Социальное насилие - Яков Гилинский

Следует различать проституцию – вступление за плату в случайные внебрачные сексуальные отношения, не основанные на личной симпатии, влечении^[224] и торговлю женщинами с целью их сексуальной эксплуатации (занятие проституцией). Занятие проституцией может быть относительно (формально) добровольным, торговля женщинами – никогда.

«Белые рабыни» – преобладающий «товар» на рынке людей. Объем мировой торговли женщинами с целью сексуальной эксплуатации оценивается от 7 до 12 миллиардов долларов в год, ежегодно принуждаются к работе в секс индустрии до 2 миллионов женщин и детей^[225].

Называют четыре «волны» импорта «белых рабынь»: первая – из Таиланда и Филиппин, вторая – из Доминиканской Республики и Колумбии, третья – из Ганы и Нигерии. Четвертая волна женщин охватила страны бывшего СССР, прежде всего Россию, Украину, Белоруссию, а также Латвию^[226]. В мировой секс – индустрии отмечается спрос на славянских женщин. В частности, для бизнесменов Японии, Китая, Таиланда они считаются «символом престижа»^[227]. Много женщин из России и стран СНГ занимаются проституцией в странах Западной Европы (автору приходилось встречать наших соотечественниц на Репербане Гамбурга, в «квартале красных фонарей» Амстердама, в портовых кварталах Антверпена) и США. Свыше 10 000 женщин были вывезены транснациональными преступными организациями из России и Украины в Израиль для занятия в сфере секс – индустрии, оборот которой вырос до 450 миллионов долларов в год^[228]. В середине 1990-х годов женщины из России появились и в Египте. Российские проститутки экспортируются в страны Западной Европы, в США, Канаду, страны Латинской Америки, а также в Китай. Им посвящены публикации от академических изданий до массовых иллюстрированных журналов^[229]. Из дальневосточного региона России (Владивосток, Хабаровск и др.) больше всего «белых рабынь» транспортируется в Китай. На втором месте – Южная Корея, на третьем – Япония. Исследования, проведенные в Германии, также свидетельствует о преобладании (79 %) среди жертв торговли людьми женщин из стран центральной и восточной Европы, включая Россию^[230].

В докладе профессора Хана на конференции в Киото (10 – 11 декабря 2004 г.) говорилось о динамике миграции женщин в Корею. Если до 1993 г. абсолютно преобладали жительницы Филиппин, то с 1994 г. начался «заезд» женщин из России, а с 1996 г. и из Узбекистана. К 2000 г. число мигранток из Филиппин и России сравнялось, а с 2001 г. большинство составили последние. Так, в 2002 г. количество приезжих женщин из Филиппин достигло 1 664, из России – 2 290, из Узбекистана – 496, на все другие страны пришлось 835 женщин.

Поскольку условия труда в сфере сексуальных услуг рабские, некоторые женщины, спасая себя, по договоренности с «хозяевами» возвращаются на родину для вербовки новых жертв. Это приобрело название «вторая волна». При этом вербовщица получает за каждую завербованную женщину от 200 до 5 000 долларов. Перевозка завербованных женщин из страны – экспортера в страну – импортер производится как легально (туризм, на работу, к родственникам), так и нелегально.

По некоторым данным, насильственно вывезенные из России женщины занимаются проституцией более чем в 50 странах^[231]. По официальным данным МВД РФ, только за три года – с 1994 по 1997 – были раскрыты сотни организованных преступных групп, вербующих российских женщин для занятия проституцией в странах Европы, Среднего Востока, Северной Америки и Азии. Женщины из Москвы, Санкт – Петербурга, Калининграда, Екатеринбурга и других городов вывозились с помощью фальшивых паспортов, виз и приглашений. К основным формам вербовки относятся: газетные сообщения о найме на работу за границей женщин в возрасте от 18 до 30 лет с выгодными условиями «безопасной работы»; «вторая волна», о которой говорилось выше; путем конкурсов красоты; прямые объявления о работе проститутками; через «брачные агентства»^[232].

Активно функционирует черный (криминальный) рынок «живого товара» – незаконная миграция, экспорт проституток.

Вот отрывок из интервью Я. Костюковского (Центр девиантологии Социологического института РАН – СИ РАН) с представителем петербургского криминалитета:

«Интервьюер (И.): А как дела с проституцией?

Респондент (Р.): Проституция в Санкт – Петербурге обычная индустрия.

Существует не со вчерашнего дня. Имеются сотни «контор»^[233].