Контрреволюция. Как строилась вертикаль власти в современной России и как это влияет на экономику - Сергей Алексашенко

Попытки акционеров компании (а к этому моменту ТНК-ВР контролировала почти две трети акций) изменить условия лицензионного соглашения ни к чему не приводили – государственные ведомства отказывали во всех просьбах и обращениях; было понятно, что ни о какой разработке месторождения не может быть и речи, если «Газпром» не изменит своей позиции. А сам «Газпром» к этому времени уже полностью пересмотрел свою позицию в отношении китайского рынка – все политические трения между Россией и Китаем были урегулированы, лидеры двух стран всячески поддерживали взаимную торговлю и подписали соглашение о поставках российского газа в Китай. Стало очевидно, что для долгосрочных поставок в Китай запасы Ковыктинского месторождения критически важны – без них гарантировать поставки газа в течение 30 лет было просто невозможно. И «Газпром» решил, что Ковыкта должна достаться ему.

Позиция государства в отношении выполнения лицензионного соглашения ужесточилась, от «РУСИА Петролеум» потребовали невозможного: начать добычу газа на месторождении при отсутствии возможностей его транспортировки! К середине июня 2007 г. ситуация обострилась до предела: министр природных ресурсов Юрий Трутнев заявил, что его министерство получило представление об отзыве лицензии у «РУСИА Петролеум» и что это вопрос нескольких дней^[385]. Ситуация практически воспроизводит «Сахалин-2» с тем же результатом: через несколько дней ТНК-ВР приняла решение о прекращении борьбы и подписала соглашение с «Газпромом» о продаже ему всей своей доли в «РУСИА Петролеум»^[386]; одновременно «в компенсацию»^[387] ТНК-ВР получила опцион на выкуп 25 % акций в «РУСИА Петролеум», по всей видимости, в расчете на то, что «Газпром» договорится с «Интерросом» о выкупе его доли в компании. Одновременно «Газпром» подписал с ТНК-ВР соглашение о создании совместного газодобывающего предприятия, куда пообещал внести достаточно привлекательные активы.

Переговоры по сделке шли неспешно, но через год начавшийся финансовый кризис практически полностью их остановил – и у «Газпрома», и у ТНК-ВР были более серьезные проблемы, связанные с падением цен на нефть и газ, со спадом спроса на углеводороды, с обрушением финансовых рынков. В середине декабря 2008 г. заместитель председателя правления «Газпрома» Александр Медведев прямо сказал: «Новая рыночная ситуация заставила посмотреть на эту сделку открытыми глазами»^[388] – и потребовал существенного снижения стоимости пакета акций «РУСИА Петролеум». В начале февраля 2009 г. переговоры прекратились, руководитель BP Тони Хейворд заявил: «Этот вопрос не отложен на более позднее время, а скорее заморожен. Мы посмотрим, можем ли мы возобновить эти переговоры, но я бы не питал особой надежды»^[389].

С весны 2009 г. нефтяные цены начали восстанавливаться, но переговоры по продаже «РУСИА Петролеум» не возобновились. Тем временем переговоры о поставках газа с Китаем медленно двигались вперед; в апреле 2008 г. «Газпром» получил лицензию на Чаяндинское газовое месторождение, расположенное в еще более удаленном районе, в Якутии, которое он решил использовать в качестве базового источника газа для будущих поставок в Китай. С экономической точки зрения решение было более чем странным: подготовка этого месторождения к началу добычи газа требовала гораздо больше денег и времени, чем подготовка Ковыкты; себестоимость добычи газа оказывалась заметно выше, чем на Ковыкте, но это мало кого удивляло – в конце концов, расходы «Газпрома» – это всегда чьи-то доходы.

Но о Ковыкте «Газпром» не забыл, хотя во всех публичных документах и выступлениях говорилось о том, что монополия не заинтересована в ней, а добыча газа на этом месторождении не должна начаться раньше чем через 10 лет. В начале 2010 г. давление государства на «РУСИА Петролеум» возобновилось. Компании вновь были предъявлены претензии за невыполнение условий лицензионного соглашения. Акционеры ТНК-ВР поняли, что никаких шансов на сохранение «РУСИА Петролеум» в качестве работающей компании нет, и начали переговоры о продаже компании напрямую с правительством. Вице-премьер Игорь Сечин предложил в качестве покупателя компанию «Роснефтегаз»^[390], после чего один из акционеров ТНК-ВР, Виктор Вексельберг, стал говорить о сделке как о свершившемся факте, утверждая, что она будет закрыта до конца года^[391].

В июне 2010 г. «РУСИА Петролеум» инициировала свое банкротство, будучи не в состоянии выполнить требование ТНК-ВР о погашении ранее выданных кредитов. Схема банкротства была выбрана для минимизации затрат покупателя – если бы акции «РУСИА Петролеум» выкупались у ТНК-ВР, то согласно российскому законодательству покупатель должен был сделать оферту о выкупе акций у всех остальных акционеров по той же цене; в то время как в процессе банкротства активы «РУСИА Петролеум» подлежали продаже с аукциона, а покупатель получал право на переоформление лицензии на разработку Ковыктинского месторождения.

Аукцион по продаже активов «РУСИА Петролеум» был назначен на 1 марта 2011 г., стартовая цена – 15 млрд рублей – соответствовала сумме кредитов, которые ТНК-ВР предоставила компании. Все были уверены, что покупателем станет «Роснефтегаз», за которым стоял всемогущий Игорь Сечин. Однако этот план сорвался – неожиданно для всех в конце февраля на заседании совета директоров менеджмент «Газпрома» заявил о своем интересе к активам «РУСИА Петролеум» и получил согласие на участие в аукционе. Цена, предложенная газовой монополией, на 40 % превысила ту, что была указана в заявке «Роснефтегаза», и «Газпром» стал победителем. Основной причиной «щедрости» «Газпрома» было очевидное нежелание лишаться монополии на экспорт газа, что становилось весьма вероятным в случае приобретения Ковыкты «Роснефтегазом». В начале октября 2011 г. «Газпром» получил вожделенную лицензию. Понятно, что все условия, которые выдвигались государством к «РУСИА Петролеум» по началу добычи газа на месторождении, были сняты.