Несвоевременные мысли эпохи Третьей Империи - Евгений Сатановский

Речь не о том, в чём обычно подозревают постперестроечных чиновников консерваторы: размывание основ, переформатирование страны по западным меркам и прочая заумь тут ни при чём. Точно так же, как целенаправленное, по заданию вражеского центра, а также прочих «гайдаро-чубайсов» обрушение всего, что можно обрушить и разворовать (распространённое выражение начала 90-х усилиями КПРФ живо, и хотя Гайдара больше нет, зато Чубайс живее всех живых и продолжает оставлять у публики сложное впечатление). Растаскивание страны по карманам, с учётом её обширности и обильности её промышленности, полей и огородов, продолжается. Плюс добавился передел собственности и финансовых потоков — и вот тут, с собственностью и потоками, и связаны извилистые пути реформирования того, что в России ещё осталось от образования (и, кстати, науки, хотя это отдельная история). В вопросах собственности разобраться просто: дома (особенно старые особняки в хорошем состоянии) и земля (часто в городских центрах) дорого стоит. Покупателей найти легко. Всё понятно?

Сложнее с финансовыми потоками. Но тоже не большой секрет. Ставишь ректором (куда девать старого — отдельная история, но в принципе процесс налаженный) своего человека. С профильным образованием или без, не важно. На это никто не обращает внимания, да и обратил бы кто, поможет как мёртвому припарки. Если, конечно, в телефонной книжке у его противников нет номеров, звонок с которых меняет всё, но это случаи особые. Не важно и то, есть степень у назначаемого или нет. Её соорудить не проблема, отчего все более или менее знаковые фигуры в чиновничьем мире степенями обзавелись. Грош в базарный день цена тем степеням, но с точки зрения карьерной может пригодиться, да и символично. Как персональный выезд — когда его положено было держать. Восстанавливая, с поправками на современность, систему, существовавшую в позапрошлом веке, её недостатки автоматически копируют, забывая, чем она кончила. Но так всегда бывает. Так вот, поставленный на хлебное место и осваивает финансовые потоки, насколько хватит разумения и фарта.

Понятно, бывают более сложные варианты, когда за контроль над ситуацией идёт схватка между конкурирующими командами. Особенно когда замешаны личные интересы и кто-то в этой мешанине кого-то терпеть не может так, что ему кусок в рот не лезет, пока он того, кого не любит, не припечатает. Тоже известно — по Гоголю. Или разногласия более серьёзны, чем личная неприязнь. Скажем, на тему соотношения национального с интернациональным. Или международным. Поскольку (и тут мы вернёмся к тому, с чего начинали) как соотносится в национальных субъектах Российской Федерации своё с федеральным? Скажем, татарское или русское понимание взятия Казани? Поскольку одна версия прямо противоположна другой. И совместить их невозможно. А событие ключевое, обойти никак нельзя. Иван Грозный или взял Казань, или нет. Известно, что взял. И что это было: расширение земли русской и на веки вечные избавление страны от ордынского ига? Оккупация и поругание международного права? Феодальная экспансия? Или что-то ещё? Историки спорят. А политикам куда деться?

С точки зрения дворовой — понятно. Правых и виноватых нет. Все всех завоёвывали. Или предавали — было бы кому. Кто сильнее, того и власть и, кстати, вера. Нормальное кино. Нет ни правых, ни виноватых. Все были хороши. У каждого свои герои, свои негодяи и часто в одном лице. Те же цари. Правили жестоко: ни своих, ни чужих не жалели. Отчего и возникла огромная страна. А до 1991 года она и вдвое больше была. У властей в историческом центре своя историческая правда и понимание того, кто в доме хозяин. У тех, кто на местах, — своя. Когда ты им указываешь, что в школах перебор с национальным и не исправить ли его в пользу, скажем, русского языка и литературы, с их точки зрения, ты их ассимилируешь. Причём тем быстрее, чем прочнее фундамент школьного образования и привлекательности университетского за пределами региона. А с годами те, кто хочет куда-то уехать, это делают, и на местах остаются те, кто не смог или не захотел. Национальное растёт за счёт утечки интернационалистов. Абсолютно замкнутый круг…

Центр, понятно, обоснованно подозревает местных в скрытом сепаратизме, которому дай волю — от страны ничего не останется, как не осталось от Советского Союза — Россия его путём могла последовать совсем недавно. А может, ещё и последует: кто ж знает, что будет в 30-е, когда Первый почти наверняка прекратит влиять на ситуацию в стране в силу естественных возрастных причин. Рвать страну на части ещё будут. Слишком она большая и богатая, чтобы от этого отказаться. Хотя опыт 90-х и последующего периода демонстрирует: русский язык стал базовым для российских салафитских проповедников. Не арабский, а именно русский. И как это воспринимать, непонятно. При всех недостатках Российской империи она населению знакома. А чем будет «Русский халифат», о построении которого на месте России мечтают отечественные исламисты, неизвестно. Причём экспериментировать не хочется. Много о нём говорили Джемали — и старший, и младший. Мир их праху, да примет и упокоит Аллах их беспокойные души!