расходами, а по тому, сколько ты потребляешь. Чем больше ты потребляешь, тем «выше» находишься в социальной структуре. Такая подмена природы среднего класса обеспечила рост капитализма с 50-х до 70-х годов прошлого века. Отказавшись от накоплений, начав тратить, а не инвестировать в воспроизводство, средний класс простимулировал производство продуктов потребления.

Дальше был кризис 70-х. В 80-е годы новое решение было найдено. Именно тогда было объявлено «модным» наращивать потребление за счет долгов. Потребление в кредит. Не страшно потреблять больше, чем зарабатываешь. Убытки можно покрыть кредитом, а дальше «судьба улыбнется», и ты заработаешь очень-очень много и сразу вернешь все долги и покроешь убытки. Такова Большая Технология социального обмана.

Таким образом, за последние 50 лет средний класс трансформировался из социального слоя, который концентрировал на себе прибыль и был основой воспроизводства социума, в социальный слой, концентрирующий на себе убытки под видом кредитов. Современный капитализм, как глобальная мировая система с замыкающим контуром потребления, произвел нового западного капиталистического человека. Произошло превращение человека накапливающего и инвестирующего в человека потребляющего в долг. Кстати, хотелось бы спросить, где тут протестантская этика и подлинный дух капитализма?

Запад произвел новый тип бедных, только выглядящих как средний класс, но им не являющихся. Эти люди имеют совсем другой тип социально-политического поведения, нежели традиционный средний класс. Они больше не опора социального строя, они его слабое место. Вырождение среднего класса в новый «люмпен» превращает традиционную западную демократию в реальную олигархию, о чем многие на Западе уже не стесняются говорить. Это подлинная социальная проблема, и ее решения не видно в существующей мировой системе финансово-потребительского капитализма.

Мы описали очень кратко (контурно) несколько проблемных узлов современной западной цивилизации, ограничивающих перспективу сохранения доминирующего положения Запада. И это далеко не все проблемы. Эти проблемы действительно фундаментальны. Однако дополнительная острота ситуации задается не только наличием самих проблем, но прежде всего отказом Запада их признавать. Что бывает при непризнании наличия проблем, мы хорошо знаем по опыту СССР.

Следует также понимать, что во многом (прежде всего в экономике и социально-политическом строе) мы, «благодаря» произошедшему у нас в стране в 90-е годы, являемся частью этой кризисной западной системы. Это и наши проблемы. Они могут быть смертельными для нас, если мы позволим Западу решать их привычным для западной цивилизации методом войны.

Наше преимущество перед Западом заключается в том, что мы эти проблемы видим, способны признавать, а значит, у нас есть шанс найти их решение. Нашим преимуществом является то, что мы уже были в другой, посткапиталистической, эпохе, пусть в ее экспериментальной, пробной проблемной версии. Наш успех или поражение будет во многом зависеть от того, найдем ли мы решения для принципиальных проблем западной цивилизации и наших собственных проблем в новой версии новой эпохи.