Кибервойна. Как Россия манипулирует миром - Андрей Кемаль

(Slate.fr, Франция)

Символ выбирали со всей тщательностью. На логотипе основанного в 2008 году в Париже Института демократии и развития красуется мост Александра III, который открыли по случаю всемирной выставки 1900 года (первый камень заложил в 1986 году сам царь Николай II).

Этот парижский памятник архитектуры представляет собой величественное напоминание о золотом веке царской «автократии» (тогда страна переживала промышленную революцию) до унизительного поражения от Японии и первой революции 1905 года. В те времена в основе миропорядка лежали двусторонние отношения, и никто даже вообразить себе не мог хитросплетение международных организаций ХХ века.

Как бы то ни было, этот логотип, наверное, представляет собой единственный «русский» атрибут ИДС, потому что тот с упоением путает следы, шифрует сообщения и маскирует истинные цели.

В самом названии он претендует на некое родство с крупнейшими брендами международных экспертных групп, такими как Брукингский институт, Институт Катона и Институт Монтеня.

Кроме того, его название перекликается с ценностями международных наднациональных организаций (ОБСЕ, ОЭСР), над которыми нередко насмехается Россия. Эти отсылки тем удивительнее, что демократия (она зачастую ассоциируется с общественным и экономическим кризисом 1990-х годов) не пользуется особой популярностью в России Владимира Путина. Скорее всего, они объясняются стремлением не дать западным аналитическим центрам и НКО монополию в обсуждении демократии, перетянуть на себя часть этой ауры и воспользоваться ей для подтверждения легитимности «управляемой демократии» Владимира Путина.

Причем это стремление возникло на самом верху. Идея создания ИДС принадлежит адвокату Анатолию Кучерене, верному соратнику и идеологу прав человека президента России (он также выступает защитником Эдварда Сноудена). Иначе говоря, все было одобрено самим Владимиром Путиным. Создание российских центров за границей должно стать ответом на критику работающих в России западных НКО и экспертных групп. В первую очередь это касается Freedom House, который регулярно ставит Россию на уровень африканских стран в своем ежегодном рейтинге.

Предложение нашло отклик у президента России, причем настолько сильный, что тот лично сообщил Европе о создании этих самых центров во время саммита Россия-ЕС в Лиссабоне в октябре 2007 года.

Таким образом, ИДС пустил корни в Париже и Нью-Йорке при поддержке самого президента и под завесой тумана вокруг его истинных целей.

По словам его основателей, работа института направлена на выявление нарушений прав человека в Европе и США и составление соответствующих рекомендаций их руководству.

По мнению российской прессы, цели ИДС носят одновременно оборонительный и наступательный характер: он представляет собой ответ на коварное вмешательство западных держав во внутренние дела России и глашатая политики Кремля в избранных странах. Грузинский кризис лета 2008 года стал лишь подтверждением обоснованности этого проекта: итоги войны восприняли как поражение российской «жесткой» силы под напором «мягкой» силы западных СМИ. ИДС же был призван стать инструментом новой мягкой силы России в процессе разработки и распространения положительного образа страны в Европе (в некотором роде его можно считать аналогом «Радио Свобода» и «Голоса Америки», которые работали в обратном направлении).

Туман вокруг целей ИДС становится только гуще, когда мы подходим к его финансированию.

Суммы разнятся, однако, как легко догадаться, поступают они главным образом из Москвы. После заявления Владимира Путина о создании института один из его советников сообщил о его государственном финансировании на уровне 70 миллионов евро. Немалые деньги для экспертной группы.

Старший научный сотрудник парижского ИДС Джон Лафлэнд говорил о финансировании со стороны московского фонда, который владеет ИДС и возглавляется самим Анатолием Кучереной. Но если верить директору ИДС Наталье Нарочницкой, институту каждый год лишь с огромным трудом удается найти необходимые средства. По ее словам, деньги дают частные российские компании, в числе которых нет Газпрома. К настоящему моменту ни одному журналисту так и не удалось пролить свет на этот вопрос. Но даже российская пресса считает маловероятным, что Кремль оказывает ИДС исключительно моральную поддержку.

В любом случае, если бы ИДС был работающей в России иностранной экспертной группой, ему бы пришлось зарегистрироваться как «иностранному агенту» и сообщить данные об источниках своего финансирования, как того требует российский закон об НКО.

В любом случае, помимо президентской воли ИДС для существования требуется определенное наполнение. С момента создания в 2008 году идеологические основы института формируют два главных лица: его директор Наталья Нарочницкая и старший научный сотрудник Джон Лафлэнд. И если Лафлэнд известен во Франции как специалист евроскептических и пророссийских взглядов, с Нарочницкой все не так просто.

Несколько лет назад в статье le Figaro ее окрестили «путинской пассионарией», но она, по всей видимости, скрывает в себе много большее. Она – историк, интеллектуал и политик, своего рода синтез современной России. Она училась в МГИМО и в 1980-х годах работала в советском представительстве в ООН. Иначе говоря, она прекрасно разбирается во всех тонкостях борьбы за влияние.

Сегодня эта соратница Владимира Путина стала глашатаем православных и консервативных ценностей (с 2003 по 2007 год она была депутатом Думы от консерваторской партии «Родина») и выступает за возврат к «исторической России».

В ее публикациях не видно стремления ни к демократии, ни к сотрудничеству с Европой и США. Она уже не первое десятилетие подчеркивает несовместимость «национально-государственного» менталитета россиян и (переродившегося в либертаризм) либерализма Запада. Тот обвиняется в стремлении извратить православные ценности с опорой на права человека для релятивизации дуалистической теологии христианства. По ее словам, либерализм стал новым марксизмом, а доминирующая либертарианская идеология «прав человека» – новым коммунистическим манифестом безбожия.

Кроме того, распад СССР в 1991 году произошел из-за демократии и права народов на самоопределение, с помощью которых Запад стремился отделить Прибалтику и Крым от территории «исторической России».

Работы директора ИДС (особенно те, что вышли только на русском языке) пестрят славянофильской паранойей и пугающим ирредентизмом. Она доходит до того, что призывает вернуться к границам 1917 года, чтобы объединить всех русских, в том числе и тех, кто «против воли» оказался за границами России в постсоветских псевдогосударствах.

Теории Натальи Нарочницкой получили большой резонанс в расправившей сегодня крылья стране. Путинская Россия представляется наследницей царизма и в этой связи имеет право потребовать себе Осетию, Абхазию, Крым или, например, Приднестровье.