Великий уравнитель - Вальтер Шайдель

Вторая выравнивающая сила, инфляция, в военное время ускорилась. С 1937 по 1944 год потребительские цены выросли на 235 % и подскочили еще на 360 % только за 1944–1945 годы. Это значительно понизило цену облигаций и депозитов, даже при том что контроль за рентой снизил реальные доходы землевладельцев^[158].

В отличие от европейских театров военных действий третий фактор, физическое разрушение капитала в самой Японии, стал действующей силой только на последних стадиях войны, хотя торговый флот начал нести урон гораздо раньше. К сентябрю 1945 года была уничтожена четверть физического основного капитала страны. Япония потеряла 80 % своих торговых судов, 25 % всех зданий, 21 % мебели и личных вещей в домашних хозяйствах, 34 % промышленного оборудования и 24 % готовой продукции. В последний год войны количество действующих предприятий и занятой на них рабочей силы уменьшилось почти вдвое. Размеры потерь значительно различались в разных отраслях: если в черной металлургии потери были минимальны, то 10 % текстильной промышленности, 25 % машиностроения и от 30 до 50 % химической промышленности были выведены из строя. Согласно Сводке стратегических бомбардировок США 1946 года, союзники сбросили на Японию 160 800 тонн бомб – менее восьмой части того, что было сброшено на Германию, но с гораздо большей эффективностью и по менее защищенным целям. Только во время ночной бомбардировки Токио 9–10 мая 1945 года, даже по консервативным оценкам, погибло 100 000 человек и было уничтожено более четверти миллиона зданий и домов на площади в 16 квадратных миль; а через пять месяцев произошли известные бомбардировки Хиросимы и Нагасаки. Составители обзора высчитали, что всего было уничтожено около 40 % застроенной зоны в 66 городах и около 30 % всего населения городских районов страны потеряли свои дома. И все же, несмотря на потери, понесенные владельцами недвижимости и инвесторами, общий эффект не был настолько уж огромен. Из-за агрессивной экспансии тяжелой и химической промышленности в военное время объем производственного оборудования, сохранившийся в 1945 году, превысил объем 1937 года. И за исключением торгового флота физическое разрушение имело место в основном в последние девять месяцев войны, уже через довольно долгое время после того, как принялись падать доли высшего дохода и богатства (см. выше рис. 4.1). Бомбардировки союзников просто ускорили уже наблюдавшуюся тенденцию^[159].

Доходы от капитала в военные годы почти исчезли: доля доходов от ренты и процентов в общем национальном доходе упала с 6 % в 1930-х годах до всего 3 % в 1946 году. В 1938-м доходы от дивидендов, процентов и ренты вместе составляли около трети дохода высшего «одного процента», а остальное делили между собой доходы от бизнеса и от работы по найму. К 1945 году доля дохода от капитала упала до менее чем одной восьмой, а от заработной платы – до одной десятой; доход от бизнеса стал единственным значительным финансовым источником, оставшимся для (бывших) богатых. Наиболее пострадали дивиденды и заработная плата как в абсолютном, так и в относительном исчислении, поскольку они сильнее всего контролировались со стороны правительства. Рантье и самые высокооплачиваемые управляющие исчезли как класс. Среди высших долей «одного процента» упадок был несравнимо больше.

В то же время он не сопровождался какой бы то ни было сравнимой компрессией среди следующих групп высокого дохода. Доля дохода домохозяйств между девяносто пятым и девяносто девятым перцентилями (высшие 4 % ниже высшего 1 %) во время войны почти не упала, а после надолго стабилизировалась примерно на одном уровне, как и в начале XX века, – от 12 до 14 % национального дохода. Хотя пострадали доходы большинства населения, в относительном выражении они сократились только у самых богатых японцев: если до Второй мировой войны верхний «один процент» регулярно получал половину того, что совокупно получали следующие 4 %, то после 1945 года он уже никогда не получал половину доходов этой группы. Так, вся потеря доходов среди верхнего «одного процента» выразилась в увеличении доли субэлитных 95 % населения, доля национального дохода для которых увеличилась с одной пятой до 68,2 % в 1938 году и до 81,5 % в 1947 году. И это поистине эффектный сдвиг, повысивший долю доходов 95 % до показателя, сравнимого с показателем США в 2009 году и современным показателем Швеции, – менее чем за десятилетие^[160].

«Будущее уже никогда не будут определять немногие»: усиление и закрепление выравнивания

И все же происходившее во время войны было лишь частью общего процесса выравнивания. Японию можно назвать уникальной в том отношении, что среди основных воевавших держав вся наблюдаемая с конца 1930-х компрессия доходов происходила во время Второй мировой войны, а не в основном во время войны и в меньшей степени после войны, как это было повсюду (см. данную книгу, табл. 5.2). Тем не менее, как и в других странах, деконцентрацию доходов и богатства в долгой перспективе определял выравнивающий характер послевоенных мер экономической политики. В случае с Японией можно продемонстрировать, что все эти меры являются непосредственным следствием войны. К тому времени, когда 15 августа 1945 года император Хирохито заявил, что «военная ситуация развивалась не обязательно в пользу Японии» и что настало время «вынести непереносимое» – безоговорочную капитуляцию и оккупацию со стороны союзных войск, японская экономика лежала в руинах. Из-за недостатка сырья и топлива производство рухнуло. В 1946 году ВНП в реальном отношении был на 45 % ниже, чем в 1937 году, а объем импорта составлял одну восьмую показателя 1935 года в реальном отношении. По мере восстановления экономики целый ряд экономических мер и последствий войны поддерживал происшедшую во время войны компрессию дохода и еще более выравнивал распределение богатства^[161].

С концом войны началась гиперинфляция. C 1937 по 1945 год индекс потребительских цен вырос в 14 раз, а после этого с 1945 по 1948 год его рост значительно ускорился. Хотя в разных источниках указываются разные индексы, судя по одному анализу, в 1948 году потребительские цены выросли на 18 000 % по сравнению с моментом вторжения Японии в Китай. То немногое, что оставалось от дохода с основного капитала, испарилось^[162].